Искупление - Дэвид Бальдаччи

– Первый раз, это когда я сидел у себя в номере. – Декер поглядел на Марса. – Помнишь, ты тогда заснул у меня на кровати? Я кое-как добрел до туалета. Потом выбрался на улицу под дождь. Думал… Думал, что реально не вынесу. И еще раз, после. – Он крепко стукнул себе сбоку по голове.

– Это случилось до твоего нынешнего приезда в город? – спросила Джеймисон.

– Я знаю, что ты сейчас скажешь, Алекс. Что нельзя жить прошлым.

– Знать – это одно. А что-то с этим делать – совсем другое.

Декер не ответил.

– Амос, – спросил Маркс, – что заставляет тебя сюда возвращаться? Я не о Берлингтоне, здесь все понятно. Но зачем возвращаться к дому, где все это произошло?

Мысленно Декер увидел себя, вдребезги усталого, вылезающего из машины после изнурительного дня на работе. Было уже около полуночи. В сущности, он уже несколько часов как должен был находиться дома. Но дело, над которым он работал, должно было вот-вот серьезно продвинуться, если над ним еще немного покорпеть. Он позвонил Кэсси и все ей рассказал. Та была не в восторге: ведь был запланирован выход на ужин с ее братом, который находился в городе проездом и остановился у них. Но Кэсси сказала, что все понимает. И знает, насколько для него важна работа над делами.

«Мое треклятое корпение».

Кэсси сказала, что выход можно перенести и на завтра. Брат остается у них ночевать, так что возможность совместного ужина еще не потеряна.

«Еще один шанс, которому не суждено было осуществиться».

Это были последние слова, которые Декер когда-либо слышал и говорил своей жене. В дом он вошел с намерением незаметно проскользнуть в постель, а наутро пригласить ее, Молли и своего шурина на завтрак. Эдакий сюрприз, в компенсацию упущенного вечера.

А за порогом притихшего дома его ждал кошмар.

И жизнь для него навсегда перестала быть прежней. Во всех без исключения смыслах.

И только суть была одна, во всей свой беспощадной ясности.

«Меня не было рядом, когда моя семья действительно во мне нуждалась. Я подвел их. Подвел сам себя. И я не знаю, как мне с этим жить. Смогу ли я».

– Амос? – осторожно окликнул Марс.

– Сюда я, наверное, возвращаюсь затем, – вымолвил Декер, – чтобы представить, как бы оно было… если б сложилось иначе.

Свет наверху, моргнув, погас. По какой-то причине это заставило Декера задвинуться еще глубже в нору, которую он себе мысленно вырыл.

В голове тяжко пульсировало. Мозг словно плавился.

Что-то или кто-то осторожно постучал в окно.

– Кого вы там еще притащили? – раздраженно буркнул Декер.

Джеймисон на своем сиденье словно застыла. В зеркальце машины ее оцепенелость словно копировал Марс.

Декер медленно повернул голову влево.

Там молчаливо стояла фигура.

А с той стороны стекла к его голове было приткнуто пистолетное дуло.

Взгляд направо открыл еще одну фигуру с пистолетом у стекла.

То же самое у двух задних дверей.

Водительская дверь рывком распахнулась, и от резкого удара по затылку Декер въехал лицом в руль.

Это было последнее, что осталось в памяти.