Кровавый круг - Михаил Март

— Привет, полководец! Прямо-таки Юлий Цезарь, три дела совмещает.

Прапорщик встал, уронив чайную ложку на пол.

— Дежурный по гауптвахте…

— Не шуми, и так в ушах звенит. Майор Лоскутов и капитан Сафаров, ФСБ, — строго сказал Горохов. — Где тут наш оболтус? Выводи. Полковник Ершов уже соскучился.

— Его только что доставили из штаба.

— А он автограф свой забыл оставить на протоколе.

— Сейчас я вызову конвой.

— Хватит ребят гонять. Или ты думаешь, что мы с этим хлюпиком не справимся?

Что-то прапорщика смущало, но он не мог понять, что именно. Ему не приходилось иметь дела с гэбистами, но он знал, что с ними лучше не связываться. Наглый народ, пришли на чужую территорию, а ведут себя как хозяева. Слишком много власти им дали.

Прапорщик вышел из-за стола и направился к камере. Лязгнул засов. У Астахова взмок лоб. Секунды казались часами. Рудика вывели в предбанник.

— Ну? Видишь, какой парень послушный. Руки за спиной держит. В зоне научили. Шаг в сторону равен побегу — это он тоже знает. Пуля всегда догонит. Прав я, урка?

Астахов дернул за рукав вошедшего в роль напарника.

— Иди вперед. Не оглядывайся.

Они вышли из караульного помещения на улицу. Прапорщик снял трубку и нажал тумблер на пульте.

— Дежурный по части капитан Ануфриев.

— Это Курочкин, товарищ капитан.

— Что у тебя?

— Опять этого парня забрали.

— Кто?

— Гэбисты. Майор Лоскутов и капитан Сафаров.

— Ну а тебе какое дело? Они тут всю ночь из угла в угол шастают.

— А почему без предупреждения? Без конвоя? Так не положено.

— Ты хочешь, чтобы они перед тобой отчитывались? Ну, тогда позвони Ершову, он в кабинете начштаба сидит, и выскажи ему свое неудовольствие. А то полковник обнаглел, с тобой не согласовывает свои приказы. Десять лет в армии, а службы так и не понял. Все, отбой, Курочкин! Или тебе не спится в одиночестве? Лох в лаптях!

Капитан бросил трубку.

Курочкин долго думал, но звонить в кабинет начштаба не решился. Дежурному по части он доложил, а там их дело. Пусть разбираются.

Рудик шел первым, конечно, он не мог узнать Горохова. Помимо того что Дмитрий состриг волосы, которые занимали большую часть лица, он оказался в том месте, где его никто не предполагал увидеть, да еще в военной форме. Рудик подумал, что его хотят переправить в СИЗО. Но, когда майор намекнул на побег, у него в голове мелькнула мысль, что Ершов решил его убрать. От этих головорезов чего угодно ждать можно. Их принципы не соответствуют человеческому разуму и пониманию. Хлоп, и порядок.

— Эй, приятель, возьми влево и иди по тропинке.

Голос показался ему знакомым, но оборачиваться он не стал.

— Ну а теперь к забору, живо!

Рудик хотел оглянуться, но его сильно толкнули в спину, он едва не пропахал носом прошлогодний газон. Когда его руки уткнулись в решетку забора, он увидел лицо Ольги. Девушка улыбалась со слезами на глазах.

Готовился к худшему, а получил… Кто знает, может, это была самая счастливая минута в его жизни. Теперь он узнал голос Горохова.

Через десять минут старый, списанный «козлик» вывез на дорогу пятерых сумасшедших, которым никак не жилось, как простым смертным. И чего они все ищут?

12

Машина остановилась на улице, где не горели фонари. Даже в пригородном поселке такого высокого ранга, как Сосенки, ранней весной не освещаются улицы. Хозяева местных особняков посещают свои загородные имения только летом, хотя и провели себе магистральный газ и настроили печей и каминов. Зимний период они проводят в городе. Слишком много дел накапливается после долгих летних каникул.

Из машины вышли мужчина и женщина. К ним вышесказанное относилось в меньшей мере. Роман Кириллович Китаев работал в равной степени как зимой, так и летом. Природу он боготворил и на даче с супругой появлялся по три-четыре раза в неделю. К тому же кому-то надо было кормить двух кавказских овчарок, которые, кроме хозяев, никого не признавали. Сторож поселка наотрез отказался подходить к клеткам, даже за повышенный гонорар.

Китаев открыл калитку и пропустил жену вперед. Как только они вошли на участок, в сотне метров от того места, где они оставили машину, зажглись фары другого автомобиля. Он тронулся с места и подкатил к дому депутата.

Двое мужчин вышли из машины, а двое остались сидеть на местах.

Высокий молодой человек в пуховике стукнул ногой по колесу китаевской «Волги», и тут же завыла сигнализация.

Китаев в это время открывал входную дверь дома.

— Чертова система. Ничего у нас делать не умеют. Всю деревню разбудили. Шестой час.

— Кого ты будить будешь, Рома? Ворон если только, — улыбнулась жена.

Китаев гордился своей супругой, она сочетала в себе несовместимые понятия по нынешним меркам. Красива, умна, хозяйственна, верна и влюблена в собственного мужа. Поверить трудно, но мало ли чего не бывает на свете.

Китаев оставил жену у порога, сказав: «Сейчас, Катя», а сам вернулся к калитке. Как только он открыл ее, так тут же отпрянул назад. Двое здоровых парней вошли на участок.

— Извините за бесцеремонное вторжение, Роман Кириллович, но вам придется проехать с нами.

Катя, пользуясь темнотой, тихо спустилась с крыльца и исчезла за домом.

— Кто вы такие?

— Сотрудники ФСБ Пивоваров и Кравцов.

— Я с вами никуда не поеду.

— У нас приказ, Роман Кириллович. Мы ведь люди подневольные. Все свои возражения и протесты адресуйте полковнику Ершову.

Китаев пятился, а гости напирали.

— Он возомнил себя Бог знает кем. Мы и на Ершова найдем управу. У меня статус неприкосновенности. Я депутат.

— А у нас приказ стрелять в случае неповиновения. Мы люди военные и приказы выполняем, а не обсуждаем.

Катя подобралась к огромной клетке, слушая, как скулят два огромных лохматых зверя с медвежьими головами. Она отодвинула щеколду и скомандовала:

— Чужие. Фас!

Псы сорвались с места.

Китаева уже зажали в тиски и волокли обратно к калитке. Ошалелый, грубый лай остановил их. Участок слабо освещался лампочкой над крыльцом. Рев приближался. Мужчины оттолкнули депутата в сторону и выхватили пистолеты. Китаев поднялся с земли и бросился в дом. Один из парней хотел выстрелить ему вслед, но огромный зверь сделал гигантский прыжок и сбил его с ног. Пуля вонзилась в нижнюю ступень крыльца и пробила боковую доску. Тем временем его напарник успел выстрелить во вторую собаку, и пуля раздробила ей грудь. Но от прыжка ему увернуться не удалось. Лохматое чудовище свалило обидчика на землю и вцепилось клыками в горло. Умиравший пес в судорогах сжимал челюсти. Людская и собачья кровь смешались.