Безумно богатые азиаты - Кевин Кван

У южного побережья Сингапура

Ровно в девять часов участников свадебного бала отвели в огромный банкетный зал, окруженный тропическим лесом. Вдоль южных стен тянулись арочные проходы, которые вели к напоминающим гроты нишам, а изогнутая северная стена состояла из стеклянной завесы, выходившей на искусственную лагуну, и драматического водопада, падающего на покрытые мхом валуны. По всему краю лагуны множество экзотических цветов и растений словно переливались всеми красками радуги.

– Они построили это специально для свадебного банкета? – поразилась Кэрол Тай.

– Нет, лах! У этих Ли только бизнес на уме. Это сооружение станет центром нового экокурорта класса люкс, который они открывают. Называется Пулау-Самсара, – ответил муж.

– То есть они попробуют втюхать нам бунгало после того, как подадут свадебный торт? – хмыкнула Лорена Лим.

– Можно, конечно, дать острову новое, модное имя, но, вообще-то, этот остров раньше назывался Пулау-Ханту, то есть Остров призраков. Это был один из отдаленных островов, куда японские солдаты отвозили всех молодых трудоспособных китайцев во время Второй мировой войны и расстреливали. Он населен призраками погибших на войне, – прошептала Дейзи Фу.

– Аламак, Дейзи, если ты действительно веришь в Господа, то не надо верить во всяких там духов, – сказала Кэрол.

– Ну а как насчет Святого Духа, Кэрол? – ответила Дейзи.

* * *

Через несколько минут после того, как Рейчел и Ник уселись, ужин начался с военной точностью: появился батальон официантов с блестящими подносами, закрытыми святящимися крышками. На тисненой карте меню значилось, что первое блюдо – консоме из гигантских южных морских гребешков с пара́ми женьшеня из штата Вашингтон^[170] и черными грибами, – однако Рейчел не была уверена, что нужно делать, когда официант в белых перчатках снял мерцающую крышку с тарелки. Перед Рейчел лежало нечто похожее на розоватый пупырчатый пузырь. Он слегка колыхался.

– Как к этому подступиться? – спросила Рейчел.

– Просто лопни его! – подбадривал Ник.

Рейчел посмотрела на него и хихикнула:

– Я боюсь, что оттуда вылезет какое-нибудь инопланетное существо.

– Отодвинься, я тебе покажу, – предложил Мехмет, который сидел справа от нее.

– Нет-нет, я сама, – расхрабрилась Рейчел.

Она уколола пузырь вилкой, и он сразу же сдулся, выпустив в воздух едкий запах, напоминающий запах лекарства. Когда розовая мембрана коснулась поверхности бульона, образовался мраморный узор. Теперь Рейчел увидела огромный вареный гребешок в середине чаши и обжаренные черные грибы, искусно расположенные вокруг него, как солнечные лучи.

– Хм… Я так понимаю, пузырь был из женьшеня, – сказал Мехмет. – Блюда молекулярной кухни – всегда загадка, тем более когда речь идет о молекулярной кухне Юго-Восточной Азии. Еще раз – как зовут этого кулинарного гения?

– Я точно не помню, но якобы он стажировался у Чан Янтака^[171], прежде чем пойти учиться в «Эль-Булли»^[172], – ответил Ник. – Это действительно довольно вкусно, однако, судя по выражению лица моей мамы, у нее припадок.

Через четыре стола от них Элинор багровела, становясь такого же оттенка, как болеро с коралловыми бусинами, которое она надела поверх плиссированного платья от Мариано Фортуни, но суп здесь был ни при чем. Она была в шоке с тех пор, как увидела Рейчел на набережной в сапфировой бархотке великой княгини Зои. Неужели ее вечно недовольная свекровь действительно одолжила украшение Рейчел? Или, что еще более немыслимо, подарила? Какие ритуалы черной магии творила Рейчел в Тайерсаль-парке?