Убийственное совершенство - Питер Джеймс

Джон вздрогнул и проснулся. Голова кружилась, и он с трудом соображал, что происходит.

6.47 — горели цифры на будильнике.

Рядом зашевелилась Наоми:

— Что… такое…

Кто может звонить в такой час, черт его раздери? Может, Швеция? Они жили в Америке уже восемь лет, но мать все время забывала о разнице во времени. Несколько раз, после того как они переехали в Лос-Анджелес, она звонила в два или три часа ночи. Еще три звонка, и включился автоответчик.

Джон закрыл глаза и мгновенно уснул.

В пять минут восьмого телефон снова ожил.

— Господи, мама, мы хотим спать! — завопил Джон.

— Может быть, что-то важное, — пробормотала Наоми.

— Мне плевать.

Опять включился автоответчик. Это действительно мать? Может, что-то случилось? Не сейчас, ради бога, не сейчас. Все подождет. В девять утра Джону предстояло собрание преподавательского состава, и он отчаянно нуждался в сне. Хотя бы еще несколько минут. Будильник был поставлен на семь пятнадцать. Джон снова закрыл глаза.

И снова телефонный звонок. Комнату заливал яркий утренний свет. Не открывая глаз, Джон почувствовал движение рядом — встала Наоми. Телефон замолчал.

— Я посмотрю, кто звонил, — сказала Наоми.

— Оставь, милая. Не обращай внимания.

Она вышла из комнаты и через пару секунд вернулась.

— KTTV. Три сообщения от женщины по имени Бобби.

— Бобби? Я не знаю никаких Бобби. Что она хотела?

— Она не сказала. Просто просила перезвонить как можно скорее. Сказала, это срочно.

Канал KTTV принадлежал телекомпании Fox. Несколько месяцев назад Джон принимал участие в ток-шоу, посвященном эволюции.

— Почему они звонят в такое время? — Теперь он совсем проснулся, хотя голова по-прежнему была тяжелой от недостатка сна и от таблеток.

Телефон зазвонил снова.

— Это невероятно! — Джон схватил с тумбочки трубку.

— Здравствуйте, это Дэн Вагнер из KCAL. Я говорю с доктором Клаэссоном?

— Вы знаете, который час? — рявкнул Джон.

— Ну… э… сейчас немного рановато, конечно, но я просто хотел узнать, не согласитесь ли вы дать краткое интервью для нашего утреннего шоу.

Джон нажал отбой и сел на кровати.

— Что происходит, черт возьми? Они что, с ума посходили?

Наоми, обернутая полотенцем, посмотрела на него с удивлением:

— Видимо, какая-то сенсация. Может быть, невероятное открытие в твоей области и они хотят, чтобы ты его прокомментировал? Может оказаться хорошей рекламой для тебя. Глупо упускать такой шанс, ты что?

Джон поднялся и побрел в ванную. Кое-как стащив с себя халат, он уставился в зеркало. Бледное, изможденное, какое-то безумное лицо, темные круги под глазами, взъерошенные, дыбом стоящие волосы. У него был примерно час на то, чтобы привести себя в порядок, принять душ, побриться и влить в себя немного кофе. Потом надо погрузиться в автомобиль и доехать до кампуса.

Проклятый телефон зазвонил опять.

— НЕ БЕРИ ТРУБКУ! — заорал он.

— Джон…

— Не бери трубку, я сказал!

— Джон! Да что с тобой…

— Я не выспался, вот что со мной! Я не выспался, у меня уже три месяца не было секса, и моя жена носит непонятно какого ребенка! Ясно? Хватит этого или назвать еще причины?

Звонки прекратились, но почти тут же начались снова. Не обращая внимания на Джона, Наоми сняла трубку.

— Это Джоди Паркер из новостей KNBC. Это резиденция Клаэссонов?

— Да. Чем я могу вам помочь?

— Я бы хотела поговорить с профессором Джоном Клаэссоном.

— Могу я узнать, по какому поводу?

— Конечно. Мы пришлем за ним машину, чтобы добраться до студии. Нам нужно всего лишь небольшое интервью.

— Сейчас я позову его.

Джон сделал отрицательный жест. Наоми прикрыла трубку ладонью.

— Возьми трубку, — прошипела она.

Он покачал головой.

— Джон, ради бога…

Он выхватил трубку у нее из рук и нажал на отбой.

— Что ты делаешь, скажи на милость? Что с тобой происходит?

Джон бросил на нее раздраженный взгляд:

— Я устал, понимаешь? Я очень устал. В девять часов у меня собрание преподавательского состава, и я должен там присутствовать, compos mentis.[3]Там будут по крайней мере два члена совета, у которых большие сомнения по поводу того, давать мне место в штате или не давать. А если я не получу места в штате, то через год окажусь на улице и стану играть на банджо или протирать стекла автомобилей на светофоре, чтобы заработать на детское питание нашему ребенку. Теперь тебе понятно или объяснить подробнее?