Прибежище - Крис Юэн

– Проходите и садитесь, – пробурчал Андерсон.

Я уселся в кресло рядом с Ребеккой. Дорогая кожаная обивка с мягкой подкладкой тут же приняла форму моего тела, а я ухватился здоровой рукой за подлокотник, как будто приготовившись к воздушной болтанке.

Эрик сложился пополам и аккуратно поместился в кресло напротив Ребекки. Андерсон рухнул в кресло напротив меня. Открыл рюкзак Ребекки. Порылся внутри. Вскоре его рука вынырнула оттуда, сжимая пластиковый пакет.

– Это те самые очки, что вы нашли?

– Именно, – ответила Ребекка.

– Да, это очки Лукаса. Вы говорите, что нашли их в лесу?

Я кивнул:

– Их обнаружила моя собака. И его телефон тоже.

Я передал ему мобильник, чувствуя, как дрожит рука, и Андерсон положил его на стол рядом с очками. Лицо его помрачнело. Он вел себя как человек, который выложил на стол две карты в игре с высокими ставками и при этом подозревает, что противник мухлюет. Потом снова сунул руку в рюкзак Ребекки, вороша его содержимое. Достал оттуда водительское удостоверение и сравнил фото с реальностью, прищурив один глаз.

– Льюис, да?

– Удовлетворены? – спросила Ребекка.

Андерсон крякнул. Застегнул рюкзак. Вернул его Ребекке. Потом расстегнул пиджак и достал блокнот и ручку.

– Начнем с подробного описания всех деталей. Давайте, – потребовал он.

Я набрал в легкие воздуха, чтобы ответить, но Ребекка прикрыла мне рот ладонью.

– Его фамилия Хейл, – сказала она. – Но это все, что вам пока достаточно знать. Сначала вы должны рассказать нам о Лене.

– Мне нужны детали.

– Детали? – Ребекка постучала ногтем по столешнице, словно старалась припомнить истинное значение этого слова. – Мистер Андерсон, может, вы и отличный специалист, по мнению вашего работодателя, но подробности нужны не вам, а нам.

– Пропала моя дочь. – Эрик облокотился на стол. – Пожалуйста, поймите это.

– Мы отлично это понимаем, – согласилась Ребекка. – Мы понимаем, что девушка пропала. Вы утверждаете, что это ваша дочь, и если дело действительно обстоит таким образом, мы крайне сожалеем. Но и вам следует понять, что нам о вас ничего не известно, кроме того, что вы прилетели сюда на личном реактивном самолете, причем незамедлительно. – Она мотнула головой, словно обращая внимание собеседников на богатую обстановку салона. – Нам известно лишь то, что Роб попал в дорожно-транспортное происшествие, разбился на мотоцикле, а с ним была девушка, существование которой власти пока что не желают признавать. До этого с ней были двое мужчин, и вы заявляете, что их могли убить. Вы просили нас не обращаться в полицию, и мы не связывались с ней, несмотря на риск, которому можем подвергнуться в результате такого решения. – Льюис помолчала. Посмотрела куда-то в просвет между Эриком и Андерсоном. – И пока вы не представите нам хоть каких-то объяснений того, что происходит, я считаю, что этих подробностей вполне достаточно. А вам как кажется?

Эрик бросил взгляд на меня. Я кивнул, подписываясь под тем, что Ребекка сообщила от имени нас обоих.

– Ну хорошо. – Зеегер поднялся из-за стола, встал в неудобную позу, наклонив голову, чтобы не упереться в низкий округлый потолок. Сунул руку в карман брюк. И достал кожаный бумажник. – Лена – моя дочь. Что я могу подтвердить. – Он сел обратно в кресло и показал нам фотографию, которая была засунута в прозрачный пластиковый кармашек бумажника. – Это фото сделано в ее пятнадцатый день рождения.

На фотографии Эрик обнимал своей длинной ручищей гибкую светловолосую девушку. Эрик стоял без рубашки, а на девушке была бледно-розовая майка с короткими рукавами и бусы из морских ракушек. Позади них далеко расстилался белесый песчаный пляж.

– Это она, – сказал я Ребекке, испытав при этих словах прилив облегчения и странное, пьянящее ощущение, будто вдруг выплыл из глубины. Словно прежде к моим щиколоткам было привязано что-то тяжелое, а тут кто-то перерезал нить. Вот наконец-то я разговариваю с людьми, для которых существование Лены – непреложный факт.

– Продолжайте, – обратилась Ребекка к Эрику.

– Этот снимок сделан восемь лет назад. Моя дочь была очень хорошей девочкой. Совершенно невинной. Это же видно по ней, не правда ли?

– Это всего лишь фотография, мистер Зеегер.

Эрик откинулся на спинку кресла. Закрыл бумажник и сунул его обратно в карман брюк.

– Возможно, и так, но это правда. Ее мать умерла, когда Лене едва исполнилось четыре года. Мы были очень близки. Лена всегда мне все рассказывала. А я даже свои деловые решения обсуждал с ней. Но когда она стала постарше, все изменилось.

– Как это обычно и бывает с подростками, – заметил я.

– Нет, она не была обычной. – В синих глазах Эрика появился влажный блеск. И в голосе теперь сквозили голые эмоции. – Лена была необыкновенная девочка. Умненькая. С амбициями. Хотела работать вместе со мной. Быть моей правой рукой. Руководить компанией.

– И что случилось потом?

– Любовь, Роб. Любовь случилась.

Зеегер говорил совершенно искренне. Я видел это в откровенном выражении его глаз, в том, как он старался держать себя в руках. Все это уже начинало напоминать какую-то сентиментальную мелодраму. Или слащавую поздравительную открытку. Но даже если это его как-то смущало, виду он не подавал.

– Лена заявила мне, что у нее появился приятель, – продолжал Эрик. – Это было на ее семнадцатилетие. Я этот выбор не одобрил. Мужчина, о котором она мне говорила, был намного ее старше. А они уже несколько месяцев встречались. Возможно, вы понимаете, почему мне это не нравилось.

– Вы же отец. Конечно, вам это не могло понравиться.

– А вот Лена этого не понимала. – Уголки большого рта Зеегера безнадежно опустились. – Я запретил ей видеться с этим человеком. Сказал, что это пагубная связь.

– И Лена взбунтовалась, – предположила Ребекка.

Эрик поднял руки и сконфузился, как будто не знал, что ему дальше с ними делать. Уронив их обратно на колени, он удрученно проговорил:

– У них все время были вечеринки. Выпивка. Наркотики. Я потерял свою прежнюю Лену.

– Не хочу вас обижать, но не вижу в этом ничего необычного, – сказал я. – На острове Мэн, к примеру, полным-полно подростков, которые ведут себя точно так же.

Эрик снисходительно улыбнулся:

– Но владеют ли эти подростки трастовыми фондами стоимостью в миллионы евро? Устраивают они свои вечеринки в Испании? На острове Ибица? Они плавают на яхтах? Живут на виллах? С криминалом и наркодилерами?

Я покачал головой, пораженный его горячностью.

– Все обстоит именно так, как я вам говорил. Я богатый человек. – Эрик обвел рукой салон самолета. – И Лена тоже. Вот мир, в котором она вращается. В нем есть все. Отнюдь не мало, согласитесь. И все это ей доступно.