Последний праведник - А. Й. Казински

Реанимация, Королевская больница

В палату вошла медсестра.

— Смотрите, Нильс, — в руках у нее была книга. — Дерматолог — как там его звали?

— Йорген Васс?

Она улыбнулась:

— У вас хорошая память на имена.

— Я полицейский.

Она протянула ему книгу.

— Йорген Васс нашел для вас вот это. Там должна быть закладка в нужном месте. Он обещал зайти и осмотреть вас снова после Рождества.

Нильс взглянул на книгу. На черной кожаной обложке не было названия.

— По-моему, это какой-то справочник кожных болезней.

Из книги торчала маленькая желтая бумажка.

— Он хотел вам что-то показать.

Она продолжала говорить, но Нильс больше не слушал, все его внимание было поглощено старой черно-белой фотографией спины.

— Что это? — спросила медсестра, не пытаясь скрыть любопытство. — Татуировка?

Нильс не отвечал, на мгновение ему даже стало тяжело дышать. Спина на фотографии была как две капли воды похожа на спину Нильса. 36. Число 36 в бесчисленном количестве вариантов, выписанное с такой виртуозностью, что от рассматривания его сосало под ложечкой.

— Что-то не так?

Он продолжал сидеть, уставившись на фотографию.

— Нильс?

— Кто этот человек на снимке? — Нильс только сейчас пришел в себя настолько, чтобы разобрать подпись: «Пациент. Королевская больница. 1943. Синдром Ворнинга». — Он датчанин?

Нильс перелистывал толстую книгу. Ворнинг. Это фамилия? Есть ли там другие данные? В конце концов он вынужден был сдаться.

— Здесь больше ничего нет. — Он поднял глаза. — Откуда взялась эта книга?

— Ее принес дерматолог. Я не знаю, откуда она у него.

— Мне нужно узнать, откуда эта книга. И кто этот пациент. Мне нужно узнать все, что только возможно. Позвоните дерматологу и спросите у него.

— Сейчас Рождество.

— Я не могу ждать!

— Минутку. — Она взяла книгу из рук Нильса. Он хотел было запротестовать, но передумал.

Медсестра вышла и на ходу машинально выключила в палате свет. В темноте он думал о Ханне.

Свет.

Она стояла в дверях.

— Это я выключила свет? Извините. — Она подошла поближе. Нильс пытался снова овладеть своим дыханием.

— Вам плохо? Хотите воды?

— Вы дозвонились? — спросил Нильс, глядя на книгу в ее руках.

— Да. Он просил передать, чтобы вы не волновались, от такого не умирают, — она улыбнулась, и Нильс усомнился в том, что она вообще разговаривала с дерматологом. — Он зайдет после Рождества.

Она протянула ему книгу.

— Хотите еще почитать?

Нильс снова взглянул на фотографию, надеясь, что на этот раз он увидит на ней что-то другое. Худое тело, расставленные в стороны руки. Стоит перед камерой. Черно-белая фотография. Синдром Ворнинга. Может быть, Ворнинг — это фамилия пациента. Нильс почувствовал, что устал.

— Здесь в больнице есть архив?

— Да, конечно. Огромный.

— Вы там были?

— Дважды за пятнадцать лет. Но сейчас, во всяком случае, мы туда не пойдем, сейчас пора спать. И радоваться Рождеству. Правда, Нильс?

Она забрала у него книгу. Нильс продолжил:

— Этот человек на фотографии лежал тут в дерматологическом отделении. В Королевской больнице. Там так написано.

— Да, но мы даже не знаем его имени.

— Ворнинг. Синдром Ворнинга.

— Ворнинг может быть и врачом, который впервые его обнаружил.

Она укрыла одеялом его плечи, как заботливая мама.