Сожжённые цветы - Яна Розова

— Очень смешно. Подожди, я за сигаретой схожу!

По звуку в мембране стало понятно, что Светка, положив трубку на стол, застучала каблучками прочь. Цоканье приблизилось, Света подняла трубку. Выдыхая дым, сказала:

— Я здесь! Ты ещё не заснула?

— Нет. Я вообще теперь плохо сплю.

— Почему это?

— Ой, да так всё надоело! Гриня звонил, сволочь, говорит, денег у него нет, в этом месяце он не заплатит мне ничего, кроме алиментов. А это, сама понимаешь, копейки! Козёл. На работе задолбали, родители требуют, чтобы я ездила к ним в деревню на выходные огород полоть! Ну, ужас! Всю неделю пашешь, а потом прёшься в деревню и снова… пашешь. Но Гриня — сволочь, хуже всех!

— Скажи спасибо, что он вообще что-то даёт. Другие и этого не получают. Вон, у Соньки бывший супружник растворился в тумане, ни ответу, ни привету!

— Сравнила хрен с пальцем! У Соньки свой бизнес, она не пропадёт без большого кошелька своего бывшего члена…

— Кого?..

— …семьи. А Гриня себе тачку купил, при том что на сына денег нет! И ведь Димка — его единственный ребёнок, на что надеется? Ладно, фиг с ним. Как Маришка?

Света ответила довольно сухо:

— Не знаю точно. Пишет, как хорошо ей у бабушки. Отдыхает, ходит в бассейн. А я так по ней соскучилась, что пешком бы до Москвы пошла!

— А чего не поедешь?

— Наташа, ты же понимаешь, что свекровь меня не ждёт!

— Плевать, что не ждёт. Я бы припёрлась.

— А я не могу!

— Ладно, я поняла. Но это ненормально: ты — мать, и ты должна решать, как и с кем будет проводить лето твоя дочь. Ты Маринке больше всех в жизни нужна! Я бы Димку никому и никогда не отдала.

— Угу…

— А вообще, знаешь, Свет, я уже так устала от всего, что убежала бы, куда глаза глядят!

— В отпуск собираешься?

— Охота тебе издеваться… Конечно, какие твои проблемы? У тебя муж депутат, захочет — за границей отдохнёте. А если я сейчас отпуск возьму, то меня живо в деревню к огороду пристроят. Мать уже сказала: хочешь помидорчиков солёных зимой — приезжай, собирай и закручивай! Прикинь?

— Да уж…

— Никаких сил нет на эту жизнь. Мужика бы мне! Знаешь, чтобы увёз за тридевять земель!

— А знаешь, — вспомнила Света, — Гельку-то увёз!

— А куда?

— А не знаю… Слушай, кажется, Ванечка пришёл. Извини, пойду!

— Да. Ладно, пока!

30 июня 2003 года

— Компания «Полиграфия», здравствуйте!

— Здравствуйте. Можно Наталью Напханюк пригласить к телефону?

— Минуточку.

— Да? — услышала Света «рабочий» голос подруги.

— Наташа, это я!

— А-а! Светка снеслась! Что, благоверный отсутствует?

— Ага, отсутствует, а мне поговорить хочется.

— У тебя голос странный… — Наташа слышала чужие, истеричные нотки в голосе собеседницы. — Ты, что, напилась?

— Нет ещё, — жизнерадостно ответила Света. — Это я такая после скандала с Ванечкой. Но я уже приняла транквилизатор и сейчас смогу успокоиться. Поговори со мной, пожалуйста, ладно?

Наташа понимала, что надо работать и нельзя занимать телефон надолго, но решила, что пять минут для подруги в стрессе — это простительно. Кроме того, хотелось узнать причину скандала в семье Фирсовых. К сожалению, Света говорить об этом не стала, а попросила Наташку рассказать о своей жизни.

— Если я начну тебе плакаться, то буду рыдать, пока не умру, — объяснила она.

— Да что рассказать? А, вот расскажу: меня сегодня такой мужик на работу подвозил! Знаешь, как мне нравится!

— А как тебе нравится, чтобы тебя подвозили?

— Да я про мужика! — от воспоминаний Наташка захлёбывалась слюной. — Мужик такой, высокий и чернобривый. С маленькой чёрной бородкой, как у Мефистофеля. И глаза такие пронзительные, чёрные! Ух, мороз продирает!

— Ты не перевозбудилась?

— Ещё бы, конечно! Если бы я была мужчиной, то сейчас бы встать не могла — так бы это было заметно.

— Ты забыла, сколько тебе лет?

— Нет, не забыла, — немного скисла Наталья. — Он выглядит лет на тридцать, а мне тридцать два.

— Мне тоже. И не жалуюсь. Кстати, ты всегда выглядела моложе своих лет.

— Ой, что ты! Я пять килограммов прибавила, и под глазами морщины, и шея обвисает. Говорят, что обвисает, если похудеть, а у меня всё так плохо, что я и потолстела, и обвисла!

— Хватит ныть! Давай, какой-нибудь аэробикой займёмся! Похудеем, мышцы нарастим, и кожа подтянется.

Наташа прекрасно сознавала, что Свете ничего подтягивать не надо, но приятно бороться со старостью в компании.

— Давай! Я знаю один тренажёрный зал, там тренер классный.

— Из твоих бывших?

— Да это тётка! А из моих бывших есть один чемпион по плаванию. Он теперь молодёжь тренирует. Мы ему вряд ли сгодимся! Хотя, если заниматься не плаванием…

— …а бегом…

— …ещё хуже получится.

Обе заливисто расхохотались.

— На этой радужной ноте я тебя покидаю. Спать хочу очень. Даже закурить боюсь, чтобы с сигаретой не уснуть.

— А мне работать надо. Спокойного тебе дня и сладких снов!

— Спасибо, — сонно ответила Света. — Нет, правда, спасибо! Мне так надо было поговорить…

Она положила трубку.

5 июля 2003 года

— Алло. Фирсов слушает.

Услышав голос Ванечки, Наташа совсем не обрадовалась, а даже немного рассердилась: ну что он трубку хватает, всё ему надо! Но собралась с мыслями и, сохраняя достоинство, вежливо представилась:

— Это Наташа Напханюк. Света дома?

— А, Наталья! — с наигранным восторгом пропел Ванечка. — Сколько лет, сколько зим! Видел тебя недавно на улице! В машине мимо проезжал. Всё хорошеешь, всё поправляешься!

— Нет, — нашлась она. — Это ты не меня видел. Я десять килограммов сбросила и замуж собираюсь.

— Да? — Ванечка всегда огорчался, если не мог испортить собеседнику настроение. — И что он, нищий импотент?

— Он итальянец, а среди них импотентов не бывает. Средиземноморский тип, знаешь ли, не то, что наши местные мужики, у которых после тридцати уже половая старость настаёт. А насчёт денег ничего не знаю. Известно только, что Сандро сюда от фирмы одной приехал, осматривает заброшенный завод, тот, на выезде из города. Итальянцы его покупать будут.

— Да, слышал я что-то такое, — Наташа и не предполагала, что собеседника можно хоть чем-то удивить. Даже если бы ему сообщили о высадке в окрестностях Гродина инопланетян, он сказал бы, что не просто в курсе события, а уже давно консультирует маленьких зелёных гуманоидов по вопросу околачивания груш. — Но им цена не подходит.