Дом восходящего солнца - Чак Хастмайр

— Все нормально, мистер Рэй, — сказал Малыш. — Посидите немного. Вы не очень-то хорошо выглядите.

Втянув в легкие немного пропитанного влагой воздуха, Рэй тяжело закашлялся. И тут же подумал, хватит ли места в этой консервной банке, чтобы залезть в карман и достать сигареты.

— Ты не поверишь, Малыш, — просипел Рэй, — но было время, когда я пробегал пять миль каждый день. В любую погоду.

— О, я вам верю, мистер Рэй. Вы все еще в очень хорошей форме, правда. Но вот что. Это вообще не мое дело, чем вы там, парни, занимаетесь, но только.

Рэй посмотрел на Малыша:

— Ну?

— Тут были двое совсем недавно. Спрашивали про вас.

И боль в боку, и саднящие легкие — все вдруг отступило на задний план.

— Кто это был?

Малыш отвел глаза.

— Правда, это не мое.

— Кто?

— Мистер Тони и другой с ним… не помню, как его зовут. Здоровый такой.

— Рокко?

Малыш закивал.

— Что они хотели?

— Они не сказали. Спросили только, какая тут машина ваша.

Рэй бросил взгляд на свою машину. Его «мустанг» стоял на том самом месте, где Рэй обычно его оставлял. У стены слева, на первом этаже. Стоянка Малыша была втиснута между двумя кирпичными домами постройки восемнадцатого века. По обеим сторонам ее располагались гидравлические подъемники. Половина машин на стоянке принадлежала людям, работающим в «Доме восходящего солнца».

— Что ты им сказал?

— Я ничего им не говорил!

— Малыш, я тебя ни в чем не обвиняю, — с нажимом произнес Рэй. Малыш был старым знакомым и всегда относился к Рэю хорошо. — Мне просто нужно знать, что ты им сказал.

— Я… я показал им вашу машину. Я не мог не показать.

Окна кабинки уже стали запотевать. Рэй протер стекло рукавом и обвел стоянку взглядом. Дождь не прекращался. На стоянке не было ни одного человека.

— Куда они девались?

— Наверное, они ушли.

— Наверное?

— Я не знаю, — сказал Малыш. — Тут как раз машина подъехала, и я отвлекся. И не посмотрел, куда они пошли. Когда вернулся, их уже не было.

К одной стене был прибит толстый, дюйма в три, кусок фанеры, размером два на два фута. Он был выкрашен в черный цвет. На фанере в несколько рядов располагались крючки с номерами, примерно на половине из них болтались ключи от машин. Владельцы оставляли ключи Малышу, чтобы он мог быстро вывести машину на первый этаж с помощью подъемника. Автомобили тех, кто работал в «Доме восходящего солнца», всегда стояли на первом этаже на случай, если срочно понадобится выехать по делу. Рэй снял свои ключи с крючка, сунул в руку Малышу пять баксов и потрепал его по плечу.

— Спасибо, — сказал он, затем вылез из кабинки и побежал к машине.

Когда Рэй добрался до своего «мустанга», газета превратилась в противный мокрый комок. Он швырнул ее на капот припаркованного рядом «линкольна», открыл дверь, скользнул на водительское сиденье и попытался вставить ключ в зажигание. И тут дверь его машины рывком распахнулась.

Рэй увидел улыбающегося Рокко. В своей громадной правой руке он сжимал не менее громадный черный пистолет. Судя по виду, «глок» сорок пятого калибра.

— Скажи «до свидания», Рэймонд, — прогнусавил Рокко. Правую руку он убрал за спину и вытащил левую, в которой был маленький черный пистолетик. Модель его Рэй не узнал.

Время странно замедлилось. Словно во сне Рэй видел, как палец Рокко плотнее обхватывает спусковой крючок, нажимает на него. У него не было ни единого шанса. Ни единой доли секунды, чтобы хотя бы пригнуться. Никакой вероятности, что Рокко промахнется. В голове у Рэя пронеслось: все кончено. Все. Больше никаких тревог. Никакого чувства вины. Ничего. Он даже испытал что-то вроде облегчения. Но затем взглянул на глупую, ухмыляющуюся рожу Рокко и понял: это последнее, что он увидит в жизни. Рэй открыл рот, чтобы напоследок проклясть свою уродливую судьбу.

Пистолет выстрелил, но это была не пуля. Струя какой-то непонятной едкой жидкости попала ему в глаза, в нос, в рот, так что Рэй поперхнулся. Его едва не вырвало. Он инстинктивно зажмурил глаза, чтобы спасти их от жгучей жидкости, но было слишком поздно. Даже с закрытыми глазами Рэй вдруг узнал эту мерзкую вонь. МОЧА.

В него выстрелили из водяного пистолета, заряженного мочой.

Рэй принялся яростно тереть глаза и лицо. Он вслепую лягнул Рокко левой ногой, но, естественно, не попал, а только ударился подбородком о дверь. Голос — хорошо знакомый голос — произнес:

— Ну и как она на вкус, Рэймонд? Не знал, что ты у нас любитель «золотого дождя».

И снова это имя — Рэймонд. Господи, как же он ненавидел, когда его называли Рэймонд.

Пока Рэй вытирал глаза и лицо, Рокко отступил на шаг и опять вытащил «глок», направив его Рэю прямо в лоб. Тони Зи, сидевший на пассажирском сиденье «линкольна», элегантным движением раскрыл зонт и выступил из-за спины Рокко. Оба уставились на Рэя.

У ног Рокко лежал черный пластмассовый водяной пистолет. Тони держал зонт исключительно над своей головой, не обращая внимания на своего приятеля, и Рокко, здоровенная дубина, покорно мок под дождем. Рэй сидел, сжимая руль обеими руками с такой силой, что костяшки его пальцев побелели, и молчал.

— Тебе понравилась наша маленькая шутка? — спросил Тони.

Рокко гыкнул.

Рэй молчал.

Тони ослепительно улыбнулся:

— Я хотел привлечь твое внимание, Рэймонд.

— Меня зовут Рэй.

— Какая разница.

— Ты привлек мое внимание. Чего тебе надо?

— Когда мистер Мессина просит тебя что-то сделать, ты не должен раздумывать над этим. Ты должен взять и сделать.

Рэй почувствовал, как по щеке скатилась капля мочи. Он схватил полотенце для рук, которое всегда держал между сиденьями, и еще раз с силой вытер лицо.

— Я думал, что для этих дел у него полно людей вроде тебя.

— Он хочет, чтобы этим занялся ты.

Рэй бросил полотенце на сиденье и взглянул на Рокко. Одежда на нем совсем вымокла, крупные капли падали с «глока». Затем перевел взгляд на Тони.

— Почему я?

Несмотря на ливень, Тони выглядел безупречно. Ни капли дождя не попало на его прилизанные гелем волосы и шелковый костюм.

— Поскольку это твой прокол, вполне справедливо, что тебе с ним и разбираться.

— Не я тот придурок, который оставил наверху триста тысяч.

— Ты позволил четырем уродам с оружием войти в наш…

— Вот тут ты прав, Тони. С оружием. Какого хрена я мог сделать, скажи мне? Сунуть руку в карман, оттопырить палец и закричать «Стой, стрелять буду»?