Ты боишься темноты? - Сидни Шелдон

Посмотрев на часы, она спохватилась и вскочила. Давно пора идти! Показ начинается через полчаса.

Через несколько минут она уже мчалась по коридору к лифту. В этот момент дверь соседней квартиры открылась, и из двери выкатилась мадам Жозетт Лапуан, маленький жизнерадостный колобок, у которого всегда находилось дружелюбное словечко для Келли.

— Доброе утро, мадам Харрис.

— Доброе утро, мадам Лапуан.

— Вы, как всегда, восхитительны.

— Спасибо, — кивнула Келли, нажав кнопку вызова лифта.

В двух шагах от них коренастый мужчина в рабочем комбинезоне проверял проводку. Мельком взглянув на женщин, он тут же отвел глаза.

— Как модельный бизнес? — осведомилась мадам Лапуан.

— Спасибо, неплохо.

— Обязательно приду как-нибудь на ваш показ.

— С радостью оставлю для вас билеты. Только предупредите.

Прибыл лифт, и, едва женщины вошли в кабину, мужчина в комбинезоне вынул маленькую рацию, что-то торопливо проговорил в нее и поспешно ушел.

Двери лифта стали медленно сдвигаться, и тут в квартире Келли раздался телефонный звонок. Келли колебалась. Конечно, нужно бы спешить, но вдруг это Марк!

— Поезжайте, я сейчас, — бросила она мадам Лапуан и, выскочив из лифта, стала рыться в сумочке. Нашла ключ, отперла дверь и бросилась к телефону.

— Марк?

— Нанетт? — прозвучал незнакомый голос. Келли разочарованно вздохнула:

— Извините, вы не туда попали. Здесь таких нет.

— Простите, ошибся номером.

Ошибся номером.

Келли медленно положила трубку, и в этот момент оглушительный взрыв сотряс здание. Воздух наполнился отчаянными воплями и возбужденным гомоном. Келли в ужасе метнулась в коридор узнать, что случилось. Внизу творилось нечто неописуемое. Келли сбежала по лестнице и очутилась в вестибюле. Крики доносились из подвала.

Келли осторожно спустилась туда и потрясенно отшатнулась, увидев разбитую кабину лифта и изуродованное до неузнаваемости тело мадам Лапуан. Келли пошатнулась, теряя сознание, и едва не упала. Бедная женщина! Только сейчас она была жива и здорова, и вот… И она, Келли, могла лежать рядом с ней! Если бы не звонок…

Вокруг уже собралась целая толпа, и откуда-то издалека доносился вой сирен. Келли виновато подумала, что ей следовало бы остаться, но время не ждет. Показ вот-вот начнется.

— Мне так жаль, мадам Лапуан, — прошептала она, глядя на труп.

Не успела Келли войти в дверь Дома мод, как на нее набросился изнервничавшийся Пьер, координатор показа.

— Келли! Келли! Опаздываешь! Показ уже начался, и…

— Прости, Пьер. Я не могла раньше. Несчастный случай…

— Что? Ты пострадала? — ахнул молодой человек.

— Нет.

Келли на мгновение прикрыла глаза. Мысль о работе после того, что случилось только сейчас, вызывала тошноту. Но какой у нее выход?!

— Скорее, — умолял Пьер. — Vite![4]

Келли направилась в костюмерную.

Самый престижный показ мод этого года проводился в знаменитом доме моды «Шанель» на рю Камбон, 31. Все передние ряды занимали папарацци. Свободных мест в зале не было. В самой глубине сгрудились те, кому не хватило кресел. Люди жаждали увидеть самые новые модели сезона. Зал был декорирован цветами и драпировками, но никто не обращал внимания на обстановку. Центр притяжения сосредоточился на длинном подиуме, именуемом на профессиональном жаргоне «языком»: непрерывный поток красок, демонстрация красоты и стиля. Где-то на заднем фоне тихо играла музыка: медленный, чувственный ритм, сопровождавший и подчеркивавший каждое движение девушек. Из динамика несся голос комментатора, дававшего краткие описания каждой модели.

Изящная брюнетка азиатского типа демонстрировала атласный, сшитый вручную жакет, креп-жоржетовые брюки и белую блузку, худенькая блондинка — черную кашемировую водолазку и белые полотняные карго[5], высокая рыжеволосая особа — черную кожаную куртку и черные чесучовые брюки с белой трикотажной рубашкой.

Французская модель показала розовый жакет из ангоры на трех пуговицах, розовую вязаную водолазку и черные брюки с манжетами. Шведская — синий пиджак из мягкой шерсти и лиловую блузку из шармеза[6]…

Наконец наступил момент, которого ждали все. Шведка удалилась, и подиум опустел.

— А теперь, — объявил комментатор, — поскольку пляжный сезон вот-вот начнется, мы представляем нашу новую линию одежды для отдыха.

По залу пронесся взволнованный шепоток, и на самом пике всеобщего возбуждения появилась Келли в белом бикини — едва прикрывавшем высокую грудь лифчике и подчеркивавших красоту бедер трусиках. Пока она медленно плыла по подиуму, взгляды всех присутствующих были прикованы к ней. Затем тишину разорвала нарастающая волна аплодисментов. Келли признательно улыбнулась, обошла подиум и исчезла.

За кулисами ее ожидали двое мужчин.

— Мадам Харрис, не могли бы вы уделить нам минуту?

— Извините, — вздохнула Келли, — но мне нужно срочно переодеться.

Но отойти ей не дали.

— Подождите, мадам! Мы из полиции. Я старший инспектор Дюн, а это инспектор Стену. Нам нужно срочно поговорить с вами.

Келли остановилась.

— Полиция? А в чем дело?

— Ведь вы мадам Харрис, не так ли?

— Д-да, — насторожилась Келли. Ей отчего-то стало не по себе.

— К сожалению, мадам, должен сообщить, что ваш муж погиб вчера ночью.

У Келли мгновенно пересохло в горле.

— Мой муж? Но как?

— Очевидно, покончил с собой.

В ушах Келли стоял непрерывный рев. Голова кружилась так, что слова старшего инспектора едва до нее доносились.

— Эйфелева башня… полночь… записка… очень сожалеем… глубочайшее сочувствие…

Слова пролетали мимо, как нечто нереальное. Просто отдельные, несвязные, бессмысленные звуки.

— Мадам…

В этот уик-энд, солнышко, оденься понаряднее. Вот увидишь, тебе понравится там, куда мы поедем.

— Это… это какая-то ошибка, — выдавила Келли. — Марк ни за что бы…

— Мне очень жаль, — вздохнул старший инспектор, пристально глядя на Келли. — С вами все в порядке, мадам?

— Да.

Если не считать того, что моя жизнь закончилась.