Колыбельная для жертвы - Стюарт Макбрайд

Элис положила руку мне на плечо:

– Эш, ты в порядке? У тебя такой вид, будто ты хочешь кого-то задушить…

Точно.

Выпустил из руки мышку. Сжал-разжал ладонь пару раз. Глубокий вдох.

– Я в порядке.

Следующий клип. Четыре здоровенных, как игроки в регби, парня в футболках с эмблемой Университета Олдкасла пожирают макаронные пироги. У них за спиной большой электронный секундомер. Выигрывает обладатель самого большого лба. Он трясет кулаками над головой, вертит ею в разные стороны, покровительственно улыбаясь проигравшим товарищам широкой улыбкой идиота.

– О’кей, я сворачиваюсь. Пора, как говорится, дела повидать и людей поделать. – В окошке чата Сабир ткнул сосиской пальца в камеру на экране. – Элис, тащи свою задницу в Лондон, и я тебе покажу, как в цивилизованном мире дела раскрывают. И ты, Эш, расслабься немного. Ночью отдыхать надо. Кровавый крестовый поход от тебя никуда не денется. – Помахал рукой. – Сабир Повелитель Аппаратуры, позвольте откланяться.

Я вышел из системы. Закрыл ноут.

Элис обняла меня за плечи, крепко стиснула. Поцеловала в макушку:

– Он прав. Тебе надо расслабиться.

– Как? – Достал мобильник. Положил на стол. Снова взял. – Хочу позвонить Раскольнику, выяснить, как там у Хитрюги дела. Но если я позвоню, то вроде как соль на рану насыплю, так ведь? Я же еще не нашел его дочь.

– Но ты делаешь все что можешь.

– Правда?

* * *

– …пять, четыре, три, два, один, ноль! – Толпа медицинских сестер вопит, свистит и подпрыгивает, а Рут вскидывает руки вверх. Улыбается во весь рот. И у нее за спиной вздымается плакат «ПРЕВРАТИМ МИЛИ В УЛЫБКИ!».

И все.

Внизу музыка стала еще громче.

Я снова нажал на воспроизведение.

Наклонился вперед и стал вглядываться в экран, сканируя лица людей, стоявших в толпе за медицинскими сестрами. Знакомых лиц не было. Но все же было что-то такое…

Что?

Просто женщина на приделанном к полу велосипеде собирает деньги в помощь своей подруге. В блаженном незнании того, что скоро и ее жизнь будет разрушена.

По лестнице кто-то затопал, дверь со стуком распахнулась, и на пороге, тяжело дыша, нарисовалась Рона с дурацкой ухмылкой на лице. В руке зажата бутылка шампанского.

– Шеф? Мы его взяли. Мы взяли этого ублюдка!

На экране крутила педали Рут, работали ее колени, футболка покрывалась темными пятнами пота. Люди на заднем плане приветственно кричали, улыбались, болтали друг с другом. Со сцены доносилась музыка, но из-за отсчета времени ее почти не было слышно…

Я выпрямился:

– Что, Дочерти?

Рона поставила шампанское на стол рядом с ноутбуком:

– Вы были правы, шеф!

– …четыре, три, два, один, ноль! – Рут вздымает руки вверх. Превращает мили в улыбки.

Слава Богу…

– Они были на стоянке автофургонов?

Нахмурилась:

– Что? Нет… Мы прогоняли номер машины через систему идентификации, как вы сказали, и знаете что? Темно-синий «вольво», зарегистрированный на доктора Фредерика Дочерти, выехал из города в направлении к северу в двадцать два ноль три.

– А он…

– Я тогда вышла на Абердин и на Данди, сказала им порыться в пятничных пленках и прогнать их через систему, начиная с двадцати двух двадцати. – Рона прошлась взад-вперед по комнате, расчесывая пальцами жидкие волосы. – Он приехал в Абердин в половине одиннадцатого. И вот еще что – я попросила прислать мне информацию о всех зарегистрированных преступлениях, совершенных в городе той ночью. Несколько драк, пара краж со взломом, два нападения с целью изнасилования, одно непристойное обнажение и… – Рона достала из кармана сложенный лист бумаги, протянула его мне. – Та-дам!

Это был протокол о правонарушении, совершенном в четыре тридцать утра. Найдено тело полуобнаженной женщины, покрытой кровью, рядом с Мидстокет-роуд. Когда патрульная машина прибыла на место, она была жива, просто находилась под воздействием снотворного. И кровь была не ее, а что-то вроде искусственного состава для театральных постановок. Так что вызвали «скорую» и отправили ее в местную больницу.

На верхней ступеньке лестницы появилась Элис, прижимавшая к груди бокал с виски:

– Эш? Что тут происходит?

Рона облизала губы, вздернула брови:

– Хотите послушать самое интересное? – Достала из кармана еще что-то – распечатка размытой фотографии. – Парень, который вызвал полицию, на мобильный телефон сфотографировал. Кого-то напоминает?

Молодая женщина лежит на спине в неглубокой яме. На бледной коже выделяются полоски черного нижнего белья. Темно-красная театральная кровь покрывает живот, стекает по сторонам. Руки задраны над головой, одна нога вывернута набок. Прямо как у Холи Драммонд.

Я протянул фотографию Элис:

– Он воссоздает убийства.

Она взяла фотографию, нахмурилась:

– А для чего он…

– А теперь контрольный выстрел. – Ухмылка исказила лицо Роны. – Сделали анализ крови жертвы на токсины. Прямо на месте, очень быстро, потому что мы сказали им, что искать.

– Тиопентал?

– Тиопентал.

Элис вернула мне фотографию:

– Зачем ему воссоздавать свои собственные убийства? Он не пытался их убить, он их…