Спасатель - Говард Роуэн

— Гаше! — прохрипел я, выворачивая шею. — Они у Гаше. Найдите его!

— Извините, мистер Келли, но, боюсь, я не знаю никакого Гаше. Я дал вам пять секунд, а теперь осталась уже одна. — Тиски сжались. — Скажи «привет» братцу, придурок!

— Нет! — завопил я в отчаянии, уже чувствуя, как лезвие входит в горло, и в этот момент пол ушел из-под ног. Может быть, он давал мне последний шанс. Я понимал, что живым отсюда уже не выйду, даже если расскажу все, что знаю и чего не знаю.

Собрав всю оставшуюся силу, я врезал локтем ему в бок. Он охнул и на мгновение ослабил хватку. Ноги коснулись земли, и в ту секунду я нырнул вперед, взваливая его на спину. Он махнул ножом и рассек мне руку. Я вклеил его в стену.

Не знаю, как это получилось, но мой противник вдруг оказался на полу.

Лет сорока, с густыми темными волосами, в нейлоновой куртке, сложен, как кирпич. Бодибилдер. О том, чтобы справиться с таким, не стоило и мечтать. Падая, он сумел удержать нож и уже встал на четвереньки. У меня оставалось не больше секунды, чтобы решить, как сохранить свою жизнь.

Я схватил первое, что попалось под руку. Алюминиевую бейсбольную биту. Размахнулся… и чертова железяка угодила в фонарики над бильярдным столом.

Мой противник отступил под градом стеклянных осколков. Он смеялся надо мной.

— У меня нет картин! — крикнул я.

— Очень жаль, мистер Келли. — Громила перекинул нож из одной руки в другую. — Но мне в общем-то наплевать.

Выпад. Лезвие зацепило предплечье. Меня пронзила острая боль.

— Это только начало, — усмехнулся он.

Я ударил наотмашь и даже попал. Он скривился и засопел. Нож выпал из онемевших пальцев и отлетел в сторону.

В следующий момент верзила врезался головой мне в грудь, впечатывая в стену. Перед глазами поплыли яркие круги. Я попытался защититься битой, но расстояние не позволяло использовать ее эффективно. К тому же на его стороне было подавляющее преимущество в силе.

Он прижал биту к моей груди, усиливая давление на легкие. Бита медленно поползла вверх. Воздуха не хватало.

Я чувствовал, как напряжены вены на лице и шее. Теряя сознание, выбросил вверх согнутое колено и угодил в пах. Вперед! Мы покатились по комнате и врезались в стеллаж за бильярдным столом. С полок посыпались кии, шары, диски…

Он застонал. Может, стукнулся головой? На глаза попался нож. Я прыгнул за ним, схватил и успел вернуться раньше, чем он пришел в себя.

— Кто тебя послал? — Я схватил его за волосы, заставив откинуть голову, и ткнул ножом под подбородок. Ублюдок убил моего брата, и мне не требовалось подстегивать себя, чтобы перерезать ему горло. — Кто тебя послал? Кто?

Глаза у громилы закатились.

— Какого черта?

Я дернул его за воротник куртки, как если бы затаскивал в лодку, и парень вдруг свалился мне на руки. Из спины торчал хоккейный конек. Я оттолкнул его, и громила замертво рухнул на пол.

Сил не осталось. Даже чтобы пошевелиться. Какое-то время я просто сидел, тяжело дыша и глядя на неподвижное тело. Потом до меня дошло. Ты только что убил человека.

Думать об этом я не мог. Вернулся к брату и опустился перед ним на колени. Слезы жгли глаза. Я погладил его по щеке.

— Ох, Дейв, что же я наделал?

Я поднялся. Вернулся в комнату. Взял с дивана книгу. Вырвал страницу с «Портретом доктора Гаше». И вывалился из подвала.

Уже темнело. Рана на руке кровоточила, и пришлось замотать ее свитшотом. А потом я сделал то, что в последнее время получалось у меня лучше всего.

Я побежал.