Спящая кукла - Джеффри Дивер

— Мне ответила Сэм, когда я звонил? — спросил Пелл.

Тридцать минут назад им звонил Пелл, выдавший себя за охранника, проводящего проверку. Они договорились с Ребеккой, что если ответит не она, то он попросит женщин проверить запоры на окнах. Это будет означать, что он поблизости, и Ребекке необходимо выйти и ждать его под навесом.

— Она, конечно, ничего не поняла. Бедняжка все еще маленькая мышка. Она ничего не просекает.

— Я хочу убраться отсюда как можно скорее, любимая. Когда мы сможем уехать?

— Уже скоро.

— У меня есть ее адрес, — сказал Пелл. — Адрес Дэнс.

— Имей в виду, ее детей нет дома. Она не сообщила мне, где они, но в телефонной книге я нашла некоего Стюарта Дэнса. Возможно, ее отец или брат. Полагаю, именно там они и находятся. Да… их охраняет полицейский. Мужа нет.

— Вдова, верно?

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, и все. Сколько лет детям?

— Не знаю. А это имеет какое-то значение?

— Нет.

Ребекка откинулась назад и бросила на Пелла внимательный оценивающий взгляд.

— Для беглого каторжника ты выглядишь совсем неплохо.

Она заключила его в объятия. Близость ее тела, напоенного ароматами морской растительности и соснового бора, еще больше усилили возбуждение Пелла. Он провел рукой по спине Ребекки до самого низа. Напряжение усиливалось. Он жадно впился губами в ее губы, просунув язык ей в рот.

— Дэниэл… не сейчас. Я должна вернуться.

Но Пелл не слышал ее слов. Он увлек Ребекку еще дальше в лес. Она положила на влажную землю блокнот картонной обложкой вниз и опустилась на него на колени.

— Девушки будут удивлены, почему у меня мокрые колени. — И начала расстегивать молнию у него на джинсах.

«Да, такова Ребекка, — подумал Пелл. — Всегда все хорошо продумает».

Наконец позвонил Майкл О'Нил.

Кэтрин обрадовалась, хотя интонация у него была сугубо деловая, и она понимала, что Майкл не хочет говорить об их недавней стычке. Она чувствовала, что он все еще злится. Что на него было совсем не похоже. Это насторожило ее, но у Дэнс не было времени на анализ их личных проблем, принимая во внимание то, по какому поводу ей звонил Майкл.

— У меня новости из Калифорнийского управления полиции, — сказал он. — Какие-то хайкеры на пути в Биг-Сер обнаружили на берегу сумочку и личные вещи. Они принадлежат Дженни Марстон. Тела пока не нашли, но весь песок вокруг в крови. Кроме крови, криминалисты нашли на камне волосы и частички кожи с головы. И на том же камне отпечатки пальцев Пелла. Береговая охрана отрядила две лодки на поиски трупа. В сумочке ничего интересного. Только документы и кредитные карточки. Все деньги по ним сняты. По всей видимости, Пеллом.

Значит, он убил и ее…

Кэтрин закрыла глаза. Пелл увидел фотографию Дженни по телевизору и понял, что полиция установила ее личность. После этого она стала представлять для него опасность.

Второй подозреваемый увеличивает шанс поимки преступника в геометрической прогрессии…

— Мне очень жаль, — сказал О'Нил.

Он прекрасно понимал, о чем она сейчас думает. Ей никогда бы не пришло в голову, что появление фотографии девушки на экранах телевизоров может привести к ее гибели.

Они считали, что демонстрация фотографии — лишь еще одна нить в поисках опасного преступника.

— Мы поступили правильно, — подвел итог О'Нил. — У нас не было другого выхода.

«Мы, — отметила она про себя. — Не овербаевское вы».

— Когда это случилось?

— Криминалисты говорят, примерно час назад. Мы ведем проверку на шоссе № 1 и в его окрестностях, но пока никаких свидетелей.

— Спасибо, Майкл.

Кэтрин ждала, что он продолжит разговор, напомнит ей об ее отношениях с Келлогом. Собственно, не важно, что, главное, даст возможность завести беседу на больную тему. Но Майкл лишь сухо сообщил:

— Я планирую проведение поминальной службы по Хуану. Буду держать тебя в курсе.

— Спасибо.

— Пока.

Дэнс позвонила Келлогу и Овербаю и сообщила им новости. Ее босс не сразу решил, хорошая это новость или плохая. Еще одна жертва, но по крайней мере погиб преступник. В конце концов он сделал вывод: пресса и публика решат, что больше очков на стороне «хороших парней».

— А ты как думаешь, Кэтрин?

Однако у Дэнс не было времени сформулировать ответ шефу, так как позвонили из приемной КБР и сообщили, что прибыла Тереза Кройтон — Спящая кукла.

Тереза оказалась совсем не такой, какой ее представляла себе Кэтрин Дэнс.

Тереза Кройтон-Боллинг была высокой и стройной девушкой в широком, немного мешковатом свитере, с длинными светло-каштановыми волосами, рассыпавшимися по плечам. В левом ухе у нее виднелись четыре металлические точки, в правом — пять, а большинство пальцев украшали серебряные кольца. На узком, бледном, но очень милом лице ни малейших следов косметики.

Мортон Нэгл провел девушку и ее тетку, внушительную на вид даму с короткими седыми волосами, в кабинет к Дэнс. Мэри Боллинг вела себя с мрачноватой сдержанностью, и сразу бросалось в глаза, что кабинет Кэтрин — последнее место в мире, где ей хотелось бы оказаться. Все присутствующие обменялись рукопожатиями и приветствиями. Рукопожатие девушки было простым и дружеским, лишь чуть-чуть нервным. Приветствие ее тетки — напряженным и сухим.

Нэгл, конечно же, хотел бы остаться. Интервью у Спящей куклы было его главной целью со времени побега Пелла. Однако, по всей видимости, стороны пришли к некоему негласному соглашению, что он на какое-то время отойдет в сторону и не будет мешать следствию. Поэтому литератор тут же заявил, что если он кому-то понадобится, то его можно будет найти дома.

Кэтрин попрощалась с ним прочувствованным: «Спасибо».

— До свидания, мистер Нэгл, — сказала Тереза.

Он простился с ними обеими легким поклоном — с девушкой и пожилой дамой, пытавшейся застрелить его (и сейчас смотревшей на Нэгла с таким видом, как будто была совсем не против повторить попытку). Нэгл отделался характерной для него ухмылкой, подтянул, как водится, штаны и вышел.

— Спасибо, что согласились приехать. Как к вам обращаться? Просто Тереза?

— Чаще всего меня называют Тера.

— Вы не будете возражать, если я переговорю с вашей племянницей с глазу на глаз?

— Да, конечно, — ответила за тетку девушка. Миссис Боллинг явно колебалась. — Да, конечно, — повторила девушка еще более решительным тоном. И даже с намеком на раздражение. Как и музыкантам, блестяще владеющим своими инструментами, некоторым людям подвластны сотни различных интонаций.