Схема убийства - Илья Бушмин

– Хм, – сказал Цепов.

– Вот выписка из досье Грача, – продолжал я, выкладывая перед шефом документы, один за другим. – Три судимости, из них одна условно. В общей сложности он провел на зоне 12 лет. Сидел за кражу, разбои и убийство.

– Хм.

– А вот другая справка. Это выдержка из личного дела Грача, которое мне сейчас по факсу скинул следователь. Здесь нет ни слова о его судимостях. Зато указано, что Грач был проверен в органах. Налицо фальсификация. Это уголовник, который возглавляет службу безопасности на оборонном, мать его, предприятии.

– Хм, – в третий раз произнес Цепов, а потом недовольно, словно я нес какой-то совершенно оголтелый бред, буркнул: – Ну, и как это все возможно?

Я невольно издал саркастический смешок.

– А как возможно, чтобы сын депутата за убийство двух человек получил условный срок? А как возможно, чтобы осужденный за взятки генерал по бумагам числился в колонии, а на деле разъезжал на крутом джипе по лучшим ресторанам города? Мы в России живем, Антон Петрович. У нас возможно все.

– Не заводи снова свою шарманку, а?

– Я ничего не завожу. Вот, перед вами документы, что трижды судимый уголовник Грач возглавляет службу безопасности «Новатора». Он же, судя по данным из паспортного стола, в детстве был прописан в соседнем с Масловым доме. Все это подтверждает слова Маслова.

– Значит, ты ему поверил?

– Я верю своим глазам.

Цепов хмуро на меня покосился, еще раз быстро пробежал документы и отложил их в сторону.

– Это все вилами на воде писано. И это ни о чем не говорит. Этого Грача на работу мог взять сам Туманов. Мало ли, что их связывало. К тому же… Ну не знаю, к тому же, учитывая его – Грача – биографию, он был бы последним, кому выгодно, чтобы в этой истории копались.

– Конечно, – отозвался я. – По этой причине они и подвели под монастырь Маслова. Чтобы менты и следаки не копались в этой истории, а заглотили другую, которую им на блюдечке преподнесли.

Цепов отмахнулся:

– Вот только не нужно мне тут демагогии, хорошо?

– И в чем демагогия?

Цепов вздохнул. Он выглядел примерно как врач, который не знал, как сообщить пациенту неприятное известие. В лоб – «Мне жаль, но вы умрете» – или сделать так, чтобы пациент сам обо всем догадался?

– Не все так просто, Колесов. – забавно, но, когда Цепов был в хорошем расположении духа, он называл меня по имени. Значит, сейчас шеф был не в настроении. – Не все так просто.

– Да все же очевидно!

– Во-первых, ни фига подобного.

– А во-вторых?

– А во-вторых, – Цепов помялся, но все-таки заговорил: – Ты вот на этого Грача материалы запросил у следака, и волна пошла…

– Какая волна?

– А такая, Колесов. Мне из управления звонили. Из главка, значит. Намекнули, что… Короче, в управлении не хотят, чтобы мы отрабатывали какие-то второстепенные версии. У нас есть киллер, это Маслов. И точка.

Я уставился на него, не веря своим ушам.

– Что? Это шутка такая?

– Я сейчас что, на мистера Бина тебе похож? – огрызнулся Цепов. – Ты не понимаешь. Тут уже другая игра пошла. Не нашего уровня.

– Какая еще игра?

– Пинженин, – поколебавшись, угрюмо произнес Цепов. – Тут такое дело… Не знаю, в курсе ты или нет. Этот человечек уже успел, скажем так, связями обрасти. Все-таки, правая рука директора крупнейшего в городе оборонного предприятия. А еще – член общественной палаты. Ты знал?

– Общественной палаты, – глупо повторил я.

– Да. Той самой палаты, в которой все наше начальство тоже заседает. И он, значит, работает в комитете по координации работы с правоохранительными органами и, так сказать, общественными организациями. К тому же… К тому же, осенью выборы в горсовет. Как я понял, этот фрукт собирается в них участвовать. Потому что он член партии. И наверху вроде как на него ставку делают… И если он сейчас в каком-нибудь скандале будет замешан, то, так сказать, у многих планы нарушатся…