В опасности - Флинн Берри

– Нет.

– Я все думаю, что бы я сделала с убийцей, если бы нашла, – произносит Джоанна. – Быстро бы все не закончилось.

Она из Манчестера, говор у нее знакомый и придающий уверенности. Не такой, как у Рэйчел, но, по крайней мере, северный. Ей за сорок, и Рэйчел как-то сказала, что она смотрит на Джоанну, чтобы понять, какой она станет через десять лет. «Но она же врач, а не медсестра», – заметила я, а Рэйчел наградила меня долгим пронизывающим взглядом.

– У вас среди персонала есть кто-нибудь по имени Мартин?

Джоанна хмурится.

– В нашем отделении нет.

– А среди больных?

– Что-то никто на ум не идет. А что такое?

– Недавно она впервые упомянула это имя. Говорила, что собирается с ним встретиться.

– Я дам тебе знать, если что-нибудь припомню, – отвечает она.

– А как Рэйчел себя вела в последнее время?

– Да вроде как обычно. – Джоанна смотрит на здание больницы. – Хреново все-таки без нее. Все остальные – или уроды, или придурки.

– А как же Хелен?

– Уродина.

Через десять лет Рэйчел стала бы старшей медсестрой. Интересно, осталась ли бы она в Оксфорде или же ушла бы в другую больницу.

– Мы тут с ней несколько недель назад крепко выпили. Я рассказала Рэйчел о своем нынешнем романе, а она мне о том, как ее избили, когда ей было семнадцать.

– Она никому об этом не рассказывала. По-моему, даже Стивену не обмолвилась.

– Мы были подругами, – произносит Джоанна, чуть растягивая последнее слово.

– И где вы сидели? – Мне хочется представить их вместе. От этого становится тепло на душе. Иногда я переживала, что Рэйчел одинока, что у нее в жизни одна сплошная работа.

– В «Пеликане».

– А почему вы пошли в «Пеликан»?

После работы Рэйчел если куда и заходила, так только в «Белый олень».

– Рэйчел пришла встретиться со мной после своей смены. А я уже была в Оксфорде, – говорит она.

– Зачем?

– Расследование коронера.

– И когда это было?

– В октябре.

– Нелегко, наверное, пришлось.

– Да нет, я уже десятки раз помогала. Мы проводим расследование каждый раз, когда кто-нибудь умирает в течение сорока восьми часов после поступления в больницу. Коронер опрашивает свидетелей и протоколирует причину смерти, а потом, если повезет, у нас весь день свободен.

Я расспрашиваю Джоанну о романе, потому что хочу составить себе картину того, как они сидят в «Пеликане». Роман у нее с тренером сына по плаванию. Я выуживаю у нее реакцию Рэйчел. Джоанна говорит, что в нем было много чего, что им обеим показалось забавным, и я вижу Рэйчел, наклонившую голову и смеющуюся над столом.

Когда я возвращаюсь в Марлоу, четверо стариков играют в шаффлборд на общей площадке. Когда мне казалось, что слишком холодно, Рэйчел играла там с завсегдатаями. Она не знала их всех по именам и говорила, что старики редко открывают рот, но когда один из них уехал отдыхать, то привез ей маленькую бутылку анисовой водки.

– А почему он подарил тебе анисовку? – спросила я.

– Потому что ездил в Грецию, – ответила сестра.

Мне интересно, не один ли из этих стариков подарил Рэйчел анисовку. Над вид им всем за восемьдесят, так что я вычеркиваю их из списка подозреваемых. Вообще-то это неправильно. Кто знает, что они вытворяли, когда были помоложе.

Я гляжу, как они толкают по площадке темно-вишневые диски, и гадаю, знали ли они Рэйчел и насколько хорошо. Я помню, как Льюис неделю назад переживал за меня рядом со зданием муниципалитета. Рэйчел никогда мне не рассказывала, что навещала Эндрю Хили в тюрьме. Ни словом не обмолвилась, что купила собаку для защиты себя. Сестра позволила мне делать вид, что все давно кончилось.