Призрачный табун - Барбара Бёртон

Он сидел в кабинете, но не писал. Целестина медленно приблизилась к закрытой двери. Она думала, с чего начать разговор.

В кабинете зазвонил телефон. Целестина слышала, как ее муж взял трубку и неприветливо отозвался. Она тихо подняла трубку параллельного телефона, чтобы подслушать разговор.

Звонил Пол Бевин. Он интересовался самочувствием своего драгоценного автора.

– Неплохо, – коротко ответил писатель.

– А как дела у Целестины? – поинтересовался издатель.

– Блестяще!

– Она хоть отдыхает? А то в последнее время она была напряжена.

– Да, она чувствует себя прекрасно, – уверенно произнес Генри. – Сельская жизнь хорошо на нее влияет.

– Надеюсь, чистый воздух также позитивно влияет на вашу работоспособность, Генри.

– О, да, еще как! Меня просто невозможно остановить! – воскликнул писатель и наигранно рассмеялся.

«Лжец, лжец, лжец!» – гневно думала Целестина.

– Как насчет первой главы? – поинтересовался Пол Бевин.

– Уже наполовину готова. Вы будете в восторге, дорогой друг!

– Я ее вовремя получу?

– Само собой!

«Исключено, если ты будешь продолжать работать в таком темпе, как сейчас», – подумала Целестина. Ее муж давал слово, которое не мог сдержать. Обман вскоре раскроется… Зачем он делал это? Зачем хотел подвести своего издателя?

– Ну, тогда я жду от вас рукопись на следующей неделе, Генри!

В трубке снова раздался неестественный смех писателя:

– Да, на следующей неделе ждите!

– Я уже в предвкушении.

– Понимаю вас.

– Мне остается только пожелать вам побольше созидательности. И передайте от меня привет Целестине.

Женщина еще ни разу не ловила своего мужа на лжи. Раньше это был открытый и честный человек. И вдруг такая неприятная перемена!

Он открыл дверь. Целестина испуганно обернулась. Его взгляд был холодным и отстраненным, любви в нем не было и в помине.

Она глубоко вздохнула и шагнула к нему:

– Мне нужно с тобой поговорить, Генри.

Тот сделал вид, что вообще ее не заметил. Он прошел мимо нее в холл и уселся в кресло. Целестина пошла следом за ним и встала напротив.

– Зачем ты обманул Пола? – спросила она напрямую.

Генри поднял голову и удивленно посмотрел на жену:

– А, дамочка подслушивала мой телефонный разговор… Ну что за манеры?

– Генри, я волнуюсь за тебя, – настойчиво сказала Целестина. – Я волнуюсь за нас и за наше будущее.

– Если ты будешь следить за мной, то долго мы вместе не пробудем! – резко ответил он. – Какое твое дело, о чем я разговариваю с Полом? Ты что, вдруг начала писать за меня романы?

– Пол наш друг, Генри. Ты не можешь ему вот так морочить голову. О чем ты только думаешь? Ты пообещал ему первую главу на следующей неделе, а сам сидишь и ничего не делаешь.

– Возможно, я жду, пока меня поцелует муза, – ухмыльнулся писатель. – В конце концов, я не машина, которая сидит и нажимает на кнопки. Я творческая натура, моя дорогая.

– Генри, с тех пор, как ты побывал в этих развалинах, тебя будто подменили.

– Возможно, мной овладела злая сила. Возможно, я больше тебе не друг, а враг. Возможно, теперь я на стороне твоих недоброжелателей. Как думаешь, теперь я пребываю там же, где и твои лошади-призраки? Они хотят твоей смерти? Может, и я хочу?

* * *

Пол Бевин провел ладонью по своей седой шевелюре и задумчиво посмотрел на телефон. Ему показалась странной манера, в которой с ним разговаривал Генри Уорнер. Какое-то внутреннее чутье подсказывало ему, что в Ландсмоор-хаузе не все в порядке.

Генри показался издателю слишком расслабленным, слишком беззаботным и чересчур самоуверенным. Бевин попросил свою секретаршу соединить его с Джеймсом Маркхамом. Возможно, тот знает, что на самом деле происходит в поместье.

Джеймс оказался на месте. С первых слов Бевин понял, что может напрямую перейти к делу безо всяких формальностей. Когда он сказал, что, возможно, в Ландсмоор-хаузе не все в порядке, Джеймс заволновался:

– Надеюсь, там ничего не произошло?

Бевин поведал ему о своем разговоре с Генри Уорнером:

– У меня сложилось впечатление, что он хотел меня убедить в том, что все замечательно и что у них там благодать. Но что-то подсказывает мне, что я впервые не должен верить Генри. Не спрашивайте меня, почему я так думаю, я не могу этого объяснить.

– Благодарю вас за информацию, Мистер Бевин.

– Вы собираетесь что-нибудь предпринять?

– Возможно. Я вам скоро перезвоню.

* * *

Наступил вечер. Целестина лежала в комнате на втором этаже. От страха перед Генри она заперла дверь изнутри на ключ. Она услышала глухой звук шагов на лестнице и невольно затаила дыхание.

Женщина с тревогой смотрела в темноту и прислушивалась. Генри поднялся наверх по лестнице. Что он будет делать? Он пока не знал, что жены в спальне нет. Наконец, он открыл дверь спальни и зашел внутрь. Сейчас он, скорее всего, включил свет и увидел пустую кровать. Тут же послышалась брань, да такая, которой Целестина еще в своей жизни от него не слышала.

Нет, это был не ее Генри!

– Целестина! – заорал Генри. – Где ты? Куда ты спряталась?

Целестина не отвечала. Она лежала на кровати и тряслась, натянув на голову одеяло и надеясь, что этот жуткий человек не тронет ее.

Но она слышала, как он открывает каждую дверь на верхнем этаже. Писатель заходил в каждую комнату, включал свет, чтобы отыскать свою жену, и снова изрыгал потоки брани:

– Целестина! Ты не знаешь, где твое место? Ты разве забыла? Так я тебе напомню: твое место рядом со мной! Хватит прятаться. Ты моя жена, и я настаиваю, чтобы ты ночь проводила со мной. У меня есть право это требовать!

«О нет, Генри Уорнер, – в гневе думала молодая женщина. – О нашем браке, о наших правах и обязанностях мы поговорим завтра. Иди спать, оставь меня в покое».

Но Генри продолжал буянить. Он уже распахнул дверь соседней комнаты. Что-то опрокинулось на пол. Целестина зажмурилась; она не исключала, что Генри впервые поднимет на нее руку. Если он это сделает, то между ними все будет кончено.

Генри толкнул ногой запертую дверь:

– Ага, вот ты где спряталась! Я требую от тебя объяснений. Целестина!

– Уходи! – закричала молодая женщина.

– Открой дверь!

– Нет, Генри! – решительно ответила Целестина. – Дверь останется закрытой.