Слепое знамя дураков - Мара Брюер

Я вспомнил: Лидванская поставила блок в гостиничном номере Лондона, когда Хельга сообщила, что слышала её сокровенные мысли, а я уловил эмоции. С тех пор я понял, что Оксана влюблена в инспектора…

Девочка рассмеялась.

– Что ты смеёшься, Ольга? – я с укором взглянул на неё, догадываясь, что она всё таки уловила какую-то мою мысль.

– Да так… в соседнем купе рассказали анекдот… Я не буду повторять, можно? – с ходу нашлась она.

– Можешь не повторять, – разрешил я.

К нам постучали. Дочь повернулась к окну, демонстрируя, что не станет узнавать, кто к нам пожаловал. Я же уловил аромат, который мог исходить только от неё.

– Входи, Клавдия, – пригласил я вампиршу.

– Мы скоро прибудем. Вы готовы? – спросила та, за долю секунды оказавшись рядом с девочкой.

– Мне жаль, что ты не сможешь присутствовать, – сказала ей Ольга.

– Мне тоже жаль, моя хорошая, – Клавдия погладила её по голове.

– И ещё мне жаль, что Селена никогда даже не узнает, что я стала членом Братства, – глаза телепатки наполнились слезами. Вампирша обняла её.

– Такова судьба, милая, – звонко пропела Клавдия. – Мне тоже не хватает её, но за четыре века я научилась «жить дальше», а я, поверь, потеряла многих дорогих мне людей.

– Хорошо, что я не могу читать твои мысли, иначе мне было бы невыносимо больно переживать всё то, что пережила ты, – Оля смотрела в мертвенно-бледное лицо вампирши. – Терять родных, близких людей… Мои родители отказались от меня из-за того, что я не такая, как все… – она прижалась к Клавдии и крепко обняла её.

– У тебя теперь есть семья – мы все. И все мы любим тебя, дорогая, – сказал я как можно нежнее.

– Я тоже всех вас люблю. Спасибо, что нашёл меня, – её лицо озарила искренняя улыбка любящей дочери, которой у меня никогда не было.

– Мы должны благодарить Селену, – бодро сказал я, вспомнив наше знакомство в Лондоне. – Её аромат я учуял и последовал к ней в ту ночь.

– А где будешь ты, когда начнется обряд? – спросила Оля вампиршу.

– Неподалёку. Но мысленно… насколько это возможно, ведь, по твоим словам, мыслей у меня нет… В общем, я буду с вами обоими, – ответила Клавдия, прижимая к себе девочку.

– Ну, как всё прошло? Это так долго у вас…

– Великолепно! – ответила Ольга на вопрос Клавдии. Она ожидала нас в квартире, выделенной нам одним из членов Братства на всё время пребывания в Москве.

– Стандартный обряд длится значительно меньше времени, – ответил я, неоднократно присутствовавший в своей человеческой жизни на крестинах детей, рождённых членами моей семьи, нашими соседями и друзьями. – А нас посвящали в воины Братства добра и света, мы давали клятву.

– Это, наверно, было захватывающее зрелище, – улыбнулась вампирша, дразня Ольгу.

– Это был потрясающе. И у меня есть вот это, – Оля развернула ладонь, где причудливым узором линии сложились в лик.

Клавдия при этом взлетела к потолку и, выпустив клыки, зашипела.

– Извини, извини, я не подумала… – засуетилась Оля, пряча ладонь в кулак.

– Я должен был это предвидеть. А ты спускайся, опасности нет, ты же знаешь, – попросил я вампиршу.

– А когда-то я была прилежной католичкой… – задумчиво произнесла Клавдия, и мне даже показалось, что её глаза заулыбались. – Я помню своё первое причастие, моя мать тогда ещё была жива… А потом её забрала у нас чума… Но настоящий ад начался, когда мой отец выдал меня за синьора Джованни…

– Мне жаль, что всё так вышло, – я протянул ей руку, – мне «документ» не выдали… по особым причинам… Не бойся, Оля не станет пользоваться им в твоём присутствии.

Клавдия бесшумно опустилась на пол, спрятав клыки.

– Мне пора обедать. Я чувствую, что Оксана привезла кровь, – она втянула воздух своими бездыханными лёгкими.

– Приятного аппетита! Не запачкайся, – пошутил я.

– Поздравляю вас, воины, – бросила нам вампирша и исчезла в окне.