Завещание - Джон Гришэм

Предполагалось, что каждое утро десять минутон посвящает медитации – молится или выполняет упражнения по системе йогов,которым его пытались обучить здесь, в Уолнат-Хилле. Однако Нейт сделал лишьнесколько приседаний, а затем отправился плавать.

На завтрак был черный кофе с булочкой, которыйон пил в обществе Серхио – советника, терапевта и гуру в одном лице. Запрошедшие четыре месяца Серхио стал ему и другом. Он знал о никчемной жизниНейта О`Рейли все.

– У тебя сегодня будет гость, – сказал Серхио.

– Кто?

– Мистер Стэффорд.

– Прекрасно. – Нейт приветствовал любыеконтакты с внешним миром, прежде всего потому, что они были очень ограниченны.Джош навещал его раз в месяц. Еще двум приятелям из фирмы приходилосьпроделывать трехчасовой путь на машине из округа Колумбия, чтобы встретиться сним. Они были очень занятыми людьми, и Нейт ценил их внимание.

Смотреть телевизор в Уолнат-Хилле запрещалосьиз-за рекламы пива, а также потому, что во множестве фильмов и шоу выпивка идаже наркотики едва ли не прославлялись.

По той же причине сюда не поступалобольшинство популярных журналов. Но Нейту это было безразлично. После четырехмесяцев пребывания в клинике его не волновало, что происходит в Капитолии, наУолл-стрит или на Ближнем Востоке.

– Когда? – спросил он.

– Ближе к полудню.

– После моей тренировки?

– Разумеется.

Тренировке помешать не могло ничто. Это быладвухчасовая эпопея, в течение которой он истекал потом, кряхтел и испускалдикие крики под руководством своего персонального тренера – садистки спронзительным голосом, которую Нейт втайне обожал.

Прежде чем появился Джош, он успел отдохнуть всвоем люксе, пожевать кроваво-красный апельсин и еще раз полюбоватьсязаснеженной долиной.

– Выглядишь отлично, – сказал Джош. – Насколько ты похудел?

– На четырнадцать фунтов, – ответил Нейт,похлопывая себя по упругому плоскому животу.

– Строен, как молодой олень. Может, и мнестоило бы тут полечиться?

– Очень рекомендую. Еда здесь полностьюобезжиренная и лишенная вкуса, ее готовит шеф-повар с каким-то акцентом.

Порция занимает полблюдца: пару раз зевнул – иконец. Обед и ужин длятся минут семь, если жевать медленно.

– А ты, конечно, ожидал, что за тысячудолларов в день тебя будут кормить на убой.

– Джош, ты не принес какого-нибудь печенья иличего-нибудь в этом роде? Каких-нибудь чипсов? Наверняка припрятал что-нибудь впортфеле.

– Извини, Нейт. Я чист.

– И даже никаких карамелек?

– Извини.

Нейт съел дольку апельсина. Они сидели рядом,любуясь видом из окна. Тянулись минуты.

– Как ты? – спросил Джош.

– Джош, мне нужно вырваться отсюда. Ястановлюсь роботом.

– Твой врач говорит, что надо подождать ещенедельку.

– Хорошо. А что потом?

– Посмотрим.

– Что это значит?

– Это значит – посмотрим.

– Ну ладно, Джош, раскалывайся.

– Подождем и посмотрим, что будет.

– Джош, я смогу вернуться на фирму? Замолви заменя словечко.

– Не торопи события, Нейт. У тебя есть враги.

– У кого их нет? Но, черт возьми, это же твояфирма! Твое слово там решающее.

– У тебя еще есть проблемы.

– У меня миллионы проблем, но ты не можешьвыкинуть меня на улицу.

– Ну, с банкротством мы справимся. А вотобвинительный акт – это не так просто.

Да уж, непросто, от этого Нейт не моготмахнуться. С девяносто второго по девяносто пятый год он не задекларировалоколо шестидесяти тысяч долларов побочных доходов.

О`Рейли швырнул апельсиновую кожуру в мусорнуюкорзинку и спросил:

– И что же я должен делать? Днями напролетсидеть дома?

– Если повезет.

– Что ты хочешь этим сказать?

Джошу приходилось проявлять деликатность. Егодруг только-только выплыл из черной дыры. Потрясений и сюрпризов следовалоизбегать.

– Ты считаешь, меня могут упечь в тюрьму? –спросил Нейт.

– Трой Филан умер, – вместо ответа сообщилДжош.

Нейту понадобилось несколько секунд, чтобыпереключиться.

– А, мистер Филан… – сказал он.

У Нейта в фирме было свое маленькое крыло. Ононаходилось в дальнем конце длинного коридора на шестом этаже. Там он вместе сеще одним адвокатом, тремя помощниками и секретарями занимался возбужденнымиделами против недобросовестных врачей, и до других отделов фирмы им не былодела. Нейт, разумеется, знал, кто такой Трой Филан, но юридические проблемымиллиардера никогда его не касались.

– Очень жаль, – добавил он.

– Значит, ты не слышал?

– Я здесь ничего не слышу. Когда он умер?

– Четыре дня назад. Спрыгнул с балкона.

– Без парашюта?

– Именно!

– Он не умел летать?

– Нет. И не пытался. Это произошло у меня наглазах.

Он подписал два завещания: первое –подготовленное мной, второе и последнее – написанное от руки им самим. Послечего рванул к балкону и прыгнул.

– Ты сам это видел?

– Угу.

– Вот это да! Должно быть, парень был не всебе. – В голосе Нейта прозвучала ироническая нотка. Четыре месяца назадгорничная мотеля нашла его самого без чувств, когда он набил живот таблетками,растворенными в роме.

– Он оставил все своей незаконной дочери, окоторой я в жизни не слышал.

– Она замужем? Хорошенькая?

– Я хочу, чтобы ты ее нашел.

– Я?!

– Да.

– А что, она пропала?

– Мы не знаем, где она.