В опасности - Флинн Берри

Однажды я проследила за одной женщиной от метро. Села она на станции «Монумент», что само по себе привлекло мое внимание. По какой-то причине мне захотелось знать, что она там делала. Она всю дорогу читала, лишь однажды оторвавшись от книжки на станции «Кэннон-стрит». Когда на «Виктории» она поднялась с места, я вышла из поезда вслед за ней, а не поехала до своей остановки. Она вышла из метро и направилась к реке и району Пимлико. Стоял конец мая, такой теплый весенний вечер, когда не хочется домой. Женщина вышла на проезжую часть, чтобы обойти небольшую толпу людей, стоявших у паба с пенящимися бокалами пива и куривших, потом свернула в переулок со стоящими в ряд домами из желтого кирпича с белыми трубами на крышах.

Я никому об этом не рассказывала. Было бы слишком трудно объяснить, что мне хотелось о ней знать.

В Пимлико женщина заметила меня, но меня это не смутило. Я могла бы проследить за ней до самого ее дома, а потом сказать, что живу в квартире этажом ниже, и она бы придержала мне дверь и рассмеялась бы подобному совпадению. Сейчас, конечно, все по-другому. Я сама хочу, чтобы Кит заметил, что я за ним слежу. Главное, однако, в том, что я узнала, что выгляжу безобидно. А это означает, что я могу за ним ходить, и этого не заметит никто, кроме него. Я стану дважды в день проходить мимо дома Кита, мы будем ужинать в одном и том же пабе. Я ему никогда не угрожала, у него нет подтверждений преследования. По-моему, мне всего-то и нужно, что находиться там же, где и он.

Кит что-то скрывает. Он все же мог ее и не убивать. Может, просто ходил за ней по пятам. И уж конечно, Кит не нападал на нее в Снейте пятнадцать лет назад. Наверное, я ищу трех разных людей. Напавшего на нее в Снейте, следившего за ней с вершины холма и убившего ее.

Всего несколько месяцев назад Рэйчел ездила в бристольскую тюрьму. Она так и не перестала искать того, кто на нее напал. Есть вероятность того, что она его нашла, а он убил ее. Я знаю, как она вела поиски пятнадцать лет назад, и что бы она ни нашла, это вполне могло еще существовать.

Я выхожу из «Охотников» и направляюсь в газетный киоск за провизией. Когда мы были подростками, мы часами искали его в криминальной хронике, читая о происшествиях вокруг Снейта, и поглощали мармеладки. Жевали сладости, перескакивая с одной статьи на другую. Сейчас от запаха мармеладок меня тошнит.

Вместо них я покупаю несколько упаковок лакричных конфет и бутылку минеральной воды. Сажусь с лэптопом на кровать, ставлю вокруг себя пакетики с конфетами и начинаю разыскивать напавшего на Рэйчел человека.

Тяжкие телесные повреждения, изнасилование, убийство. Круг с центром в Снейте, включающий Лидс, Йорк, Галл и городки между ними. Когда я начинаю читать, меня накрывает волна адреналина. Я все помню. Наши красные от мармеладок рты, сгорбленные спины, подвернутые под себя ноги.

За пятнадцать лет хроника изменилась. Сейчас больше материала, больше фотографий. Я быстро листаю статьи, ведомая чем-то близким к панике. Это так знакомо. Я-то думала, что изменилась, но, наверное, проведенные в Лондоне годы и стали отклонением, и я всегда намеревалась к этому вернуться.

К концу дня у меня под мышками расплываются пятна от пота. Но теперь есть список фамилий. Первым стоит Ли Бартон, и через два дня он предстанет перед Йоркским Королевским судом.