Message: Чусовая - Алексей Иванов

Бурлаки-утчане славились по всей Чусовой своей лихостью и сметкой. Мамин-Сибиряк в очерке «В камнях» описывал двух таких бурлаков: «Опытный глаз сразу отличил бы, что Васька и Рыбаков — утчане, т. е. с Межевой Утки, в которой живут лучшие бурлаки. Они и держались не так, как другие, — с сознанием собственного достоинства, с оттенком презрительного спокойствия».

Д. Н. Мамин-Сибиряк учился в школе в Усть-Утке. (Здание школы ещё сохранилось.) Отсюда с караваном он уплыл в Пермь, чтобы продолжить обучение в губернском городе. В очерке «Бойцы» Мамин-Сибиряк подробно описал Усть-Утку: «…раскинулась на крутом правом берегу Чусовой красивым рядом бревенчатых изб, а пониже видна была гавань с караванной конторой и магазинами… Два-три дома в два этажа с мезонинами и зелёными крышами выделялись из общей массы мужицких построек, очевидно это были купеческие хоромины». В Усть-Утке была и деревянная часовня. (В очерке «Бойцы» Мамин-Сибиряк почему-то назвал Усть-Утку и реку Межевую Утку «Каменками».)

Мамин-Сибиряк, не называя, описал и деревню Баронскую на правом берегу Межевой Утки напротив Усть-Утки: «За рекой Каменкой, на низком отлогом берегу, приткнулась маленькая деревушка, точно она сейчас вылезла из воды своими двумя десятками избушек и теперь сушится на солнечном пригреве».

О пристани Усть-Утка в «Бойцах» сказано: «Из окна открывался широкий вид на реку и собственно на пристань, то есть гавань, где строились и грузились барки, на шлюз, через который барки выплывали в Чусовую, лесопильню, приютившуюся сейчас под угором… и на красовавшуюся вдали двухэтажную караванную контору, построенную на самом юру, на стрелке между Каменкой и Чусовой. Гавань устроена, вероятно, из островка или песчаной косы, которая образовалась в самом устье Каменки; нижняя часть этой косы была соединена с крутым берегом, на котором раскинулась пристань с широкой плотиной. Берега гавани всплошную обставлены деревянными магазинами для склада металлов, строившимися и совсем готовыми барками; везде валялись брёвна, сложенные в желтые квадраты, свежий тёс, обломки сгнивших барок, кучи пакли, козла и платформы спущенных в гавань барок. Несколько огней, около которых варили смолу для барок, дополняли картину».

С прекращением сплава Усть-Утка потеряла своё значение. Был спущен пруд; почти никаких следов, кроме насыпей, не осталось от плотины и построек. Местные жители работали в колхозе, на участке леспромхоза, в подсобном хозяйстве НТМК (Нижнетагильского металлургического комбината). Возле села появилась турбаза «Кедр».

Сейчас в Усть-Утке стоит более сотни домов, хотя значительная часть населения — пенсионеры. Местные жители работают на лесоучастке Висимского леспромхоза. В 2000 году какие-то предприниматели выкупили подсобное хозяйство НТМК и планируют разводить коров, сеять рожь, а заодно проложить дорогу и построить церковь — да что-то мало заметны плоды их трудов. В селе есть магазин, почта, больница, ветеринарный пункт, школа-девятилетка. Дважды в неделю в Висимо-Уткинск ходит автобус (22 км от Усть-Утки). В общем-то, пока в Усть-Утке сохранилось всё, что нужно для жизни — хоть и трудной, но сносной. Всё, кроме самого главного: перспективы.

В Усть-Утке из всех вымирающих деревень яснее всего ощущается её сплавное, пристанское прошлое. Но это прошлое с каким-то непонятным пренебрежением словно вырвано из жизни села, и село медленно умирает, теряет себя, словно человек, лишившийся памяти. Последняя надежда на оживление — превращение села в музей, в туристский центр. Но пока дальше провозглашения музея дело не идёт.

* * *

В «крепостное» время пристань числилась за горным округом, который она обслуживала, и принадлежала, соответственно, хозяину округа, хотя территориально могла отстоять от округа очень далеко. После реформы 1861 года ситуация изменилась. Многие пристани акционировались, отделились от округа и превратились в самостоятельные предприятия.

Всего на Чусовой было 17 пристаней. Несложно их перечислить сверху вниз — словно прочитать оглавление реки, словно провести пальцем по клавишам старинного рояля. Лишь одна клавиша запала, затерялась где-то в разночтениях истории.

Местонахождение семнадцатой пристани неясно. Возможно, она была в селе Камасино (некая пристань в Камасино упомянута Маминым-Сибиряком в очерке «Бойцы»). А возможно, что она была в деревне Крыласово у камня Верхний Зайчик на верхней Чусовой. О ней в своём путеводителе 1936 года говорит Ф. Опарин: «В конце деревни раньше была так называемая „купеческая" пристань, с которой сплавлялись купеческие караваны». Есть и ещё одно указание на малоизвестную пристань в низовьях Чусовой — Усть-Долговскую. Эту пристань в книге «Уральская железная промышленность» (1899) упоминает и Д. Менделеев, и его спутник С. Вуколов: «Выработанное железо везётся на ст. Лысьва или на Усть-Долговскую пристань на р. Чусовой, для дальнейшего сплава весной».