Мужские игры - Семен Данилюк

- А о его жизни вы не думаете?

- Так сами ж говорили - его жизнь в институте. Вот я его и принёс. Майя Павловна, поймите, это очень важно.

- Майя Павловна, дорогушечка, вот увидите, он обрадуется!

- Да. И с радости этой, не дай Бог...Что тогда?

- Тогда плохо, - согласился Забелин. - А только если завтра он узнает, что мог вернуть институт, а ему не дали? Как тогда?

Майя Павловна заколебалась, нерешительно посмотрела на Наталью, которая молитвенно сложила руки, кивая при этом головой.

- Попробую поговорить, - решилась Майя Павловна. - Скажу только, что у вас хорошие новости. Но придётся подождать. Пока разбужу.

- Мы подождём, - заверила Наташа.

- Да нет, будить-то все равно пора, - она пересекла коридор и тихонько просочилась в палату напротив.

- Совсем сдала, - констатировал Забелин.

- Сдашь тут. А ты, Алёшка, ну, просто тупица какой-то. И с Мельгуновым так мямлить будешь? Так он и впрямь, прежде чем дослушает, отойдет... не дай Бог, тьфу-тьфу!

- Заходите! Оказывается, не спит, - Майя Павловна распахнула дверь одноместной палаты.

- С Богом! - Забелин сделал два глубоких выдоха, на пару секунд задержал дыхание.

Мельгунов лежал лицом к двери. Редкие волосы слиплись над осунувшимся пожелтевшим лицом.

Медленно размежил он набрякшие веки, без выражения осмотрел вошедших. Игнорируя Забелина, остановился на беспрерывно кивающей с неестественной улыбкой Наталье:

- Чего у тебя? Тик?.. Живой, как видишь, пока. Несмотря на все ваши старания.

- Юрий Игнатьевич, миленький!

- В институте что?

- Так все любят, ждут, желают скорейшего...

- Эти уже появились?

- Они не появятся, Юрий Игнатьевич, - вмешался Забелин. - Они больше не появятся.

- Да? С чего бы?

- А нечего им в чужих владеньях непрошенными болтаться.

В лице Мельгунова отразилось беспокойство.

- Что ещё надумал? - прохрипел он.

- Говори же, говори! - потребовала Наталья. - Юрий Игнатьевич, у нас радость. Ну же!

Забелин подсел на кровать, расстегнул папку.

- Юрий Игнатьевич, нам удалось собрать все институтские акции. Это договоры, по которым они перейдут в полное распоряжение вашей компании "Профит". Осталось только их подписать.

Мельгунов непонимающе перевёл глаза на Наталью.

- Всё хорошо, всё хорошо, Юрий Игнатьевич! - оглаживая успокоительно его руку, залопотала та. - Всё теперь хорошо.

- Вы простите, Юрий Игнатьевич, что за вашей спиной, - Забелин покаянно склонил шею. - Но вы б никогда не разрешили. - Не разрешил бы. Но - банк? Потом этот ваш...

- Не будет больше в претендентах ни моего банка, ни Онлиевского. Только сам институт. - И почему вдруг?

- Чтоб катафалк не заказывать, - Забелин засмеялся. - Давайте пока без деталей. Подробней расскажу, когда поправитесь. Сейчас важно одно - институт больше не продается.

Он решился посмотреть на лежащего, который в свою очередь пристально вглядывался в него, будто пытаясь добраться аж до подкорки. - В этот раз не врешь?

-- Чтоб я сдох, - поклялся Забелин. Мельгунов пожевал губами:

- Тогда вот что, Алексей. Мне уж институт, пожалуй, не потянуть. Так что - принимай бразды. Права, какие нужны, подготовь, я подпишу.

- А всё готово, - Забелин вновь полез в заветную папку. - На время вашего отсутствия.

- Ишь ты, предусмотрительный, - с прежней язвительностью отреагировал Мельгунов. - Всё за меня заранее решил. И дальше так собираешься?

- Если только для пользы дела.

- Поближе наклонись, - Мельгунов положил руку на его запястье. - Говорить трудно. Но - я рад. Так стыдно, оказывается, дураком помирать.

* * *

Забелин поглядывал на последних членов своей немногочисленной команды: Подлесный с начисто стертыми с лица эмоциями, что, как теперь знал Забелин, соответствовало высшей степени взвинченности, косящийся на лежащий сбоку "Спорт-Экспресс" Дерясин, Астахов, невозмутимо обсчитывающий что-то на калькуляторе. - М-да, немного нас осталось. - Забелин вернулся за общий стол. - Будем подводить грустные итоги. Цели поставленной мы достигли - квалифицированный контроль над "Техинформом" установлен. С чем вроде бы можно и поздравить. Но только поздравлять мне вас не с чем. Данное обещание - заплатить каждому - я сегодня выполнить не могу. Нет у меня на это денег! Получается, обманул я вас.

В тишине стало слышно, как жмут на кнопки калькулятора тяжелые пальцы.

- Вчера посетил в больнице Мельгунова. В общем, ухожу в институт Генеральным директором. Сам он остается председателем Совета директоров. Буду пытаться поднять.

- Стрёмно это, - пробурчал Подлесный, - за время работы в банке он незаметно пропитался местным сленгом.

- Да, непросто. Но и другого не вижу. Если кто хочет со мной, приглашаю. Ну, и при всех раскладах, - Забелин подметил, что произнес расхожую фразочку страстного преферансиста Флоровского, который со дня визита к Второву не давал о себе знать, - задолженность фиксируем за мной. Не знаю, правда, когда смогу отдать, сначала надо институт раскрутить.

- Когда сможете, тогда и сможете. И думать мне тут нечего. - Астахов отвлекся от калькулятора. - Я и сейчас финансовый директор "Техинформа". Так что если не погоните...А ты что, чекист, отмалчиваешься? Вместе же решали.

- Мне сначала надо с Алексеем Павловичем переговорить.

Подлесный скупым движением, как обычно, дал понять Забелину, что имеет сообщить что-то наедине.

Тот кивнул. Поглядел с некоторым недоумением на мнущегося Дерясина.

Андрей поднялся.

- Алексей Павлович, разрешите остаться в банке, - выдавил он при установившемся обескураженном молчании.

- В банке? - недоверчиво повторил Забелин. - Но там сейчас все больше центробежные тенденции. А уж после того, как Второв дезертировал, так и вовсе махновщина пошла: каждый норовит ухватить, что успеет.

- Тоже хочешь поучаствовать? - подколол Подлесный. - Хочу, - огрызнулся Дерясин. - Потому и прошусь. Алексей Павлович, тут такое дело. Ко мне на днях Игорь Кичуй подъехал...А что, у нас с ним все нормально, - ответил он на незаданный вопрос. - Он схему придумал, как банк вытащить. Хотел, чтоб я обсчитал. Посидели мы. Проходит схемка, Алексей Павлович. Если только прямо сейчас крепко встать, то - как бы сдюжим. В общем вчера доложили Иван Васильевичу. Он как бы отмашку дал. Я Вам сразу хотел, но Вы-то эти дни заняты были.

Андрей свел брови: