Bella Mafia - Линда Ла Плант

Лука сидел в зале ожидания. До вылета его самолета оставалось двадцать минут, уже объявили посадку, и стюардесса заняла свое место, чтобы проверять билеты. Лука встал в очередь.

Что ждет его в Нью-Йорке? Куда он пойдет? Он даже не знает, сохранена ли за ним его старая квартира. У него оставалось несколько дорожных чеков плюс деньги, которые дал Данте, но этого хватит ненадолго. Лука всегда материально зависел от отца, и у него не было собственного банковского счета. Он, правда, знал об одном депозитном сейфе, а что толку? Получить из него деньги будет слишком сложно. Зато сейф в кабинете Данте битком набит деньгами, большая часть из которых наверняка принадлежит его отцу, однако он выдал Луке только несколько жалких сотен долларов. А что, если отец вообще не захочет его больше видеть, снимет с довольствия?

– Ваш билет, пожалуйста, – сказала стюардесса. Лука машинально почти протянул ей билет, но потом вдруг передумал, повернулся и вышел из очереди. Ему не нужно было просить вернуть багаж – все, что у него имелось, он нес с собой в ручной клади.

Выйдя из здания аэропорта, Лука взял такси. На обратном пути в Палермо он по дороге заглянул в аптеку, потом попросил таксиста высадить его у дешевого гаража. Там Лука взял напрокат старенький «фиат». Потом на арендованной машине он отправился в самый бедный район Палермо и снял номер в мотеле. Все это время он был в шляпе и зеркальных очках. Взяв ручку, чтобы зарегистрироваться в мотеле, Лука подумал и написал в графе «имя»: Джонни Морено.

В комнате стоял застарелый запах пота, белье на кровати было мятым, протертый до дыр ковер, весь в пятнах, лишь частично прикрывал истертые доски пола. Но Луке было все равно, в его крови бурлило возбуждение – приятное ощущение. Он повесил одежду в шкаф на погнутые проволочные плечики, монашескую рясу положил в ящик комода и остановился у треснутой раковины. Ни ванны, ни туалета в номере не было. Лука достал из пакета две упаковки краски для волос, купленные в аптеке, внимательно прочитал инструкцию и смешал компоненты в пластмассовом стаканчике для зубных щеток. Затем разделся до пояса, натянул резиновые перчатки и взялся за дело.

Посмотрев на себя в зеркало, Лука ужаснулся: краска покрыла его голову чем-то вроде кровавого капюшона. Он сунул голову под воду и принялся лихорадочно смывать краску, затем потряс головой, как собака. Красная пена быстро уходила в слив раковины. Шампунь щипал глаза, стекал по груди. Лука вслепую потянулся за полотенцем и замотал голову. Некоторое время он боялся взглянуть на результаты своих стараний, но потом все-таки сбросил промокшее полотенце и с опаской подошел к зеркалу. Повернулся направо, налево, немного наклонил голову. Краситель лег ровно, и Лука поздравил себя с результатом. Отныне он больше не Лука Каролла, а Джонни Морено.

Грациелла знала, что по закону Пола Кароллу можно продержать в тюрьме еще только месяц, и была готова услышать, что его освободят. В кабинете дона Роберто в самой глубине сейфа хранился «люгер» в бархатном чехле. Грациелла нащупала мягкую ткань, достала оружие и вынула его из чехла. Пистолет был холодным и тяжелым. Она осторожно положила его на стопку документов, сложенных на столе дона Роберто. Патроны хранились в третьем ящике стола. Грациелла хорошо знала, как заряжать пистолет, она даже умела из него стрелять. По ее расчетам, для выстрела был лишь один подходящий момент – это можно было сделать тогда, когда заключенных выводили в зал суда. Пол Каролла, закованный в наручники, всегда шел последним. Он сидел в отдельной клетке, ближайшей к скамье защитников. Каждый день повторялась одна и та же процедура: перед тем как защитники займут свои места, Кароллу помещали в его клетку, оковы у него на ногах пристегивали к полу и клетку закрывали. Место Грациеллы находилось прямо напротив места Кароллы. Он всегда усаживался медленно, оглядывая зал, стрелять можно было только в это время. Другого шанса у нее не будет, она не имеет права промахнуться.