Фиалки синие - Джеймс Паттерсон

Они приехали в Саванну, штат Джорджия. Уильям приостановил фургон у парка «Колониальное кладбище» и направился дальше, к Аберкорну, затем свернул на Перри-стрит и, полюбовавшись на площади Чиппева и Орлеан, сказал Майклу:

— Саванна стоит на покойниках. Большую часть этого портового города возвели на кладбищах.

Гражданская война обошла Саванну стороной, поэтому до наших дней из множества других южных городов она сохранилась в лучшем виде.

Уильяму Саванна пришлась по душе, и он радовался, что выбрать следующую жертву они должны среди жителей именно этого города. Предвкушение пищи и мысль о необходимости выполнить здесь очередной этап возложенной на них миссии грели ему сердце. Увидев здания исторического района, Уильям очнулся от дум и понял, что перестал обращать внимание на названия улиц.

Этот уголок Саванны радовал глаз обилием величественных построек в феодальном стиле, церквей девятнадцатого века, причудливыми металлическими декорациями с завитками и греческими мотивами, морем цветов. Уильям с восхищением рассматривал знаменитые старинные здания: Грин-Мелдрим, Гамильтон-Тернер, первый дом Джо Одома.

— Как красиво и элегантно, — сказал Уильям брату. — В таком районе и я не прочь поселиться. Как думаешь, у нас когда-нибудь появится постоянный дом? Ты хотел бы в один прекрасный день где-нибудь осесть?

— Я помираю с голоду. Давай осядем как можно быстрее, — ответил Майкл смеясь. — Осядем и попразднуем, взяв лучшее, что в Саванне имеется.

Уильям остановил фургон на улице Уэст-Бэй. Они с Майклом выпрыгнули на дорогу и принялись разминаться. Их внимание привлекли две девушки в футболках с эмблемами Саваннского колледжа изобразительных искусств и дизайна. В коротких джинсовых юбках, девушки прогулочным шагом приближались к фургону. У обеих были длинные стройные ноги, чудесный загар, и, казалось, ни ту ни другую ничто не волнует.

— Можно сдать вам кровь? — с чарующей улыбкой спросила та девушка, что пониже, лет шестнадцати-семнадцати. Над губой у нее поблескивали гвоздики с камнями, а цвет волос напоминал вишневый мусс «Джелло».

— А ваша кровь вкусная? — спросил Майкл, глядя ей прямо в глаза.

— Еще бы! Я вся вкусная. — Девушка посмотрела на подругу. — Правда ведь, Карла?

Карла кивнула, закатывая зеленые глаза.

Уильям изучил обеих внимательным взглядом и решил, что в Саванне стоит поискать что-нибудь поинтереснее. Эти дешевки недостойны его и Майкла.

— Простите, сейчас мы заняты, — сказал он и мило, даже обольстительно улыбнулся. — Может, чуть позднее, например, сегодня вечером. Как вы на это смотрите?

Менее высокая из девушек фыркнула:

— Мы просто заговорили с вами, не делая никаких намеков. Уильям лениво провел рукой подлинным светлым волосам.

— Я так и подумал. Я тоже не делаю никаких намеков. Что плохого в том, что мне захотелось познакомиться поближе с двумя красивыми девчонками? Было бы здорово, если бы вы действительно пришли сюда попозже, заодно мы и кровь бы у вас взяли.

Уильям и Майкл решили прогуляться к прибрежной зоне реки Саванна. Ни грузовые корабли, ни буксиры, ни украшенный цветными гирляндами прогулочный катер на воде, ни даже бронзовая статуя — возвышавшаяся над берегом молодая женщина с застывшей в прощальном взмахе рукой — все это не интересовало братьев. Их внимание сосредоточилось на изучении прогуливающихся у реки мужчин и женщин, на поиске жертвы, несмотря на то что напасть на нее прямо здесь и сейчас грозило опасностью. А людей тут было видимо-невидимо, в том числе и весьма привлекательных.

— Надо кого-нибудь выбрать. Возможно, прямо в этом чертовски милом прибрежном парке, — сказал наконец Уильям.

— Попробовать вот этого я не отказался бы, — произнес Майкл, указывая на стройного парня в черной футболке и голубых джинсовых шортах. — А может, лучше вон того? — спросил он, кивая на очаровательного двухгодовалого малыша в песочнице. — Надеюсь, от него не воняет сладким, как от остальных здесь присутствующих. У меня от этого запаха голова идет кругом.

Уильям улыбнулся.

— Это запах конфет. Барбекю, полагаю, тут тоже готовят отлично. С особыми приправами.

— Жилистой говядины или свинины я не желаю, — запротестовал Майкл, морща нос.

— Ладно, — ответил Уильям. — Говори, чего хочешь.

Майкл сделал выбор.

— Превосходно, — прошептал Уильям.