Маленькие испуганные кролики - А. В. Гейджер

Он ждет, пока я догоню его на нижней площадке. Его рука снова тянется к моей. На этот раз наши ладони соприкасаются. Наши пальцы переплетаются, и меня будто пронзает током. Он поворачивает голову в мою сторону, но смотрит не на меня, а за мое плечо, проверяя, не пялятся ли на нас остальные.

От этого мое сердце бьется сильнее, а рука крепче сжимает его руку.

– Идем. – Он тянет меня к стеллажам, через лабиринт книжных полок от пола до потолка.

Я почти бегу, чтобы не отставать от его размашистых шагов.

– Куда мы идем?

– Ориентируйся по звездам.

Хм… И что это значит? То есть, конечно, потолок в библиотеке стеклянный, но я сомневаюсь, что мы увидим в небе звезды среди бела дня.

Он резко останавливается, и я снова врезаюсь в него. На этот раз это было не случайно. Он нарочно заставил меня врезаться в него. Его рука ложится мне на талию. Я хватаюсь за ближайшую полку, чтобы не упасть, и оказываюсь лицом к лицу с рядами книжных корешков.

По звездам: Рабочая тетрадь

Навигация для начинающих.

Навигация по звездам в эпоху GPS.

Основы навигации по звездам для яхтсменов.

– Мы что, собираемся плыть на яхте? – спрашиваю я, вытаскивая последнюю книгу с полки.

Он пожимает плечами и забирает у меня книгу.

– He-а. Я пришвартовал свою яхту на другой стороне кампуса.

– Так почему мы в этом разделе?

Я не представляю, что какая-то из этих книг может иметь отношение к нашему проекту.

– Слепая зона, – объясняет он. – Возле этой полки нет камер.

Ого! Должен ли меня насторожить тот факт, что он это знает?

– Итак… – Он неловко переминается с ноги на ногу. – Нам нужно поговорить.

Я киваю:

– Я думала, что это встреча нашей группы.

Он не реагирует на мои слова. Мэддокс прислонился к книжной полке и засунул руки в карманы брюк цвета хаки с идеальными стрелками.

– Над чем вы там смеялись с девчонками?

– С кем?

– С Селестой и М. В туалете. Я слышал твой голос.

Я широко открываю глаза:

– Ты подслушивал?

Он улыбается мне и поднимает голову.

– Если бы я подслушивал, мне не пришлось бы спрашивать, о чем вы говорили, не так ли?

Полагаю, что так. Но все же. Немного жутковато, Мэддокс…

– Пожалуй, мне пора. – Я отодвигаюсь от него на полшага.

Он тянется к моей руке:

– Подожди! Постой! Мне жаль. Все выходит не так.

– Я не понимаю.

– Мне нужно знать, рассказала ли ты им о… – Он указывает на меня и себя. – Об этом. О нас с тобой.

– А что, между нами есть какое-то «это»? – спрашиваю я, передразнивая его жест.

Его рука вновь находит мою. Его большой палец слегка пробегает по моей ладони, отчего у меня внутри ёкает.

– Мне бы хотелось, чтобы оно было.

– Ладно, тогда…

– Но мне нужно, чтобы ты держала это в секрете.

Я делаю паузу. Что-то мне подсказывает, что, когда парню нравится девушка, он говорит ей об этом не так.

– Ты хочешь, чтобы твоя настоящая девушка не узнала?

Он выдыхает:

– Она не моя настоящая девушка. Она моя бывшая. И она уже знает. Поэтому ты никому не должна об этом говорить.

Мне следует отпустить его руку, но я не могу оторвать взгляд от его большого пальца, который выводит круги на моей ладони.

– Ты ведь понимаешь, как ужасно все это выглядит со стороны? – говорю я.

– Я знаю. Извини. Элеонора ведет себя… странно. Я имею в виду, еще более странно, чем обычно.

– И что? Тебе либо есть до нее дело, либо нет.

– Все гораздо сложнее.

– Неужели?

Я вырываю руку и заправляю за ухо прядь волос. Мне это не нравится. Я не должна соглашаться. В этом есть что-то мерзкое. Вокруг меня книги для яхтсменов, а я не имею ни малейшего понятия, как управлять этим кораблем. Наш разговор пошел куда-то не туда. Он слишком пугающий. И слишком противоречивый. Я неуверенно смотрю Мэддоксу в глаза, и он снова берет меня за руку. Каждый раз, когда он так делает, я тут же забываю, что собиралась уйти.

Он опускает голову и заглядывает мне в лицо.

– Нора, ты мне нравишься.

Я молча смотрю на него, и миллион невысказанных вопросов вертятся у меня на языке.

– Я тебе тоже нравлюсь, – шепчет он. – Я знаю, что это так.

Да. Я не очень хорошая актриса. Но если он действительно хочет, чтобы этот корабль отправился в плавание, то у меня есть несколько вопросов, на которые он должен ответить. Например, почему? С чего бы это такому человеку, как он, интересоваться кем-то вроде меня? Зачем тому, у кого есть такая невероятная девушка, как Элеонора Уинтроп, нужна такая обычная девушка, как Элеонора Вайнберг?

Уверенный в себе человек не стал бы так думать, но я ничего не могу с собой поделать. По крайней мере, у меня хватает сил не произносить это вслух.

– Не делай этого, – говорит он, как будто догадавшись, о чем я думаю. – Не сравнивай себя с ней.

– Это вроде как неизбежно, не так ли?

– Вы совершенно разные.

– О, спасибо.

Он наклонился так близко ко мне, что мы вот-вот столкнемся лбами. Я смотрю на его губы.

– Это был комплимент, – бормочет он.

Я закрываю глаза. Мне нельзя смотреть на его губы, а то я снова перестану соображать. Что-то не сходится. Она умна. Она богата. Она популярна. Она, наверное, самая красивая девушка во всей этой школе.

– Она совершенна, – шепчу я.

Он дотрагивается руками до моего лица, большие пальцы играют с прядками волос, выбившимися из моего хвостика.

– Я не согласен.

– У меня есть глаза, Мэддокс.

– Я знаю. Мне нравятся твои глаза.

– Я не об этом.

– А о чем?

– О том, что я не тупая. У меня вообще-то есть мозги.

– Твои мозги мне тоже очень нравятся, – улыбается он.

Почему его улыбка так действует на меня? В эту минуту мне трудно заставить себя соображать. Он собирается поцеловать меня? На этот раз по-настоящему? Я почти уверена, что он так и сделает, если я закрою глаза и откину голову. Но стоит ли это делать? Неужели я посмею поцеловаться с ним?

Он отпускает мое лицо и отворачивается.