Счет по головам - Дэвид Марусек

Садиться никто не стал. Евангелины заняли позицию между найком и Мэри.

— Меня это все не касается, — заявил Кобурн. Он хотел уйти, но найк упер ему в грудь свой секатор.

— Сядьте, пожалуйста. Сядем все и махнем на меня.

Найковская любезность пугала, и все пятеро послушно выполнили его указание. Кобурн судорожно прижимал к груди чемоданчик.

— Боюсь, что вы ошибаетесь, мар Кобурн. Вас это касается очень близко.

Из коттеджа вышли еще двое найков в форме охранников с лазерно-стрелковыми карабинами.

— Где она? — спросил один. Не услышав ответа, он встал перед Кобурном. — Консьерж велел тебе зарегистрировать ее смерть. Где она?

— В морге, где же еще.

— Значит, ты отнес ее в морг? — хмыкнул найк. Кобурн проглотил слюну и кивнул.

— Почему же в морге говорят, что ее у них нет? Кобурн пожал плечами, глядя куда-то вбок.

— Возможно, она еще в пути, — сказала Хэтти. — Двое медтехников забрали ее четверть часа назад.

— Правда? — усомнился найк в форме садовника. — Моя сеть за последние полчаса не засекала никаких медтехников между этим коттеджем и моргом. А вот вас я видел, вон там. — Он показал на кусты сирени, где евангелины оставили свои шапочки. — Может, объясните, в чем дело?

Все молчали.

— Прелестно. — Садовник открыл свою мусорную корзину. — Может, это что-нибудь прояснит? Это, случайно, не тот медтехник, о котором вы говорили?

На срезанных ветках лежала Рената с перерезанным горлом. Рану ей нанесло какое-то острое орудие — возможно, секатор. Хэтти вскочила, но найк-охранник грубо толкнул ее обратно.

— Что вы наделали? — кричала она, порываясь к тележке. — Вызовите травматичку. Пустите хотя бы меня, я ее стабилизирую. Иначе она умрет!

— Самое то местечко, чтобы загнуться, — заметил найк, — гребаная ревивификационная клиника. Какая ирония, а? Скажи, где башка, сестра Бекеридж, и я вызову травматичку.

Хэтти отвернулась, найки заржали. Мэри сняла ремень с плеча, поставила сумку на землю. Она пыталась представить, что сделал бы в такой ситуации Фред, но ничего не могла придумать. Благодаря своим родовым свойствам она хорошо понимала, что найки просто играют с ними. Никакую неотложку они не вызовут. Рената все равно что мертва (как, наверное, и Эллен к этому времени). Притом найки отлично знают, где голова. Они должны видеть на своих визорах, что она лежит в сумке.

— Люблю я свою работу, — сказал найк-садовник.

— Засохни, браток, — сказал другой. — Сейчас моя очередь.

— Чего суетиться-то, — вставил третий. — Как раз по две на каждого будет.

— Не командуй. — Найк с карабином, щурясь, оглядел пленников и остановился как раз перед Мэри. — Чем это пахнет, сестренка? — Он спрашивал не об ароматических часах: из сумки несло амниосиропом с примесью Самсона.

— Я ничего не чувствую, — ответила Мэри.

Найки снова загоготали и переключились на Кобурна.

— Где башка, Мэтт?

— Я уже сказал где. Я зарегистрировал смерть и отправил ее в морг. Проверьте журнал контроллера, спросите Консьержа. — Медтехник поднял глаза. — Консьерж, отзовись, ты мне нужен!

Найки укатывались со смеху. Один, подняв козырек, отер слезы, подозвал тележку, открыл вторую корзину — пустую, если не считать скошенной травы.

— Стань сюда, — приказал он Кобурну.

Медтехник прилип к скамейке. Найк схватил его за руку, подтащил к тележке.

— Говори, где она, не то поедешь кататься в корзинке.

— Вон там! — Кобурн, вращая глазами, показал на сумку-контейнер.

Найки издали стон.

— Что ж ты так сразу раскололся? — посетовал допросчик. — Что ты после этого за мужик?

— Сам виноват, — сказал другой найк. — Первой надо было взять лину. Она б нипочем не сказала.

— Я думал оставить лин напоследок. Их три — доходит, о чем я?

— Время-то поджимает, умник. Давай в темпе.

— Лады, браток. Кинь мне ножик. Садовник подал ему секатор.

— Смотри, это не так легко, как тебе кажется. Надо размахнуться как следует.

— Не учи ученого. — Найк пару раз ударил по скамье рядом с Хэтти. Посыпались искры, на камне остались глубокие борозды. — Стой прямо, сопля, — приказал он Кобурну.

Медтехник тихо осел на землю.

— Стоять, я сказал. — Найк рывком вернул его на ноги. — А, бля! — К запястью найка прилипли пять наркотических капсул. Он попытался содрать их и упал без сознания, а Кобурн выхватил у него секатор.

— Бегите! — крикнула Хэтти евангелинам, пытаясь вытащить из кобуры упавшего найка парализующий жезл.

Мэри схватила сумку и вместе с сестрами помчалась к сиреневой изгороди. Кобурн свирепо рубил двух оставшихся найков секатором, но их броня отражала удары. Миг спустя медтехник, разрезанный лазером пополам, упал среди роз, а найк выстрелил ему дротиками в оба глаза и в череп, уничтожая серое вещество.

Синди, первая продравшись сквозь кусты, помогла Мэри. Алекс застряла и велела им уходить без нее, но они не послушались и стали ее вытаскивать. Один найк занялся своим сраженным товарищем, другой рубанул секатором Хэтти.

— Я сдам назад и кругом обойду, — крикнула Алекс, — а вы… — С изгороди вокруг нее градом посыпались листья. Мэри и Синди припали к земле. Алекс, прикрывая их своим телом от дротиков, погибала у них на глазах. Мэри зацепило, сумку тоже, но обе евангелины уже мчались по тропке в лес. Тропинка, виляя между коттеджами, вела непонятно куда. Синди увлекла

Мэри вбок, в гущу кленов и вязов. Мэри окончательно заблудилась, но Синди, кажется, знала, куда бежать. В конце концов им не хватило дыхания, и они упали в густой подлесок.

Дротик пробил Мэри руку насквозь, не задев кость. Рукав набух кровью, но Мэри боялась только за сумку. Выходного отверстия в контейнере не было, из входного сочился сироп. Одна из перчаток Синди тоже успела протечь.

— На, — Синди отдала пузырь Мэри, — положи ее в сумку, а другую за пазуху спрячь. Ограда вон там — недалеко, с четверть клика. Как дойдешь, поверни направо.

— А ты?

Синди выковырнула из земли большой камень.

— Я за тобой.

— С ума сошла!

— Как и ты, Мэри Скарленд. Когда выберешься, присылай сюда травматички. — Синди поцеловала сестру, взяла камень и повернула назад.

Инвалидное кресло медлило в двадцати метрах от пресс-ворот.

— Как насчет расстояния? — спросил Самсон. — Скорость наберем? Я не желаю умирать от перелома лодыжки.

— Я отстегну твои ремни, — сказал Хьюберт-пояс, — и ты полетишь головой вперед.