Пропавшие в раю - Альбина Нури

Наумов поднял кверху указательный палец, подчеркивая свои слова.

– Примерно в декабре, перед Новым годом, Андрей внезапно обратился ко мне с просьбой помочь найти архивные материалы. Сказал, что заинтересовался историей этого места. В смысле, Каменного Клыка.

– Интересно, зачем это ему понадобилось?

– Ну, это как раз можно объяснить. История – его профессия. В Каменном Клыке Андрей собирался прожить остаток дней, так что… Ничего необычного. Странно другое. Когда я спросил, откуда вдруг такой интерес, он как-то смешался, занервничал. Понес чушь. Сначала сказал, что хочет написать рассказ о жизни приморского поселка. Потом – будто ему надо кое-что выяснить для себя лично. Они, мол, с женой стали мучиться бессонницей и заподозрили, нет ли в этих местах опасных испарений. Словом, ерунда какая-то. Я решил не придавать значения, захочет – расскажет. Дал ему адрес библиотеки, телефон одной знакомой – сотрудницы архива. Андрей после этого пропал недели на две-три. А уже после новогодних праздников, примерно в середине января, вдруг приехал сюда, и мы вот так же сидели с ним в кафе, разговаривали.

– В начале января? – задумчиво переспросил Алексей. – Видимо, как раз перед тем как продал дом. В начале февраля он уже был выставлен на продажу. Давыдов упоминал о своем намерении уехать?

– Нет. Но он говорил много странного. Да и вел себя… Начать с того, что был пьян, – Наумов неожиданно произнес эту фразу с осуждением, звучно и при этом как-то через силу.

– Многие выпивают. Или он убежденный трезвенник?

– Почти. Андрей совершенно не пил: говорил, печень больная, алкоголь категорически противопоказан. Я его первый раз выпившим видел. Он, конечно, не сильно пьяный был, но весьма в подпитии. И здесь еще добавил. Я волновался, как он обратно поедет. Но Давыдов только отмахнулся.

– А разбиться не мог?

– Не мог, – решительно отверг это предположение Наумов, – он на столике перчатки забыл, мне позже из кафе позвонили. А я ему перезвонил. Андрей был уже дома. Сказал, потом как-нибудь заберу. Не забрал. Больше мы не виделись и не общались. – И снова странная интонация. Сказано раздраженно, с нажимом, и опять-таки преувеличенно громко. Словно Наумов не с Алексеем говорил, который сидел через стол, а с кем-то, кто находится в конце зала.

Было похоже, что Сергей Сергеевич потерял интерес к беседе и поддерживает обременительный для него разговор лишь из вежливости. Ему не терпелось закончить его и уйти. Однако Алексей расспросил еще не обо всем, о чем собирался.

– А о чем вы все-таки говорили? – настойчиво проговорил он, решив не обращать внимания на явное нежелание Наумова продолжать общение.

– Не знаю, насколько можно этому верить… Нетрезвый человек может многого наговорить.

– И все же? – не отступал Алексей.

Настенные часы показывали половину седьмого. Как там Маруся? Домой он попадет не раньше восьми вечера, это в лучшем случае. Наверное, и вправду уже пора уехать. Вряд ли он сумеет узнать еще что-то новое. Общение с Наумовым, обычно живое и непринужденное, внезапно сделалось неприятным и тягостным.

Подошла официантка. Ни слова не говоря, положила тонкую черную кожаную папочку со счетом и ускользнула прочь.

– Если коротко, Андрей говорил, что Каменный Клык – плохое для него место. Местные жители ему почему-то не нравились. Рассказывал, что часто кошмары снятся, что жена заболела. Говоря по правде, я не особенно вслушивался. Ну, болтает и болтает человек. Меня больше волновало, что он выпил. Думал, вдруг приступ или еще что…

Наумов говорил по-прежнему громко и при этом как-то вяло, неохотно.

– Сергей Сергеевич, что с вами? Вам, может быть, идти нужно? – вполголоса спросил Алексей.

– Да, нужно, – возвестил Сергей Сергеевич, ухватившись за эту идею, и бодро продолжил, – вы знаете, мне уже и вправду пора. Счастлив был с вами повидаться. Всего хорошего. Заходите в «Книгочей» – всегда рад.

Он диковато улыбнулся, засуетился, глянул на сумму счета, швырнул на столик две купюры, вскочил и почти бегом кинулся к выходу. Алексей опешил, не понимая, с чего вдруг такая спешка. Может, он сказал что-то обидное, лишнее? Прокручивая в голове их разговор, тоже вытащил бумажник, отсчитал, положил на столик деньги с учетом чаевых, вышел на улицу. Оглянулся по сторонам – Наумова нигде не было видно. Уже успел уйти. Алексей раздраженно передернул плечами. Идиотизм какой-то. Сидели, разговаривали нормально, и на тебе: задергался, унесся, как на пожар. Хотя, конечно, кое-что удалось выяснить.

Автомобиль Алексея все еще стоял возле «Книгочея», терпеливо дожидаясь хозяина, и он медленно направился к машине. Оставалось пройти всего несколько метров, когда Алексей услышал, как его негромко окликнули по имени. Обернулся и справа от себя увидел Наумова. Тот стоял в тени между домами, прижимал палец к губам, призывая молчать, и жестами подзывал Алексея к себе. Переминался с ноги на ногу, вертел головой, явно опасаясь, что его заметят.

«Что за цирк? У него что, не все дома?» – подумал Алексей, заколебался, но все же последовал за Сергеем Сергеевичем. Тот быстро скользнул в какую-то арку, бесшумно открыл дверь и зашел в темное помещение. Алексей последовал за ним.