Гость - Ли Чайлд

Ричер смерил его взглядом.

— У тебя четверо убитых женщин. А могло быть пятеро.

Блейк покачал головой.

— Пятерых не было бы. Мы полностью взяли ситуацию под контроль. Джулия Ламарр подоспела вовремя и успела спасти пятую женщину, но ты ее убил.

В комнате снова наступила тишина. Ричер медленно кивнул.

— Такова ваша позиция?

Дирфильд поднял взгляд.

— Наши доводы очень веские. Ты не находишь? Ламарр совершает прорыв в расследовании дела, превозмогает страх перед полетами, прибывает на место буквально по пятам преступника, застает Симеку в критическом состоянии, начинает оказывать ей первую помощь, но в этот момент врываешься ты и убиваешь ее одним ударом. Она герой, а ты отправляешься под суд за убийство агента федеральной службы.

Снова молчание.

— А с хронологией у вас все в порядке? — спросил Ричер.

Блейк кивнул.

— Разумеется. Ламарр находится у себя дома, скажем, в девять утра по восточному времени; в Портленде она оказывается около пяти по тихоокеанскому времени. То есть, у нее было одиннадцать часов. Времени достаточно для того, чтобы доехать до Национального аэропорта и сесть на самолет.

— Полицейский видел, как преступник заходит в дом?

Дирфильд пожал плечами.

— Мы считаем, полицейский заснул. Ты же знаешь, как это бывает с деревенскими полицейскими.

— Однако, он видел, как к Симеке приходил военный священник. В тот момент он не спал.

Дирфильд покачал головой.

— Военные поклянутся, что никогда не направляли к Симеке священника. Наверное, полицейскому это привиделось во сне.

— А он видел, как Ламарр входила в дом?

— Он по-прежнему спал.

— Как ей удалось попасть в дом?

— Она постучала в дверь и спугнула преступника. Тот выскочил мимо нее во входную дверь. Ламарр не стала его преследовать, потому что в первую очередь ее беспокоила Симека. Ей двигало человеколюбие.

— Полицейский видел выбегающего преступника?

— Он так и не проснулся.

— И Ламарр потрудилась запереть за собой дверь, хотя и торопилась наверх, движимая человеколюбием?

— Очевидно.

Снова наступила тишина.

— Симека пришла в себя? — спросил Ричер.

Дирфильд кивнул.

— Мы связывались с больницей. Она ничего ни о чем не помнит. Предположительно, это полностью стерлось у нее в памяти. Мы найдем целую армию психологов, которые подтвердят, что это совершенно нормально.

— С ней все в порядке?

— Она чувствует себя замечательно. — Блейк усмехнулся. — Но мы не будем настаивать, требуя у нее описания преступника. Наши психологи скажут, что на ее показания все равно нельзя будет положиться.

В комнате снова стало тихо.

— Где Харпер? — спросил Ричер.

— Отстранена от дела, — ответил Блейк.

— За то, что отказалась следовать линии партии?

— Она подпала под влияние одной романтической иллюзии, — сказал Блейк. — Рассказала нам какой-то фантастический вздор.

— Теперь ты понимаешь, в каком неприятном положении оказался? — спросил Дирфильд. — Ты с самого начала проникся к Ламарр ненавистью. Поэтому ты убил ее по каким-то своим личным причинам и сочинил историю, прикрывая себя. Однако история твоя оказалась не слишком хорошей, не так ли? Она не подкрепляется никакими фактами. Ты не можешь привязать Ламарр ни к одному из предыдущих преступлений.

— Она не оставляла улик, — согласился Ричер.

Блейк усмехнулся.

— Какую злую шутку сыграла судьба, не так ли? То же самое сказал нам ты, в самом начале. Ты сказал, что у нас есть лишь то, что мы думаем, будто преступления совершил человек, похожий на тебя. Что ж, а теперь у тебя есть лишь то, что ты думаешь, будто преступления совершила Ламарр.

— Где ее машина? — спросил Ричер. — Она приехала из аэропорта домой к Симеке на машине. Где ее машина?

— Ее угнал преступник, — сказал Блейк. — Вероятно, он пришел пешком и проник в дверь через черный вход, так как не знал, что полицейский спит. Ламарр застигла его врасплох, и он удрал в ее машине.

— И вы найдете в архивах, что Ламарр взяла машину напрокат, указав свою настоящую фамилию?

— Скорее всего, — кивнул Блейк. — Как правило, мы находим то, что нам нужно.

— А как насчет авиарейса из Вашингтона? В компьютере авиакомпании также будет ее настоящая фамилия?

Блейк снова кивнул.

— Если нам так будет нужно.

— Видишь, в каком неприятном положении ты оказался? — сказал Дирфильд. — Неприемлемо потерять сотрудника, не имея подозреваемого.

Ричер кивнул.

— И также неприемлемо признать, что сотрудник оказался убийцей.

— Об этом нечего и думать, — сказал Блейк.

— Даже если Ламарр действительно была убийцей?

— Она не была убийцей, — решительно произнес Дирфильд. — Она была отличным сотрудником и прекрасно справлялась со своей работой.

Ричер кивнул.

— Что ж, вижу, мне никто не заплатит.

Дирфильд скорчил гримасу, как будто в комнате кто-то испортил воздух.

— Это не шутка, Ричер. Давай выясним это начистоту. Ты влип по самые уши. Ты можешь говорить все, что тебе угодно. Можешь говорить, что у тебя были подозрения. Но ты лишь выставишь себя полным идиотом. Никто не станет тебя слушать. К тому же, это все равно не будет иметь никакого значения. Потому что если у тебя были какие-то подозрения, ты должен был позволить Харпер осуществить задержание, так?

— На это не было времени.

Дирфильд покачал головой.

— Ерунда.

— Вы видели, что Ламарр покушалась на жизнь Симеки? — спросил Блейк.

— Мне нужно было убрать ее с дороги.

— Наш адвокат скажет, что даже если ты искренне ошибался, веря в свои подозрения, ты должен был поспешить к лежавшей в ванне Симеке, предоставив Харпер заниматься Джулией. Вас было двое на одну. И это позволило бы тебе сберечь время, так? Если тебя действительно так волновала твоя бывшая подружка.

— Возможно, это сберегло бы полсекунды.

— Полсекунды могли бы оказаться решающими, — сказал Дирфильд. — В такой ситуации, когда речь шла о жизни и смерти? Наш адвокат обязательно заострит на этом вопрос. Он скажет, что тратить драгоценное время на то, чтобы ударить кого-то, это свидетельство личной неприязни.

В комнате снова наступила тишина. Ричер сидел, уставившись на стол.