Страна чудес - Зои Стейдж

– Я не совсем понимаю, что случилось?

– Не знаю. Они играли… Я пошла разобрать вещи в гостиной. И вдруг они начали кричать. Там была нулевая видимость…

– Господи.

– Я ничего не видела. Потом нащупала их, схватила и двинулась в сторону дома. А потом… снова вернулось чистое солнечное небо. Как будто ничего и не было.

– Действительно странно. – Его лицо говорило больше, чем слова, и она спросила себя, думает ли он о собственном страшном приключении.

– Тайко после этого был в принципе спокоен. Но Бин… Я просто… Я так надеялась, что она не испугается, и не хочу, чтобы она боялась. Особенно с самого начала проживания здесь.

Шоу расстроенно покачал головой, чем напомнил Орле игру «Волшебный экран», в которой стирали рисунок.

– Знаю. Прости. Я должен был остаться, знаю… Я все думал, пока был там и не мог вернуться, что это мое наказание. Размышлял о том, что не стоило уходить, буквально убедил себя в этом… и был уверен, что лес наказывает меня. За плохие решения.

Орле не понравилось, что он снова говорил о природе как о чем-то одушевленном. Она считала, что Мать-природа взаимодействует с людьми не больше, чем Иисус. И это слишком напоминало тревожное описание Элеанор Куин – как будто ожил кошмар, где что-то хотело ее съесть.

Она пододвинулась к нему поближе и сжала его руку:

– Я до сих пор не понимаю, почему ты не мог вернуться?

Прежде чем продолжить, Шоу осушил стакан. Для храбрости?

– У меня с собой была карта. Компас. Я знаю, насколько густым может быть лес. Пока мы росли, по несколько раз в год слышали истории о туристах, которые сходили с тропы и из-за которых собирали поисково-спасательные группы. Я должен был легко справиться, ведь на снегу оставались следы от моих ног. Я ведь даже не заходил далеко… на пятьдесят-шестьдесят ярдов от большой сосны. Надо взять с собой детей и замерить ее, но, скорее всего, диаметр у основания – около пяти футов. Я даже не знал, что восточные белые сосны бывают такими большими. Так вот, потом я вышел за нее, к северной окраине участка, и свернул вправо, идя по отметкам границы на карте. Было красиво – деревья в снегу, синее небо. И все нетронутое. Тихое, приглушенное, как сам снег.

Его голова стала похожа на метроном, пока он мотал ей, пытаясь разобраться во всем:

– У меня была с собой камера. Я начал фотографировать. А потом уловил этот… древесный запах. Чего-то горелого. И я знал, что в той стороне нет ни единого дома, но пошел на запах дыма. И пришел к каким-то развалинам. К дымоходу. К старому каменному…

– Там что-то горело? Когда мы только сюда приехали…

– Нет, вовсе нет. Наверное, запах просто принесло с другой стороны. Поэтому я сделал еще несколько снимков, а потом собрался идти дальше, закончить обход по периметру и вернуться домой. Но… я не увидел своих следов. Они должны были быть повсюду, я ведь просто бездумно бродил. Я подумал… может, был ветер, и это он замел следы. Но… я почувствовал бы такой шквал. Понадобилось бы время, чтобы все замести…

Орла почувствовала, как волосы встают дыбом. По телу, от рук вниз, пробежали мурашки, и она сжалась в страхе, представив эту картину.

– Там что-то не так. – Она выпалила слова еще до того, как успела подумать. Инстинктивно.

Он пожал плечами:

– Я просто… может быть, я просто растерял навыки больше, чем думал.

Орла подозревала, что Шоу хотел ее подбодрить – так обычно отвечают на чье-то сумасшедшее предположение, тем более что она и сама понимала, что говорит, как плохо прописанный персонаж фильма ужасов. Возможно, Орла слишком остро реагировала на все из-за своей натуры, и теперь ее пугало то, что рисовало собственное воображение.

– Так странно… Большая сосна должна была служить мне ориентиром, как для тебя башни-близнецы являлись ориентирами севера и юга. Но… я ее не видел… поэтому проверил компас, но он застыл.

– Он работал до того, как ты ушел?

К ней подкрадывалась паранойя, вызванная алкоголем, а может, что-то еще более нелепое. Может, где-то недалеко от этого места похоронены останки космического корабля или осколки древнего метеорита, который формировал специфическое магнитное поле и менял погоду.

На самом деле все, что Орла знала о выживании в дикой природе, было почерпнуто из фильмов, которые она смотрела с Шоу. И то, что это были довольно жуткие или низкосортные черно-белые фантастические фильмы, – вина Шоу и его извращенных кинематографических вкусов.

От его слов не становилось лучше. Может, ему тоже было стыдно и страшно, потому как Шоу сам не понимал, во что они вляпались? Он и раньше не был лидером, а теперь даже не мог сориентироваться в собственном дворе.

– Я не проверял его перед уходом, просто предположил…

– Нужно быть осторожнее. – Она хлебнула сладкого виски, надеясь проглотить поднявшийся ком гнева.

– Знаю, я просто… Это было давно.

Так что, возможно, компас все время был нерабочий. И, возможно, ветер действительно скрыл следы Шоу. И, может быть, они оба ощущали напряженность из-за отсутствия интернета, а еще потому что все знакомое было далеко, а все их близкие считали, что они знают, на какой шаг идут. Никто даже не спросил: «Вы уверены?» Напротив, все друзья и даже родители Орлы завидовали им, считали это достижением. Что жизнь немного замедлится. Станет проще. Все говорили о том, как здорово было бы видеть чудеса природы прямо за окном. Потому что Шоу был оттуда. Он знал, что делает.

– Наверное, я запаниковал. Ходил по кругу, как дурак… Может, я просто боялся себя, того, что сделал с нашей семьей. Ведь если детям здесь не нравится и тебе тоже, а я, как засранец, хожу кругами…

– Остановись, малыш. Пожалуйста, не говори так о себе. Ты был напуган, и, как я сказала Элеанор Куин, тебе позволено бояться. Сейчас не как в детстве – ты не ребенок, и у нас есть обязанности, но это наши обязанности. Ты не…

Орла замерла, когда Шоу, пошатываясь, встал с дивана. Сначала она подумала, что муж чем-то расстроен или пытается избежать разговора. Но потом заметила кое-что: выражение его лица. Настороженное. Боязливое. Ищущее. Кто-то из детей вскрикнул во сне? Но она ничего не слышала. Ее руки снова покрылись гусиной кожей.

– Что такое?

Судя по его позе, сосредоточенности, наклону головы, такому же, как у Элеанор Куин, он искал звук. Звук, который она до сих пор не слышала.

– Шоу?

Он подошел к входной двери, затем резко повернулся и прошел несколько шагов в сторону кухни. Так же внезапно, как это произошло, его напряженный взгляд пропал, а плечи расслабились. Вздрогнув, он провел рукой по волосам и упал обратно на диван.

– Что это было? – забеспокоилась Орла.

– Я не знаю. Мне показалось, я слышал… что-то. Неважно. – Он сел и снова открыл бутылку «Американ Хани».