Ты спишь? - Кэтлин Барбер

Я приземлилась в аэропорту О’Хара усталая и с головной болью. Последний раз я стояла в этом шумном зале десять лет назад, убитая горем и доведенная до отчаяния. Тогда я уехала рано утром, пока тетя А. и Эллен еще спали, и проплакала почти всю дорогу. Когда добралась до аэропорта, слез уже не осталось. В голове болезненно пульсировало от рыданий, в горле першило, опухшие глаза жгло. Я стиснула в ладони посадочный талон — билет в один конец, в Лондон, оплата с кредитки, полученной от тети на крайний случай, — и паспорт, оформленный для не состоявшегося путешествия в Мексику на весенних каникулах, и набрала тетин номер.

Она ответила сонным голосом, и я почувствовала себя виноватой.

— Тетя А., — с трудом произнесла я.

— Джози? — тут же встрепенулась она. — Ты в порядке?

— Нет. — Вновь подступили рыдания. — Не в порядке.

— Ранена? Где ты? Расскажи, что стряслось.

— Спроси у моей сестрицы, — неожиданно ядовито выпалила я. — Не хочу об этом говорить. Просто звоню сообщить, что домой я не вернусь.

— Успокойся. Что натворила Лани?

Ее имя едва не вызвало у меня новый приступ истерики.

— Я не хочу… Не могу. Прости. Но, пожалуйста, знай, я тебя очень люблю. И буду страшно по тебе скучать. Напишу, когда…

— Джозефина Мишель! — перебила тетя звенящим голосом. — Ты не бросишь меня, как бросило все остальное семейство!

— Мне пора, — прошептала я. — Машина на долгосрочной стоянке в аэропорту О’Хара. Прости.

Хуже всего было то, что жалости я не чувствовала. Ну, почти не чувствовала. Тетя — добрейшая женщина, с невероятным терпением, умеющая прощать как никто… Следовало хотя бы ощущать себя виноватой, ведь я причиняла ей боль. Однако меня настолько поглотила боль собственная, что я не могла считаться ни с чьими чувствами.

Словом, я отключила телефон, оборвав тетины возражения, затем сняла максимально возможную сумму с кредитки, купила в книжном триллер за непомерную цену — и стала ждать путешествия в новую жизнь.

* * *

Я не сообщала о задержке рейса и втайне надеялась, что Эллен в аэропорту не окажется. Тогда я полечу обратно и буду в Бруклине еще сегодня. Или пересижу в отеле несколько дней — подальше от надоедливого семейства, благонамеренного Калеба и каждого, кто считает смерть моего отца увеселительным мероприятием. Или растянусь на полу в зале ожидания и посплю.

Эллен стояла у багажного отделения: черное прямое платье длиной чуть выше колен, откинутые назад золотистые волосы, на макушке огромные черные очки от солнца, покрытые автозагаром руки упираются в бока. Похоже, она вновь перестала есть, худые руки и узкие бедра выглядели несколько комично по соседству с бюстом, который Питер подарил ей на последний день рождения. Несмотря ни на что, при виде Эллен я невольно улыбнулась. Она была все такой же: поджимала наколотые коллагеном губы и с хорошо знакомым презрительным выражением лица оглядывала немытые народные массы. Я подошла к ней со спины и заключила в объятия.

К моему удовольствию, Эллен взвизгнула и отскочила. При виде меня ее праведный гнев перерос в тревогу.

— Господи боже, Джози, что ты с собой сделала?!

— Только с волосами. — Я смущенно провела по ним ладонью.

— Хвала небесам, что только с волосами. Запишу тебя к маминому мастеру. Не переживай.

Никто и не думал переживать. Я уже успела оценить, насколько точно взъерошенная короткая стрижка отражает взъерошенное состояние моей психики, но покорно кивнула. Я давно уяснила, что спорить с Эллен бесполезно — по любому поводу, а насчет прически в особенности.

Получив багаж, я последовала за кузиной к автомобилю. Она беззаботно сострила по поводу состояния моего чемодана, подождала, пока я засуну его в багажник, и крепко прижала меня к своему тощему телу, едва не удушив запахом «Шанели № 5».

— Ужасно рада твоему приезду! — объявила Эллен и оттолкнула меня так же неожиданно, как перед тем обняла. — Я скучала по тебе, поганка. Господи, давно же мы не виделись.

— Я тоже скучала, Эллен, — улыбнулась я. — Рада тебя видеть. Даже при таких обстоятельствах.

Ее лицо смягчилось.

— Соболезную тебе насчет мамы, золотко.

— Да, — кивнула я. — Спасибо.

— Хочешь об этом поговорить?

— Нет. — Я села в машину. — Хочу хоть ненадолго отвлечься, подумать о чем-то другом. Расскажи о себе. О работе.

Эллен была, как всегда, счастлива получить слушателя. Она развлекала меня рассказами о своем бизнесе по дизайну интерьеров, о падчерицах, о будущем путешествии в Венецию вдвоем с Питером. Я радовалась неумолкающему потоку легкой болтовни, пока указатель на Элм-Парк не вернул меня в реальность.