Убийца внутри меня - Джим Томпсон

Потому что улики тут не нужны, понимаете меня? Я видел, как работает закон. Нужно лишь намекнуть, что человек виновен. А уж потом — если он не крупная шишка, само собой, — все сведется к тому, чтобы заставить его эту вину признать.

— Эми, — сказал я, — Эми, золотце. Посмотри на меня.

— Я н-не хочу на тебя смотреть.

— Посмотри на меня… Это же Лу, солнышко, Лу Форд, помнишь? Ты с этим парнем всю жизнь знакома. И вот я тебя теперь спрашиваю: стал бы я поступать так, как ты говоришь?

Она замялась, покусывая губы:

— Но ты же поступил, — уже не так уверенно. — Я же знаю.

— Ничего ты не знаешь, — сказал я. — Просто из-за того, что я устал и расстроился, ты поспешно делаешь какие-то сумасшедшие выводы. Ну зачем, зачем мне валять дурака с какой-то прошмандовкой, когда у меня есть ты? Что мне эдакая дамочка способна дать такого, из-за чего мне стоило бы рисковать и терять такую девушку, как ты? А? Ну ведь бессмыслица же, а, солнышко?

— Ну… — Это до нее дошло. Это по ее гордости двинуло — туда, где больнее всего. Но чтобы совсем задавить в ней догадки, этого было мало.

Она подобрала трусики и стала их надевать, не выходя из-за кресла.

— Бессмысленно об этом спорить, Лу, — устало сказала она. — Наверное, мне надо счастливым звездам своим сказать спасибо, что я не подцепила никакой ужасной болезни.

— Да черт бы тебя побрал!.. — Я обогнул кресло и сгреб ее в объятья. — Черт возьми, хватит так говорить о девушке, на которой я женюсь! На себя-то мне наплевать, но про нее так не смей, слышишь? Нельзя говорить, что моя будущая жена готова спать с мужиком, который ходит по шлюхам!

— Пусти меня, Лу! Пус… — Она вдруг перестала вырываться. — Что ты?..

— Ты слышала, — сказал я.

— Н-но всего два дня назад…

— И что? — сказал я. — Никому не нравится, если его на аркане тянут под венец. Мужчине хочется делать предложение самому — вот его я сейчас и делаю. Черт, да мы уже и так долго оттягивали, по моему мнению. И сегодняшнее это безумие ночное — лишнее тому подтверждение. Будь мы женаты, ни ссор бы этих не было, ни недопонимания, как у нас сейчас.

— С тех пор как эта женщина тут живет, хочешь сказать.

— Хорошо, — сказал я. — Я сделал все, что смог. Хочешь верить плохому про меня — твое дело…

— Погоди, Лу! — Она повисла на мне. — Я же не виновата, что… — И тут же умолкла. Ради собственного блага. — Прости меня, Лу. Конечно, я была не права.

— Да уж явно.

— Когда мы это сделаем, Лу? Поженимся?

— Чем скорее, тем лучше, — соврал я. Не собирался я на ней жениться. Но мне требовалось время кое-что спланировать, и нужно было заткнуть ей рот. — Давай через несколько дней встретимся, когда чуточку придем в себя, и обо всем поговорим.

— Не-а. — Она покачала головой. — Теперь, раз ты… раз мы приняли решение, давай его выполнять. Давай поговорим прямо сейчас.

— Но уже скоро день, солнышко, — сказал я. — Если ты еще чуть помедлишь тут, тебя люди увидят.

— А мне все равно, миленький. Мне на это совсем-совсем уже наплевать.

Она прижалась ко мне, уткнувшись головой мне в грудь. И даже не видя ее лица, я знал, что она улыбается. Я плясал под ее дудку, и она чертовски этому радовалась.

— Ну, я вымотался, в общем, — сказал я. — Наверно, мне нужно поспать, пока…

— Я тебе кофе сделаю, миленький. Это тебя взбодрит.

— Но, солнышко…

Зазвонил телефон. Эми отпустила меня — не спеша, — и я подошел к письменному столу и снял отводную трубку.

— Лу? — Это был шериф Мейплз.

— Да, Боб, — сказал я. — Ты это чего? — Он сообщил мне, и я ответил: — Ладно, — и повесил трубку. Эми взглянула на меня — и передумала разражаться очередной гневной тирадой.

— По работе, Лу? Тебе работать надо?

— Ну, — кивнул я. — Сюда едет шериф Боб — заберет меня через несколько минут.

— Ах ты, бедняжечка! Ты же так устал! Я сейчас оденусь и уйду.

Я помог ей и проводил до задней двери. На прощанье она крепко меня чмокнула, а я дал ей слово позвонить, как только смогу. И она ушла — а всего через пару минут к дому подъехал шериф Мейплз.