Счет по головам - Дэвид Марусек

— Заметано. Ты у меня молодец.

— Спасибо. Ну что, готов?

— Скажи им, что я делаю это ради Эллен Генри Старк.

— Медиа на связи.

— Я ей нужен, и я иду.

Микротурбины взревели, кресло завибрировало.

— Готов? — повторил Хьюберт-пояс.

— А Китти ушла уже?

Дотащившись до высокой стены-ограды с протекающей сумкой, Мэри совсем выбилась из сил. На грани обморока, дыша ртом, она прислонилась к большому дубу. Поврежденный бок сумки промок от сиропа и крови. Мэри открыла ее, боясь, как бы их жертвы не оказались напрасными.

Над сиропом выступала макушка черепа с дырками от трубок и проводов, с лоскутьями кожи.

Мэри окунула руки в сироп, нашла эмбрион. Сердце, кажется, билось, но точно она не могла сказать. Череп смотрел на нее лишенными век глазами.

Она попыталась развязать последнюю перчатку с сиропом, но узел не поддавался. Не найдя в карманах ничего острого, Мэри пустила в ход зубы. Жужжание над ухом заставило ее поднять голову. Рядом висела синяя пчела — клиническая, должно быть.

Пчела опустилась на перчатку, взлетела, и в фольге осталась дырка размером с палец. Мэри стала лить сироп в сумку, краем глаза следя за пчелой. Та вела себя достаточно мирно, но не дала Мэри встать, открыв рамочку с символом «оставайтесь на месте». В ту же секунду Мэри услышала, что кто-то идет через подлесок, ломая ветки. Затаив дыхание, она приникла к стволу. Способны ли визоры найков пронизать толстый дуб?

Шаги приближались, бежать было некуда. Мэри вдруг увидела перед собой зеркало, и собственное грязное лицо испугало ее. Нет, это не зеркало, поняла она тут же. Это ее голографический двойник, в запятнанной кровью одежде и с сумкой. Двойник служил отметкой «ты здесь» на большой карте клиники. Пульсирующая стрелка указывала дорогу к Южным воротам. Они были ближе, чем думала Мэри. Двойник поднялся и побежал в противоположную от них сторону.

Кто-то удивленно крякнул за дубом, совсем рядом. Засвистели дротики. Промахнувшись, найк выругался, но за жертвой гнаться не стал. Мэри слышала, как он говорит по рации.

— Повтори еще раз. Нет, бежит на восток, к А-три-шесть. — Это, судя по тону, не слишком беспокоило найка. Раздался металлический щелчок — он подзаряжал карабин. — Как там Регги? Еще раз. Нет, разверни колпак и прибери там. Это приказ. — Голос постепенно удалялся, следуя за созданным пчелой имитом.

Дождавшись, когда он уйдет, Мэри обмяла сумку вокруг головы Эллен, взяла ее под мышку и поспешила к Южным воротам. Не замедляя шага, она дошла до закрытых наглухо пресс-ворот. За ними маячили две фигуры.

— Рейли! Это я, Мэри.

— Что с тобой? Ты ранена? — послышалось из динамика над ее головой.

Мэри оглядела себя, потрогала окровавленный рукав.

— Нет, но там убивают моих сестер. Открой, пожалуйста.

— Не могу, Мэри. Оранжевая тревога, все заперто. Я пришлю тебе травматичку. Стой там.

Откуда-то, точно издали, донесся голос другого расса. Он кричал на Рейли, требуя, чтобы тот опустил ворота.

— Рейли, — сказала Мэри, — мне травматичка не нужна, отправь помощь к коттеджу Полевой Шпат. Там трое убитых — нет, четверо. И еще одна там, в лесу. — Она показала туда, где рассталась с Синди. — Я очень тебя прошу нарушить правила хоть раз в жизни. Открой мне.

Рейли, угрожая Фреду дубинкой, ответил:

— Ты же знаешь, Мэри, я на все для тебя готов. Но ты просишь невозможного. При оранжевом режиме мне запрещено открывать ворота.

— Хотя бы это возьми. — Мэри протянула-к воротам сумку. Рейли ткнул дубинкой подскочившего к нему Фреда.

— В последний раз говорю, Планк: покиньте отсек немедленно.

Целый залп дротиков пролетел над головой Мэри, рикошетируя от ворот. Она, пригнувшись, перебежала площадь и опять углубилась в лес. Это отвлекло Рейли, и Фред выхватил у него дубинку. Человек в форме садовника постоял у ворот, глядя, как они борются, и устремился за Мэри.

Фред перехватил Рейли горло дубинкой, вжал его в горячий прессованный воздух.

— Открывай!

Миви, проходя с доктором и медбайтором мимо кресла, увидел в люльке изможденного пассажира.

— Как вы думаете, что с ним?

— Я посмотреть, — сказала доктор, но тут кресло просигналило и понеслось с устрашающей скоростью прямо на пресс-ворота.

На таран пошел, мелькнуло в голове остолбеневшего Миви. Раздумывать было некогда. [Стрела, — вслух скомандовал он на старкесе, — убери ворота немедленно!]

Ворота растаяли, как по волшебству. Кресло, проскочив их, резко затормозило, охранники шарахнулись в стороны. Перед массивным транспортным заграждением кресло остановилось, но его пассажир продолжал движение.

Самсон прошел весь путь до конца, в самом что ни на есть замедленном темпе. То самоубийство на Прыжке Мосби засняли правильно. Он взмыл над люлькой и полетел. Стена заграждения казалась очень далекой, и было время рассмотреть все как следует.

Сказать, что я ни о чем не жалею, значило бы солгать, думал он. Сожалений у меня много. Я мог бы, например, быть более сознательным гражданином. Лучше защищать права обожженных. Наслаждаться каждым благословенным днем своей жизни. А больше всего я жалею о том, что был не лучшим мужем для Джин и для Элинор, не лучшим отцом для тебя. Ты, возможно, тоже была не лучшей дочерью, но я на тебя зла не держу. Спасибо тебе за этот прощальный подарок, за возможность уйти, хлопнув дверью. Я зажгу в твою честь хорошую свечку, Элли. Надеюсь, это поможет.

Шероховатая поверхность приблизившейся стены напоминала ему лунные кратеры, напоминала о медовом месяце с Элинор. Она говорила, что любит его больше всех кратеров во вселенной.

— Милосердная Гея! — заорал Миви. — Стой! Стой! — Пассажир кресла, завернутый в плед, врезался головой в барьер. Миви вбежал в открытую проходную, крича остановившему его охраннику! — Там человек! — Жертва крушения лежала у барьера бесформенной грудой. По всему помещению распространилось зловоние, из тела повалил дым. Да человек ли это?

— Я врач! — крикнула доктор Руссель, подоспевшая вместе с медбайтором, но охранник и ее не пустил. Другой джерри, развернув плед дубинкой, опрыскивал пострадавшего огнетушительным средством.

— Не думаю, что это помочь, — сказала, принюхиваясь, доктор. — Он обожженный.

Вопреки ее словам, дым рассеялся, и охранник направил их обратно к воротам.

— Все, смотреть больше не на что.

Миви, вспомнив о своей миссии, заартачился.

— Я пройду, мар джерри. Не пытайтесь меня задержать.

— Угу. — Джерри достал парализующий жезл. — Ворота снова выросли за спиной у Миви, но в них остался проход. — Уходите добром, в последний раз говорю.