Шарлотт-стрит - Дэнни Уоллес

— Ну, я примерно так и начал, но добавил кое-что свое. Кое-какой собственный опыт, случаи из жизни.

— Мистер Коул просто рассказывал про «Арсенал».

— Я слышал.

— Надо поблагодарить и мистера Уиллиса — он сказал, что предложить тебе произнести речь было именно его идеей.

— О…

— И Дипу Дисти. Ты знаешь ее.

Я кивнул. Она училась в выпускном классе.

— Она сказала инспектору, что такие вещи вселяют в нее надежду.

Черт. Я представляю, как она это сказала, томно закатывая влажные от поволоки глаза. Дипа постоянно говорила, что если с университетом у нее не выйдет, то она попробуется на роль в бесконечном сериале «Холлиокс». Да, она улучшила мой имидж. Но не без мыльного осадка.

— Инспектора зовут Таня Майерс. Она просила тебе передать, что у тебя есть тезка-актер.

— Правда? Я и не знал.

— Она хотела поговорить с тобой после линейки, но тебя уже не было.

— Понимаете, мой лучший друг попал под машину.

— О, — только и смогла сказать миссис Эберкромби. Она такого не ожидала и сейчас думала, как же ей отреагировать. Честно говоря, мне следовало быть немного помягче, но я и сам был слегка ошарашен всем происходящим.

— В любом случае перезвони ей, пожалуйста.

Она вручила мне визитку.

Несколько дней спустя вечером мы стояли возле «Берлоги», и машины, шурша шинами по влажному асфальту, проносились мимо нас по Каледониан-роуд. Группка детей на балконе муниципального дома напротив пыталась поймать в ладони дождь, чтобы плеснуть водой друг в друга.

Памела прикатила сюда инвалидное кресло Дэва, так чтобы мы все могли попрощаться с магазином. У меня было чувство, что это правильно. Дэв свернул самокрутку, прижался к стене паба и посмотрел на меня.

— Я знаю, друг, что мы тут не для того, чтобы просить прощения, — начал он. — Но прости меня. Я хотел, чтобы магазин продолжал существовать, потому что он был моей мечтой, но однажды я посмотрел на все это и подумал, что, наверное, мне стоит подыскать другую мечту, понимаешь? Надо было тебе сказать, но я подумал только о себе и решил: не важно, мы переедем куда-нибудь в другое место. Я дурак и эгоист. Я забыл, что это был и твой дом. Я чувствовал себя отцом, не желавшим беспокоить ребенка.

— Все нормально, — ответил я. — Мне нужен был хороший пинок под задницу. Мне надо было идти дальше. Если бы этого не случилось, мы бы так и прожили вместе всю жизнь.

— Это было бы здорово.

— Это было бы странно.

— И… про то, что я тогда еще тебе наговорил… Про девушку.

— Шону?

Дэв непонимающе уставился на меня.

— Что это за слово? Что значит «Шона»?

— Это шотландская форма имени Джоан. А кроме того, название племени и языка в Зимбабве. Но продолжай. Что там про девушку?

— Ну, я хочу сказать, что тогда не совсем думал, что говорю… Стой, так что там ты говорил про Шону?

— Ее зовут Шона.

Я поднял брови, кивнул, пожал плечами. Дэву потребовалось время, чтобы осознать сказанное, но на его лице заиграла улыбка, и он попытался хлопнуть меня по плечу, что с инвалидного кресла было не так-то легко сделать.

— Ты узнал ее имя? Как ты узнал ее имя?

— И угадай, какая у нее машина.

— Не может быть!

— Кстати, я один раз видел ее. На Поланд-стрит.

— Ты видел ее? Парень, это судьба!

Я рассмеялся.

— Пошли выпьем.

— Нет! Джейс! Перестань! Все на это указывает!

— Дэв, — твердо сказал я, — думаю, мне надо работать с тем, что у меня есть, и перестать гоняться за тем, чего нет. Я хочу помочь свершиться изменениям. Разве я не прав?

Он задумался. Я знаю, что ему хотелось поговорить со мной. А еще я знаю, что мы с ним миновали самый трудный этап.

— Пора идти, — напомнил я. — А то опоздаем.

Написанное мелом на доске объявление перед «Головой королевы» виднелось издалека.

Живая музыка.

Эбби Грант.

Следите за ней — «Брайтон Аргус».

Молодец, Эбби.

Мэтт уладил все со своим начальником Джерри, но сегодня четверг, и он был в панике.

— Мне разрешили это сделать только потому, что сегодня четверг, а по четвергам у нас почти никого нет — все идут к «Брауну» дальше по улице. Я добыл из колледжа звуковое оборудование и свет, но что, если никто не придет?

Но публика собралась. Я сделал так, чтобы она собралась. Я звонил. Я отправлял сообщения. Терзал «Фейсбук». На этот вечер я стал промоутером.

Я и Дэв, разумеется. Памела и пара ее подруг за столиком в углу. Павел, Томаш и Марцин со своими лодыжками.

Зои пришла, поприветствовав меня фразой: «Наконец-то я увижу, заслуживает ли она пяти звезд!» — и следом за ней Клем, Джо и Сэм. Им только что сообщили, что «Лондонские новости» закрывается в конце месяца, но им выплатят достаточно отступных, чтобы продержаться несколько недель, и, кроме того, пообещали предоставить другие должности в компании.

— Мы неплохо устроились, — прокомментировал это Клем, — немного отдохнем.

— Как твои выступления?

— Я решил с этим покончить. Был один случай… Я подозреваю, что среди судей новогоднего конкурса новичков «Хахамагеддон» существует отвратительный заговор.

Я не стал его расспрашивать.

И наконец, главное событие вечера. В дверь, держась за руки, вошли Сара и Гэри.

— Не могу поверить в то, что ты пришла.

— Я и не собиралась, — ответила Сара, и я увидел, что Гэри сжал ее руку. — Мы не собирались. Но потом я поняла, что все наши встречи в последнее время были достаточно напряженными. Как будто мы постоянно пытались высказать друг другу все накопившееся. И я подумала, что неплохо было вместе провести время как-нибудь… как нормальные люди. Как друзья. Посмотреть концерт например. И если судить по количеству напоминаний, разосланных тобой через «Фейсбук», ты в восторге от этой девушки… Кто она?

Сара заставила меня подождать, как же без этого. Пару дней она не отвечала, хотя я знал, что она постоянно в онлайне и что мой запрос она увидела, как только я его послал.

«Джейсон Пристли желает добавить вас в друзья…»

Наконец она нажала «да». Даровала мне прощение щелчком мышки.

— Привет, приятель, — холодно поприветствовал меня Гэри, — ты неплохо прикололся, да.

— Гэри, я…

— Нет-нет, я все понимаю. Студенческие приколы, все такое. Хотел оживить скучную вечеринку. Я понимаю. Ты под кайфом?