Попкорн - Бен Элтон

К беседе снова подключился Уэйн.

— Да какая разница, Скаут? — спросил он. — Была бы красивая, а натуральная это красота или нет, не все ли равно?

— Мне кажется, было лучше, когда девушки выглядели так, как выглядели, и ничего не выдумывали, — возразила Скаут.

Теперь уже не оставалось сомнений, что Брюс передвигается по комнате, хоть и очень медленно. Поглядывая по сторонам, он потихоньку пробирался к тому самому столу и верхнему ящику. Уэйн и Скаут все еще были поглощены друг другом, и их голоса сливались в голове у Брюса в какое-то неясное бормотание. Брук смотрела в пол. Следили за ним, казалось, только глаза охранника, вылезающие из орбит на изуродованном лице. Словно он был сообщником Брюса. Подопытным существом из истории про Франкенштейна, которое почуяло в Брюсе человека, способного отомстить за его жестокое убийство. В какой-то момент глаза Брюса и охранника встретились и запечатлели друг друга крупным планом. Брюсу почудилось, что глаза мертвеца предупреждают его об опасности — жизнь в голове поддерживалась кроваво-красными сгустками лавы, которая циркулировала в лампе, плавно поднимаясь и опускаясь.

Потребовалось невероятное усилие, чтобы собраться. Ужас, который Брюс испытывал, делал его легкомысленным. Голоса Уэйна и Скаут, глаза убитого и неотвязная мысль, что сам он на волосок от смерти, не выходили у него из головы и не давали сосредоточиться. Брюс не был слабым человеком: за несерьезным фасадом скрывалась стальная сердцевина. Ему ведь нет еще и сорока, а он уже самый успешный режиссер в Америке. Такого нельзя добиться, не имея сильного характера. Однако все произошедшее сегодня было уже слишком даже для Брюса.

«Это просто кино, — шептал ему внутренний голос. — Веди себя как будто это просто кино».

Брюс твердил себе, что видел такое сотни раз. Ситуация под контролем. Ситуация у него под контролем. «Это просто еще один фильм».

Он отвел глаза от головы мертвеца и запечатлел взглядом панораму комнаты. Никто на него не смотрел. Он был на заднем плане. Фокус на бесконечность.

— Ну, а как насчет Брук? Думаешь, она настоящая? — говорил Уэйн.

Он расслабленно откинулся на диванные подушки и явно чувствовал себя как дома. Скаут критически осмотрела сидящую напротив женщину.

Брук съежилась. Просто удивительно, как нелепо может смотреться сексуальное платье, если его обладательница испугана и подавлена. Такую одежду нужно носить уверенно, иначе будешь похожа в ней на обыкновенную дешевую проститутку.

— Настоящая? Да не смеши меня! — воскликнула Скаут. — У кого, у кого, а у Брук и отрезали, и натягивали, и высасывали, и подкачивали, и еще не знаю что. Так ведь, Брук?.. Я спросила, так ведь, Брук?

Герой фильма Брюса был уже почти у самого стола. Все, что ему требовалось, — это несколько секунд вне поля зрения мучителей.

Брюс не догадывался, что в фильме два героя. Казалось, Брук не замечала его мучительного продвижения по комнате, однако это было не так. Когда она опустила глаза к полу, в поле ее зрения попали несколько кадров ног Брюса, передвигающихся на заднем плане. Она поняла, что у Брюса есть какой-то план и что Уэйна и Скаут нужно отвлечь. Кроме нее, сделать это было некому — она должна присоединиться к разговору, причем как можно эффектнее. Брук подняла голову и с вызовом посмотрела на Скаут.

— Не твое собачье дело!

Скаут и Уэйн были явно удивлены. До сих пор Брук никак не проявляла характер, а тут вдруг взорвалась. Ее голос наполнил комнату; тон был решителен и тверд. Пользуясь моментом, Брюс сделал целый шаг вперед.

Уэйн уставился на Брук.

— Вот тут ты ошибаешься, мисс Дэниелс. Это наше дело, потому что ты принадлежишь нам. Понятно? Принадлежишь мне и моей девушке. А теперь ответь на ее вопрос. Если только ты, конечно, не считаешь себя выше этого. Тогда будешь говорить с ним.

Уэйн поднял автомат к плечу и навел на Брук. Она увидела зияющее дуло и ухмыляющуюся физиономию Уэйна на заднем плане.

А дальше, за головой Уэйна, медленно продвигался Брюс.

Брук понимала, что должна взять Уэйна на себя. Она храбро взглянула в его глаза под черным дулом автомата.

Он медленно закрыл один глаз и прицелился. Это было похоже на гротескное веселое подмигивание.

Брук старалась не шевелиться, что оказалось задачей не из легких.

— Ну ладно, извращенец, если тебе так надо знать, — дразнить убийцу было очень опасно, но Брук понимала, что, пока Брюс не доберется до стола, она должна отвлекать Уэйна, — мне убрали морщинки вокруг глаз и губ, отсосали целлюлит на бедрах, увеличили грудь и поменяли форму пупка.

Пока она это говорила, Брюс открыл ящик. Внимание Уэйна приковано к Брук. Лучшего шанса может просто не представиться.

Крупный план: рука Брюса открывает ящик. Затем исчезает внутри.

Ящик пуст.

Такой драматический момент требует соответствующего саундтрека. Тут нужно что-нибудь резкое, похожее на крик, или ироничное, как в фильмах Брюса, вроде музыки из комедийного сериала, но диссонирующей и мрачной. Однако саундтрека не последовало: Брюс уже не играл в кино. Его поражение было слишком реальным.

— О, Брюс! — раздался в тишине голос Уэйна, гадкий и полный сарказма. — Не это ли ты ищешь?

Уэйн даже не потрудился обернуться. Брюс видел только его затылок и вытянутую руку, на указательном пальце которой висел маленький пистолет.

— Не повезло, Брюс, у меня, понимаешь ли, нюх на пистолеты, — сказал Уэйн, по-прежнему не оборачиваясь. — Этот я давно унюхал. Пошел за бурбоном и думаю: «Ммм, а что это за запах такой? Он мне нравится. Наверное, это пистолет». И представляешь? Действительно, пистолет! Вот ведь как бывает!

Брюс не ответил. Уже не в первый раз за эту ночь он лишился дара речи.

— Должен также заметить, что очень многие мужчины предпочитают хранить оружие в верхнем ящике стола. Для режиссера-оскароносца ты не слишком-то оригинален, Брюс.

Брюс внутренне съежился. На какое-то время он почувствовал себя героем, у него был план и шанс победить. В результате он остался в дураках, и провел его жалкий убийца, никчемный отброс общества.

Стрелки часов показывали шесть утра, так что свидание Брюса с Немезидой, богиней возмездия, сильно затянулось. Со старой жизнью Брюса было покончено. Даже если ему удастся уцелеть в этой переделке, он никогда уже не сможет жить по-прежнему.

За пределами этого дома, в Лос-Анджелесе и во всей Америке, Брюса могли любить или ненавидеть, однако его имя было у всех на устах. Сообщение о триумфе Брюса Деламитри на церемонии вручения «Оскара» подавалось во всех утренних новостях как одно из самых важных. Конкуренцию ему составляло только массовое убийство в супермаркете «Севн-илевн», которое освещалось всеми каналами как новость № 1. Даже в Калифорнии четырнадцать убитых в очереди за продуктами — новость первостепенная, тем более что, по свидетельствам выживших, после окончания стрельбы, преступники совокупились, будто кролики, у автомата с газировкой.