Звезды, души и облака - Татьяна Шипошина

Нет, это был не конец. Шурочка не умерла. Она проснулась. Она лежала на своей кровати, устремив глаза в потолок, и не знала, что делать. Оставалось только одно — жить дальше и ждать ломки. Или…

Или? Нет!

Шурочка ещё немного пожила. Посуществовала. У неё ещё было немного времени, пока её не начало снова ломать. Шурочка поела, посмотрела телевизор, поспала…

Вечером всё началось. Стало знобить, потом потекли слёзы. Непреодолимое желание встать, и бежать туда, в клуб, охватило Шурочку. Ей было надо! Надо! Она готова была на любой подвал… Она готова была лечь, под кого угодно… И никаких вопросов ей не хотелось задавать. Никому.

Шурочка каталась по полу. Её начало тошнить. Свело челюсти…

И тут раздался звонок в дверь.

— Кто там? — сумела как-то подойти к двери Шурочка.

Она услышала топот ног о площадку. Кто-то сбивал снег с ботинок.

— Свои, — сказал голос.

— Юрка! — почти закричала Шурочка и распахнула двери. — Ты вернулся!

— Я не Юрка. Но я вернулся, если хочешь.

За дверями стоял Вадик.

— Тебя нет в институте уже почти месяц, — сказал он. — Не звонишь никому… Что с тобой?

Вадик снял шапку и разматывал с шеи шарф.

— Вадик… у тебя деньги есть?

— Что с тобой? — повторил Вадик.

Вид Шурочки был действительно… никакой. Вадик явно не ожидал увидеть ничего подобного.

— Вадик, ломает меня. Ломка… Мне надо… спаси мня. Езжай в клуб, найди там Мотю. Мотю! И возьми у него, сколько сможешь… Скажи, что для стрекозы. Он поймёт… Должен понять.

Шурочка назвала Вадику адрес клуба.

— У, как тут всё запущено… — протянул Вадик. — Ну ладно, придётся тебя спасать. Ты до моего прихода-то доживёшь?

— Доживу, — сказала Шурочка. — Если я буду знать, что ты вернёшься, я доживу.

Вадик вернулся часа через два. Он привёз два чека, но по полграмма.

Отпускало Шурочку медленно. Вадик же сидел и смотрел на всё происходящее. На то, как Шурочка кололась, как «отпала» на кровать. Как постепенно щеки её вновь обретали цвет, а глаза — блеск, как она постепенно возвращалась к жизни. И тогда он разделся и скользнул в кровать к Шурочке, не спрашивая её согласия.

И Вадик начал вытворять в кровати всё, что хотел. Всё, на что способна была, в этом плане, его фантазия. Наконец-то он получал всё то, чего ему хотелось так давно. И что, увы, он мог взять только так. И потому движения его были злы и порывисты.

Шурочка же молчала и покорялась. Она была разбита. Она была повержена. Две ломки подряд… Подвал. Потеря Юры. Потеря жизни, если хотите. Той, малой видимости нормальной жизни, которая ещё оставалась…

Наконец Вадик насытился и «отвалился» на кровать, рядом с Шурочкой. Потом он стал собираться домой.

— Я приду к тебе завтра вечером, — сказал он.

— Ты принесёшь?

— Я принесу. У меня есть немного денег. Я откладывал на одно дело. Но теперь — дело подождёт. Но не смей никуда уходить. Ты поняла?

Шурочка поняла. Но, оказывается, она поняла не всё.