Чего боятся женщины - Эми Гутман

К одиннадцати суета на фирме стихла. Работа у Мелани в это время всегда спорилась. Днем приходилось отвлекаться на собрания и бесконечные телефонные звонки, вечером же можно было, как следует сосредоточиться.

Уже два часа она сидела за компьютером, вчитывалась в материалы дела. Она сочиняла речь для апелляции по тяжбе Леверетта и решила освежить в голове некоторые факты. Одна мелочь потянула за собой другую, и теперь Мелани разматывала целый клубок. Конечно, работу можно поручить какому-нибудь стажеру, но ей хотелось забыться в простейших, сотни раз отработанных действиях.

Сегодня она чувствовала необъяснимую грусть. Вспомнились перепуганные лица Пенни и Уилбура Мерфи. Супруги потеряли все свои сбережения. Она не виновата! Не виновата! А все же доля ее вины в этом есть. Юрист должен приносить людям пользу, а не горе. Юрист призван сделать мир лучше и справедливее. Я сама раньше была лучше.

На столе противно зазвонил телефон. Мелани взяла трубку:

— Алло?

— Привет, это Майк.

Она вздрогнула, как от электрического разряда.

— Я тебя ни от чего не отрываю? Поговорить надо. Джеймисон мог бы не объяснять дальше. Все сразу прояснилось.

— Часы действительно принадлежали Диане, — бесцветным голосом сказала Мелани.

— Да, мне только что сообщили.

Она встала и подошла к окну, не отнимая трубки от уха.

— И что теперь?

— Изымут часы, допросят твою знакомую.

— Я с ней свяжусь, — кивнула Мелани. — Объясню ситуацию.

— Скажи, что ее интересы защитят.

Она горько улыбнулась.

С годовщиной, Мелани!

Не хочется даже думать, что означает это письмо.

— Как продвигается расследование? Зацепки есть?

— Нет. По крайней мере, мне о них не сообщали. Полиция допросила друга Мейси, но он, похоже, чист. По одной из версий, убийство может быть связано с ее новой книгой. Диана заканчивала роман о Винни Дандридж.

— Дандридж? Техасская черная вдова?

— Она самая. Диане, кажется, угрожал какой-то ее приятель, однако у него бесспорное алиби. Впрочем, никому и в голову не пришло, что убийство может быть связано с делом Гейджа.

— А про Лестера Крейна ты думал?

— С часов снимут отпечатки, но я уверен, что это не он.

— Почему?

— Почерк не его. Садист убивает всегда одинаково.

— Почерк? — недоуменно переспросила Мелани.

— Визитная карточка. Крейн всегда пытал своих жертв перед смертью. Он получал удовлетворение не от факта убийства, а от боли и насилия. Пытки с течением времени немного варьировались, но общий стиль легко узнаваем.