Дом восходящего солнца - Чак Хастмайр

— Где он?

— Я был у него один раз.

Рэй отпустил. Мертвецы не могут говорить.

Имя показалось ему знакомым. Однажды он вроде бы сталкивался с парнем по кличке Скуби, но лицо вспомнить никак не мог.

— Какой он из себя? — спросил Рэй.

Винки немного пошевелился, пытаясь улучшить свое положение.

— Он кубинец.

— Настоящий кубинец или просто выглядит как кубинец?

Винки кивнул:

— Он темнокожий, но не черный.

Рэй секунду подумал. Было что-то… арест, парень из Французского квартала, обвинение в торговле наркотиками.

— Какие у него волосы?

— Шар такой на башке. — Винки попытался показать руками, но не дотянулся. — Ну, типа много волос, кудрявые такие.

— Цвет какой?

— Рыжие.

Точно. Теперь Рэй вспомнил. Настоящее имя все-таки не всплыло у него в голове, но это должен быть тот самый парень. И никакой он не кубинец. Он пуэрториканец, да и то наполовину. Или откуда-то из Южной Америки. Но в любом случае наполовину белый.

— Я просто подобрал пушку после той перестрелки. Ну, нашел типа, — сказал Винки. — Подумал, что она наверняка была в деле и продал ее Скуби. Он сказал, ему нужно оружие — защититься в случае чего.

— Помнишь, как добраться до его квартиры?

— Да.

— Пойдешь со мной, — распорядился Рэй.

— Зачем? Я сказал, я никаким боком не участвовал в том дерьме в квартале.

— Ты пойдешь, чтобы показать мне, где живет Скуби.

Винки покачал головой:

— Я там только раз был. Я, может быть, даже не смогу.

Рэй надавил ему на шею. Достаточно сильно для того, чтобы парень заткнулся.

— Покажешь мне, где он живет. После этого свободен. Все ясно?

Винки задергал головой.

— Мне надо только показать, где его квартира?

— Да. Больше ничего не надо.

Рэй запихнул Винки на пассажирское сиденье своего «мустанга». Пушер пообещал вести себя хорошо и не делать глупостей. То же самое пришлось пообещать и его подружке, которая заверила Рэя, что будет сидеть дома с ребенком и никуда не сунется, пока Винки не вернется. Рэй, со своей стороны, пообещал, что отпустит Винки, как только тот покажет ему квартиру Скуби. После этого они мирно разойдутся и никогда больше не увидятся. В качестве гарантии Рэй забрал с собой мобильный толстушки — в маленьком домике не было стационарного телефона.

Рэй проехал по авеню Елисейские Поля, двигаясь на юг, к реке. Потом, по указанию Винки, свернул налево, на Сент-Клод-авеню. Потом еще раз налево, на Поланд-авеню. Тремя кварталами ниже, возле старого двухэтажного здания, Винки сделал ему знак остановиться. В доме было восемь квартир — по четыре на каждом этаже. Все восемь дверей выходили на улицу.

Винки показал пальцем на одну из дверей:

— Вон там его квартира.

Рэй завернул на стоянку напротив.

— Какая именно?

— На втором этаже, — сказал Винки. — Вон, вторая дверь справа.

На дверях квартир были номера, но отсюда их было не разглядеть.

— Второй этаж, вторая дверь справа, — повторил Рэй. — Ты уверен?

— Абсолютно. — Винки потянулся к дверной ручке.

Рэй придержал его за плечо.

— Не спеши.

— Я показал тебе квартиру, — заныл Винки. — Ты сказал, больше ничего не нужно.

— Какая у него машина?

На маленькой стоянке напротив дома было три машины.

— Я не знаю. Никогда не видел его за рулем. Когда он ко мне приезжал, то или на автобусе, или его подвозил кто-нибудь.

— Когда ты здесь был?

— Месяц назад где-то. Может, недель шесть.

— Он был один?

— Один, — подтвердил Винки.

Рэй внимательно посмотрел ему в глаза, пытаясь понять, не соврал ли Винки в чем-нибудь. Вроде ничего такого не заметно, но все же.

— Если ты мне соврал, я приду и убью тебя. И твою бабу тоже, и твоего щенка. — Чистой воды блеф, конечно, но Рэй старался говорить как можно убедительнее в надежде окончательно запугать Винки.

Тот испуганно покачал головой:

— Я не стал бы врать. Я знаю ваших ребят. — Он потянул на себя дверную ручку. — Я в этом деле ни при чем. Если этот урод Скуби где-то обделался, я за него не отвечаю.

— Ты продал ему ствол.

— И все! Больше ничего! А он пошел и пристрелил из него кого-то. Это он виноват!

Винки распахнул дверь и стал вылезать из машины. Рэй дернул его обратно на сиденье. Винки вздрогнул.

— Ты сказал, я покажу тебе квартиру и смогу уйти!

Рэй молча отдал ему сотовый телефон его подружки.

Потом вынул из кармана двадцатку и тоже протянул Винки. Наркоторговец уставился на нее, будто никогда не видел.

— Это что?

— Тебе на автобус.

— Но автобус стоит два доллара.

— Такси возьми.

Винки быстро взглянул на Рэя, схватил двадцатку и спрятал ее в карман.

— Спасибо, — сказал он и выпрыгнул из машины.

Рэй переехал через улицу и припарковался прямо перед домом. Вблизи здание выглядело еще более жалким. Сквозь потрескавшийся асфальт на тротуаре пробивалась трава. Всюду валялся мусор. Краска с дверей облупилась. Железная лестница, расположенная справа, была покрыта ржавчиной. К стене крепился ряд погнутых почтовых ящиков, крашенных в черный цвет. Они тоже сильно заржавели.

По покореженной лестнице Рэй забрался на второй этаж. Ко второй двери справа была привинчена металлическая цифра «семь». Рэй постучал.

Что я буду делать, если Скуби сейчас откроет?

Не имею ни малейшего понятия.

Никакого ответа. Рэй постучал еще.

По-прежнему ничего. Он подергал ручку. Дверь была заперта.

Третья дверь справа — квартира шесть — вдруг приоткрылась. Оттуда выглянула хорошенькая черная девчонка лет двадцати. На руках у нее был ребенок.

— Вы кто?

— Друг Скуби.

Она окинула его взглядом:

— Вы из полиции.

Рэй знал, что коп всегда остается копом. То, как ты стучишься в дверь, то, как стоишь, как разговариваешь с людьми, — все выдает тебя. На тебе будто написано большими буквами: ПОЛИЦИЯ. Отрицать бессмысленно — девчонка ему все равно не поверит.

— Раньше я был копом, но теперь уже нет, — сказал Рэй. — Вы не знаете, Скуби дома? — Он специально построил вопрос так, чтобы она не смогла просто ответить, что Скуби здесь не живет.