Змеиная яма - Михаил Март

– Машина его здесь стояла?

– Как обычно, во дворе.

– Где он может быть?

– Сам знаешь, у него квартир в Москве штук пять. Когда-то он снимал их для складов у людей, уезжавших за границу на длительные сроки. С воровством он завязал, склады не нужны, но он же оплатил жилье вперед за несколько лет. Жил дома, но ключи-то никуда не делись. А адресов я не знаю.

– Если объявится, поговори с ним. Пока он разгуливает по городу, убийства не прекратятся. Не сомневаюсь в этом. Из него хотят сделать маньяка, и они близки к цели. Я знаю наших ребят. Клеймо ему быстро навесят и штамп на лоб поставят, потом не отмоется. – Марецкий встал. – А блокнотик я возьму с собой.

– Бери. Мы тоже подключимся к поискам.

– К тебе он сам придет, а я его не дождусь. Упрямый мужик. Если что втемяшит себе в голову, уже не вытравишь.

Марецкий ушел.

* * *

Телефон зазвонил в десять утра. Майор снял трубку.

– Марецкий слушает.

– Привет, Степа. Метелкин на проводе. Дик объявился.

– Где он?

– Неохота мне быть стукачом, но, зная ситуацию, я тебе скажу. Все же сначала ответь мне на один вопрос: его объявили в федеральный розыск?

– Если в течение трех суток не найдут, то объявят.

– А теперь дай мне слово, что ты его отпустишь через три дня, если возьмешь сегодня. Твое дело, как ты будешь доказывать его невиновность, но я тебе его сдам, только если ты дашь мне слово, что выпустишь его. Думаю, за это время они устроят еще одно покушение на жизнь очередной женщины. Если Дик будет сидеть у тебя, то это и станет доказательством его невиновности.

– Идея мне твоя понятна. Ты печешься о приятеле, а как быть с жертвой? Пусть подыхает?

– Вот что, майор. Из нас двоих мент ты, а не я. Тебе в руки список всех баб дали. Вот ты и думай, как их уберечь, а я думаю о том, как грязь смыть с невиновного. Вы небось уже пять томов на него настрочили.

– Ладно, я что-нибудь придумаю.

– Могу продать тебе еще одну идейку: убийца должен быть уверен, что Журавлев на свободе и все его старания ни к чему не приводят. Тогда он пойдет на следующее убийство.

– Ты в этом уверен?

– У меня детективное агентство, а не магазин игрушек. Мы тут тоже времени зря не теряли. Короче говоря, я с Диком встречаюсь в ресторане «Пекин» в два часа дня. Возьмите его после того, как мы расстанемся. Только по-умному и без фейерверков.

В трубке раздались короткие гудки. Марецкий нажал на рычаг и тут же набрал нужный номер. Зычный бас рявкнул:

– Подполковник Самохин у аппарата.

– Привет, Коля. Степан беспокоит. Какие новости?

– Эксперты подтвердили, что волосы с сиденья машины принадлежат Полине Тучиной. Туфельки тоже. На руле остались отпечатки пальцев. Все принадлежат одному человеку. По картотеке не проходит. С запиской все еще работают. Определили духи, «Афродита», производство Франции. Но самое интересное, что удалось выяснить, так это происхождение кинжала. Нашелся в Москве коллекционер, у которого такой есть, но только без спилов, а в первозданном состоянии. И что ты думаешь убийца спилил с рукоятки? Свастику и эмблему СС. Такими кинжалами награждались только эсэсовцы за особые заслуги лично Гиммлером. Своего рода кортик черной элиты. Ценился больше, чем железный крест первой степени. В России таких кинжалов единицы. Эсэсовцы надевали их только на парады и просто так с собой не таскали. Кинжал представлял собой реликвию, талисман. А еще высшим чинам, входившим в рыцарский орден СС, так называемым магистрам, вручался перстень. В случае смерти героя перстень и кинжал хоронили в замке, где ставили плиту с именем владельца, погибшего в бою. Вот почему они не попадаются на каждом шагу. А перстней и вовсе ни у кого из собирателей и фанатов нет. Такой перстенек можно обменять на трехкомнатную квартиру.

– Ты сам скоро экспертом станешь. Вот что, Коля, у меня есть одна задумка. Встретимся, поделюсь с тобой. А для начала мне нужна машина Журавлева. Ее надо помыть, почистить, поставить колесо и отогнать к его дому. Пусть стоит во дворе у всех на виду. Вроде как ему ее вернули, и никто ни в чем его не подозревает.

– Можно, конечно. Она нам не нужна. Все, что могла, машина уже рассказала. Тебе это срочно?

– Чем быстрее, тем лучше. И второй вопрос: у тебя есть толковые ребята, которых можно освободить дня на три от основной работы и посадить на хвост нескольким женщинам?

– А это что за идея?

– У меня есть список возможных будущих жертв. Их двадцать шесть. Это женщины, на которых могут совершить нападения. Но у меня только шесть человек. Сам понимаешь, я их не прикрою.

– Могу выделить четверых. Остальные заняты под гребенку.

– А шестнадцать останутся без контроля?

– Можно отправить их в отпуск или выдать им бюллетень, запереть дома, и пусть носа на улицу не высовывают, дверь никому не открывают и к телефону не подходят.

– Интересная мысль. Успеть бы их обработать. Придется подключить участковых по их месту жительства. Бери своих ребят, и часов в шесть вечера приезжайте ко мне. Устроим совещание и распределение ролей. И не забудь машину поставить на место. Тот капитан, что ездил к Журавлеву, знает его адрес, ему и доверь перегон тачки.

– Добро. Договорились.

Марецкий положил трубку и вышел из кабинета. Перед тем как с опергруппой отправиться в «Пекин», он дал задание лейтенанту Коршунову попасть в квартиру Журавлева и сидеть там безвылазно. Отвечать на все телефонные звонки и разыгрывать из себя простуженного Журавлева, разговаривая со всеми, зажав нос прищепкой.

К двум часам на трех машинах оперативники выехали к месту встречи Метелкина с Журавлевым.

* * *

Выпив рюмку коньяка, Вадим закусил лимоном и глянул на приятеля.

– Конечно, Степан прав. Пока я разгуливаю на свободе, Шефнер не успокоится. Они и так не могут понять, почему меня до сих пор не арестовали.

– Ленька с Гришкой провели классную операцию. Гриша подцепил на крючок секретаршу Шефнера. Девочка очень любит деньги и дорогие подарки, как и моя дура, которую пора гнать в три шеи. Ну ладно, это так, к слову. Главное в другом: длинноногая бестия согласилась на нас работать. Вчера поставила жучки. Гриша сидел в машине под окнами и записывал разговоры. Ничего толкового. Был у Шефнера в кабинете и Крылов. Для посторонних ушей разговор ничего не значил, а для нас он многое дал. Крылов доложил: «Объект пропал из поля зрения. Но если учесть, что люди в форме его ищут, то вывод простой: его не взяли. Проделайте еще одну вертушку. Но сначала убедитесь, что он в Москве. Глупо работать впустую, если он уехал и имеет железное алиби. Поезжай в Красково и согласуй действия с куклой. У нее хорошо работает голова».

Метелкин выпил свою рюмку.