Шарлотт-стрит - Дэнни Уоллес

— Ага. В ногу. Вот в эту, — показал он на свой гипс. — И мы пропустили этот чертов «Золотой джойстик». — Дэв покачал головой. — Вот трагедия, почему-то всеми замалчиваемая. Медсестрам нет никакого дела. Чертова система здравоохранения.

— Сходим в следующем году.

— Может, успели бы на вечеринку?

— Друг, ты только что сломал ногу. И что-то мне кажется, что тебе вкатили лошадиную дозу морфия.

— Да! — кивнул он, — и мне никогда не было так хорошо. Надо бы прикупить домой немного. Эбби может приготовить омлет с ним. Интересно, кто взял первый приз?

Я оценил ситуацию.

— Наверное, нам надо дать тебе отдохнуть, — решил я, и Чарлз кивнул так, будто я был гением в медицине и курьер вот-вот должен был доставить мне мой диплом.

— Тебя подвезти, Памела?

— Я останусь, — сказала она, и Дэв попытался незаметно подмигнуть мне.

Я, измученный, но счастливый, пошел к выходу, но у двери обернулся:

— Ты знаешь, что это значит, Дэв?

— Да, сэр. Теперь мне понадобится круглосуточный уход.

— Это значит, что ты совершил поступок, Дэв.

Он склонил голову набок.

— Тебе предоставился шанс, и ты им воспользовался.

Домой я вернулся разбитым — ведь я едва не потерял Дэва. Люди, окружающие тебя, становятся частью твоей личности. Вы разделяете общие воспоминания. Зачастую они наравне с тобой определяют твою жизнь. Теряя кого-то из них, ты теряешь часть себя.

Я сел за компьютер и попробовал написать письмо. Выразить в словах то, что чувствую. Мне хотелось попросить прощения за все, сказать, что я бесконечно виноват, и пообещать кое-что, вернуть ее в свою жизнь, пусть даже и в качестве только друга.

Но сказать требовалось слишком много.

Поэтому я зашел на «Фейсбук» и послал Саре запрос на добавление в круг друзей.

Я надеялся, что этим я сказал все, что хотел.

«Поварихе не обязательно быть красавицей».

Пословица племени шона, Зимбабве

Спасибо за забавные комментарии.

Я знаю, что рассказала вам не слишком много. Названия мест, события и да, имена — этого от меня не дождешься… И простите, но я пока не могу сказать, в чем заключается мой план.

Впрочем, если вы читали меня с самого начала, то вполне могли догадаться.

Сегодня утром я сидела в автобусе и думала об этом. Впереди была какая-то авария: там стояла «скорая», полиция, — думаю, кто-то разбился на мотоцикле. Проклятые зеваки выворачивали шеи, чтобы хоть что-то увидеть. Я постепенно прихожу к выводу, что мне надо перестать цепляться за то, что прошло, и начать жить настоящим.

Как бы вы сказали: использовать каждый момент? Звучит странно, но именно это я и имею в виду.

Кстати, какой-то мужчина пытался завести знакомство со мной в автобусе. Он сидел совсем рядом и иногда задевал мою руку, чтобы иметь возможность извиниться и сказать: «Ой, вы тоже почувствовали? Между нами проскочила искра!»

Мое теперешнее состояние ума хорошо иллюстрирует то, что единственной моей мыслью было: «Надеюсь, я ничего при этом не подхвачу».

Думаю, мое выражение лица заставило его оборвать все попытки познакомиться, потому что остаток пути он молчал. Странно, но меня это немного расстроило.

Я еще раз поговорила с менеджером по персоналу насчет своей идеи.

Мама всегда хвалила меня за практичность. Отец предпочитал ту часть меня, которая готова рисковать.

Знаете, после того, что случилось в этом году… после смерти папы, после «него»… на самом деле я не затаила обиду на «него». На самом деле мне сейчас кажется, что эта история сделала меня сильнее. Не будь того, что случилось, не будь этого года, я бы сейчас не размышляла о том, как изменить свою жизнь.

«Ты можешь сломаться или согнуться».

Сегодня, выходя из автобуса недалеко от Шарлотт-стрит, я вспомнила про фотоаппарат. Напечатала бы я эту пленку с воспоминаниями? Да. В момент слабости. Но мне нравится думать, что, может быть, мне хватило бы сил этого не делать.

Это год, когда я должна сделать выбор. Но сделаю ли я его?

Может быть, у меня такое настроение из-за выходных, но если я его все-таки сделаю, то, обещаю, расскажу вам больше о себе. Хорошо? Вы это заслужили. А еще я раскрою одну довольно постыдную тайну в качестве наказания себе за излишнюю скрытность.

И может быть, я даже скажу вам, как меня зовут.