Дитя клевера - Аманда Проуз

– Но ведь я не люблю его! – сказала она как-то раз матери, имея в виду Уолли.

Для Дот сама мысль о том, что можно выходить замуж без любви, казалась кощунственной. Разве так можно? Но оказывается, ее родители вполне серьезно полагали, что так можно и даже нужно.

Она вспомнила лицо матери в этот момент. Джоан презрительно сморщила носик и бросила небрежным тоном, словно все эти сантименты, озвученные только что ее дочерью, не просто вредоносны, но и глупы:

– Любовь? А при чем здесь любовь? С чего ты вбила себе в голову, что любовь – это главное в жизни? Нет, моя дорогая! Вынуждена тебя разочаровать! Это не так! Любовь бывает в кино, а в жизни – это крохотная искорка: вспыхнет и тут же погаснет. Главное другое: уверенность в завтрашнем дне, крыша над головой, полный желудок. Вот это, доченька, и есть реальная жизнь, а не те сказки, которые ты сама себе напридумывала. Все эти цветочки, конфетки, первые объятия и поцелуи – все это пустое! Проходит и забывается… Да, у нас с твоим отцом получилось не так, как у других. Но наш брак, можно сказать, что по любви, – это скорее исключение из правил, чем само правило. Мы с самого начала оба знали, чего хотим и чего ждем друг от друга. И не разочаровались в своем выборе. У тебя в жизни сложилось все как сложилось… Этот твой роман… Как говорится, погуляли, и хватит!

– У нас было намного больше, чем просто «погуляли»! – возразила Дот.

Ей хотелось рассказать матери, какое неописуемое счастье она испытывала в те мгновения, когда просто смотрела на лицо Сола. А какая волна радости накрывала ее лишь потому, что ее рука лежала в его руке! Так они всегда прощались перед тем, как Дот отправлялась домой. Но она предпочла промолчать, зная, что у нее, во-первых, не хватит духу начать делиться с матерью такими интимными подробностями, а во-вторых, едва ли та поймет ее.

– Говоришь, намного больше? – саркастически бросила в ответ Джоан. – Ты сама-то в это веришь, Дот? И где она сейчас, эта твоя неземная любовь? Тебе сказать? Или без слов понятно?

Дот не сомневалась: в случае чего, мать скажет и не постесняется в выражениях.

– Так вот! Ты получила кучу проблем, полностью расшатала свои нервы, да и нам с отцом устроила такую встряску, будь здоров! И ради чего? Что в сухом остатке? Одни сожаления и печаль! Эта твоя любовь едва не разрушила тебе жизнь и едва не погубила всю нашу семью. Нет, дочь! Мы во всем потакали тебе, если ты помнишь. Шли у тебя на поводу, но ничего путного, как видишь, из этого не вышло. А потому сейчас тебе придется делать то, что велят. А мы с папой велим тебе выходить замуж за Уолли! И на этом точка!

Дот понуро кивнула головой. Конечно, так проще. Она выйдет замуж за Уолли Дея, состарится и умрет. А какие у нее еще есть варианты?

Неожиданно отец отложил в сторону газету и тоже вставил свое словечко:

– И чтобы тебе было все предельно ясно, скажу так! Или ты выходишь замуж за Уолли, или в течение трех недель изволь собрать свои шмотки и выметайся вон из моего дома. Хоть на улицу, хоть в Темзу с головой… Куда хочешь! Твой выбор!

– Как приятно, папа, услышать от тебя слово поддержки и участия! Ты, как всегда, все понимаешь правильно!

– И не смей подшучивать надо мной! Я все сказал! Сама теперь думай, в какую сторону тебе податься. Рад, что мы наконец поговорили начистоту! Давно пора было… Тебе еще повезло, что ты приглянулась такому приличному парню, как Уолли… И что мы не выгнали тебя из дома после всего, что ты натворила… И дело даже не в том, что ты там натворила! Беда, что ты так ничего и не поняла! Ни тени раскаяния, ни малейшего желания повиниться и попросить у нас прощения. Так вот, знай, что если бы не твоя мать, то я давно бы выпер тебя из своего дома. Духу бы тут твоего не было!

«О, вот в этом я ни капельки не сомневаюсь», – подумала Дот.

– Но тебе еще повезло с нами. Очень повезло! Мы как могли все же старались устроить твое будущее. И на наше счастье нашелся парень, который хочет взять тебя в жены. Между прочим, в дни моей молодости таких шалав, как ты, сразу же выбрасывали на помойку… на свалку…

Отца даже передернуло от отвращения.

– Что-то я не чувствую себя очень уж везучей!

– А кто виноват? – колко бросила мать, скрестив руки на груди и недовольно поджав губы.