Код Вавилона - Уве Шомбург

Дрезден

Понедельник

Кость легла на стол.

— Человек это или животное?

— Моя самая крупная единица — клетка, — сказал Уэйн Снайдер после некоторого молчания. — Откуда у тебя это?

Крис заранее заготовил для обоснования пряную смесь из правды и вымысла. Таким образом он хотел избавить своего друга от более глубокого втягивания в эту историю.

— Мои родители умерли десять лет назад. Среди того, что после них осталось, я и обнаружил эту кость. Ты представить себе не можешь, как я был ошеломлен. Мой старик — и эта археологическая кость… — Он встал, принялся беспокойно ходить по комнате, тряся головой, как будто сам себе не мог поверить. — Я знаю, о чем ты подумал. Со мной в первый момент было то же самое. Мой отец, каменщик, — что общего у него могло быть с костями? Я сам онемел перед этой коробочкой. — Крис сознательно сделал маленькую паузу, чтобы подготовить следующую ложь: — В коробочке, правда, лежала бумажка. На ней написано: «Залог» — и дата из 1978 года с фамилией. Я это дело связал с тем, что мой отец получал иногда дополнительные деньги. Ты же знаешь, раньше он подрабатывал как каменщик на стороне.

— А что стало с домом твоих родителей? — Ученый задумчиво смотрел на друга своей юности.

— Дом я продал. Вначале отложил вырученные деньги. На исполнение моей мечты — ну, ты знаешь, что я имею в виду. — Крис ждал обычной глупой шутки, которой Снайдер всегда комментировал когда-то его мечту. Но друг молчал. — А потом на бирже возник новый сегмент торгов с упрощенными требованиями — Neue Markt, — и я решил, что на этом можно заработать. И все вылетело в трубу. Поскольку сейчас у меня на счету каждый цент, а запасов никаких нет, я и подумал: вдруг эта кость представляет собой какую-то ценность.

— Крис, известный торговец реликвиями.

— Я даже не знаю, человеческая ли она. Это продвинуло бы меня чуть дальше. У вас же здесь есть микроскопы.

— Еще бы. Но чего ты хочешь добиться при помощи микроскопа?

— Хочу взглянуть на остеоны.

— А что ты в них понимаешь?

— Не особенно много. Но я когда-то слышал от наших следопытов, что по остеонам можно различить кости человека и животного. В человеческих костях остеоны расположены случайно, а у животных — в ряд.

— Иногда, но не всегда, — сказал Уэйн Снайдер. — Есть эксперты, которые могут их обследовать. Но я не специалист в этой области. — Он скрестил руки на груди и испытующе смотрел на Криса: — Только успела позвонить твоя ассистентка, как ты уже и сам тут как тут. А если бы меня не оказалось на месте…

Крис громко рассмеялся:

— Застукал меня. Признаюсь тебе: твоя лаборатория была на втором месте в списке и я спонтанно решил тебя разыскать. Сегодня утром я был в Лейпциге. В Институте эволюционной антропологии, который относится к Институту Макса Планка.

— Так.

— Да. У меня был заказ по доставке в Биттерфельд. А поскольку этот институт — в Лейпциге, я это объединил. Там работает этот швед. Пээбо.

— О, это элита, дорогой мой, — Снайдер заинтересованно выпрямился на своем стуле. — Сванте Пээбо, отец археологических анализов ДНК. Он первым выделил и исследовал ДНК из тысячелетней кости. Неслабо ты замахнулся — нагрузить его костью из домашних запасов твоего отца. Может, ты сказал ему, что это кость тысячелетней мумии? — Снайдер укоризненно покачал головой. — Крис, может, ты что-то умалчиваешь, но среди сказанного нет ни одного правдивого слова… Ну с чего бы вдруг Пээбо взялся ее исследовать? Чего ради он вообще должен был тебя слушать?