Прежде чем он увидит - Блейк Пирс

Следующим утром Макензи встретила Брайерса на парковке у Академии, держа в руках стаканы с горячим кофе. Брайерс принёс ей временное удостоверение – пластиковую карту на ленте, которую Макензи повесила на шею.

«Я настаивал на том, чтобы тебе дали настоящее удостоверение, – сказал Брайерс, – но они не пошли на это. Уж очень серьёзно они относятся к этим документам».

«А зачем мне настоящее? – спросила Макензи. – Через двадцать восемь часов меня здесь уже не будет».

Она видела, что Брайерс пытался найти слова, чтобы подбодрить, но не мог. Не желая его смущать, Макензи села в машину и подождала, пока он не сядет рядом. Она вдруг вспомнила слова Эллингтона о том, что какое-то прошлое дело очень повлияло на Брайерса и изменило его. Даже сейчас, проработав с ним бок о бок почти два дня, она до сих пор не знала, что он был за человек.

Они выехали с парковки в 7:05 утра. Они едва успели до утренних пробок, к которым Макензи до сих пор ещё не привыкла. Здесь, в Округе Колумбия даже субботним утром было полно машин.

«Мы работаем вместе с Куантико и департаментом полиции Вашингтона, – сказал Брайерс. – Бенджамин Ворли, совладелец «Грин тим», дал нам два адреса, куда вчера должен был поехать Тревор. Адреса в миле друг от друга. В более криминальный район уже направлено несколько машин. Они ищут либо грузовик с логотипом «Грин тим», либо любой брошенный автомобиль с госномером, зарегистрированным на Тревора Симмса. Часам к десяти-одиннадцати должны быть первые результаты».

«Отлично».

«Более того, замдиректора МакГрат знает, что ты обнаружила эту зацепку, – сказал Брайерс. – Я лично сообщил ему об этом во время разговора вчера вечером. Ещё я рассказал ему, как тактично и эффективно ты допросила Колетт Симмс. Он не входит в число твоих преданных поклонников, но он был доволен».

«А он вообще кого-нибудь хвалит?» – спросила Макензи и в ту же секунду пожалела, что открыла рот. Она не хотела, чтобы напарник думал, что она сплетничает за спиной начальства.

Брайерс хихикнул и пожал плечами, не придав её замечанию никакого значения: «Себя, наверное».

Они ехали в утреннем потоке машин, которых становилось всё плотнее.

«Известно, кем сейчас работает Лонни Смит?» – спросила Макензи.

«Помощником сантехника, – ответил Брайерс. – До этого работал на складе, до этого – на лесопильне. Ни на одном месте не продержался больше трёх лет. Думается, что срок в тюрьме тоже не пошёл ему на пользу».

«После освобождения у него были проблемы с законом?»

«В его деле ничего нет, – сказал Брайерс, – но, как ты сама понимаешь, многое туда и не попадает».

Через двенадцать минут они были у многоквартирного дома, где жил Лонни Смит. Это был заурядный дом, не совсем убогий, но и представляющий собой ничего стоящего. Макензи последовала за Брайерсом, и они поднялись вверх по единственной лестнице, которая петляла по зданию и потом выходила на широкую пешеходную дорожку, как у мотелей. Они подошли к квартире 204, и Брайерс остановился.

Ему даже не пришлось стучать. Из двери торчали два листа бумаги. Это были официальные бланки. В шапке значилось название «Бруквью эпартментс». На первом бланке была написана фамилия Лонни, номер его квартиры и номер телефона домовладельца. На бланке было кратко написано о том, что Лонни задолжал арендную плату. Второй бланк говорил о том же самом, с той лишь разницей, что здесь отмечалось, что аренду он не платил уже четыре недели. Внизу листа чёрным маркером было написано: «ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ПЕРЕД ВЫСЕЛЕНИЕМ».

«Позвонишь по этому номеру?» – попросил Брайерс, указывая на телефон домовладельца.

Макензи кивнула, достала сотовый и набрала номер телефона. На третьем гудке трубку взяла женщина с противным голосом. У неё был лёгкий азиатский акцент, и голос казался уставшим.

«Бруквью эпартментс», Ким, здравствуйте».

«Здравствуйте, – ответила Макензи. – Меня зовут Макензи Уайт. Я являются консультантом ФБР в деле, которое привело меня в квартиру одного из ваших квартиросъёмщиков».

«Не удивительно, – с горечью ответила Ким. – О ком идёт речь?»

«О Лонни Смите. Мы с напарником стоим у его двери и смотрим на уведомление о выселении».

«Если вы его найдёте, заберите у него тысячу сто долларов, что он мне должен, хорошо?»

Не обращая внимания на злость в голосе собеседницы, Макензи продолжила: «Как давно он съехал?»

«Минимум шесть недель назад, – сказала Ким. – Квартиру он снимал в течение четырёх лет. С оплатой он всегда задерживал: когда на день – два, когда на две недели. Но в прошлом месяце, когда я пришла за деньгами, его не было дома. Он не отвечает на мои звонки и не открывает дверь. Я позвонила в электрическую компанию, и там мне сообщили, что шесть недель назад он обратился к ним с просьбой отключить свет».

«Понятно, – сказала Макензи. – Спасибо за помощь».

«Пожалуйста. Надеюсь, вы найдёте этого подонка».

Макензи повесила трубку и вместе с Брайерсом спустилась вниз по лестнице. «У тебя есть телефон и имя сантехника, у которого он работал?» – спросила она.

«Есть. Сейчас перешлю тебе е-мейл».

Он сделал это к моменту, когда они дошли до машины. Брайерс сел за руль и как раз выезжал на шоссе, когда Макензи разговаривала по телефону с владельцем «Пайпворкс пламбинг». Она снова с удовольствием отметила, как быстро работает машина Бюро по поиску нужной информации. По сравнению с тем, что она видела в Небраске, это было почти волшебство.

Когда в телефонной трубке раздался голос управляющего сантехнической компанией, Макензи сначала представилась и потом рассказала ему всё то, что уже говорила Ким из «Бруквью эпартментс». Реакция владельца была схожей.

«Не очень удивлён, что его ищут органы правопорядка», – сказал он.

«Почему?» – спросила Макензи.

«Он всегда казался подозрительным, но мне нужен был помощник, и он работал до седьмого пота. Месяц назад он позвонил и сказал, что увольняется. Ничего не объяснил. Судя по голосу, он был пьян. Меня это не удивило… Вы видели его резюме? Когда я позвонил его бывшим работодателям, они предупредили меня, чтобы я не рассчитывал, что он задержится у меня надолго».

«Он съехал с квартиры, в которой жил, – сказала Макензи. – У вас есть предположения о том, куда он мог уехать?»

«Он попросил меня перевести его зарплату на адрес в Южной Каролине. Больше я ничего не знаю».