Перекрестья - Фрэнсис Пол Вилсон

У входа в храм Джек помедлил.

Он успел заскочить домой и оставить там фотографии, взятые у Кордовы. Затем переоделся, натянув на себя тряпье третьей носки, купленное в лавке старьевщика вчера после визита к Роселли. Прочным клеем он приклеил растрепанную черную бороду. И в завершение образа до ушей напялил вязаную шапочку.

Обмануть тех, кто знал Джонни Роселли, он бы не смог; даже незнакомец усомнился бы в натуральности его бороды, подойди он поближе.

Но Джек не собирался кого-либо подпускать к себе.

Главным образом его волновало, не отказался ли Роселли от своего походного существования и не вернулся ли в храм после того, как они расстались с ним. В таком случае его пропуск оказывался недействительным, и ему выдали новый. Если Джек пустит в ход старую карточку, то поднимется тревога, и все планы рухнут.

Другой заботой был Брейди. Джек не имел представления ни сколько тот обычно проводит времени с доставленными к нему ребятами, ни когда возвращается домой. Чем позже, тем лучше. После такой ночи со скотчем и марихуаной ему стоило бы спать без просыпу до позднего утра.

Но в данном случае Джеку оставалось лишь предполагать и надеяться. Он терпеть не мог, когда окончательное разрешение дела зависело от ситуации, которую он не мог контролировать, и любая глупость могла сбить его с намеченного пути.

Есть только один способ выяснить...

Джек набрал в грудь воздуха и открыл двери. Очутившись в пределах безлюдного, но охраняемого холла, он подался вправо, подальше от металлодетектора, к турникету «только для членов». В пустынном холле лежали непроглядные тени. Пространство холла и район лифтов, дверца одного из которых была открыта в ожидании пассажира, освещались лишь несколькими канделябрами. В десятке футов от турникета за мраморной стойкой сидел одинокий Паладин Храма в красном мундире.

Джек, делая вид, что роется в кармане в поисках карточки, дружески махнул охраннику. Тот, смерив его взглядом, настороженно кивнул в ответ.

Джек держал пропуск в левой руке. Правую он оставил свободной, чтобы в любой момент она могла выхватить пистолет. Примерившись к прорези, он вставил в нее карточку, перевел взгляд на охранника и провел карточку через щель.

Ему пришлось подождать, пока ПХ сверится с компьютером. Оставалось надеяться, что фотография Джонни Роселли появится на экране со сноской, что он несет наказание — чем и объясняется его запущенный вид. Если у охранника изменится выражение лица или он потянется к телефону, Джека как ветром сдует. Он не хотел оказаться в ситуации, когда придется пускать в ход оружие.

Но выражение лица Паладина Храма не изменилось. Он поднял взгляд от экрана, рассеянно улыбнулся Джеку и махнул. Турникет щелкнул, пропуская его.

Наконец Джек смог перевести дыхание. Входя в открытую кабинку, он держал голову низко опущенной.

Прежде чем нажать костяшками пальцев кнопку двадцать первого этажа, он оглянулся на охранника и увидел, что тот читает какой-то таблоид. Скорее всего, не «Лайт».

О'кей, подумал он, когда створки дверей плотно сошлись, я здесь.

Теперь пришел черед самой сложной части замысла.

Он посмотрел на темную кнопку двадцать второго этажа — как бы ему хотелось, чтобы лифт донес его прямо туда, не оставляя данных о маршруте в компьютерах. Вот этого он должен избежать любой ценой.

Джек понимал, что отныне он должен все контролировать — до мельчайшей детали. Успех или провал зависит от него, а не от случайности или от обстоятельств. Так или иначе, но впереди его ждет очень нелегкий час.