Дом обезьян - Сара Груэн

— Кто?

— Твой зеленоволосый друг.

Последовала долгая пауза.

— Нет, — Селия наклонила голову и обхватила рукой шею, как будто собиралась ее сломать.

— Он там! Не сомневаюсь, — твердо сказала Исабель. — Он не может сюда войти.

Селия вздохнула и закатила глаза.

— Прекрасно, я отошлю его вниз, — сказала она.

— Не думаю, что там его очень ждут. Честно говоря, я вообще удивлена, что ему дали дойти до лифта.

Селия зашла за угол, с кем-то тихо переговорила и появилась вновь.

— Он ушел? — спросила Исабель.

— Да, — вяло ответила Селия. — Теперь можно войти?

Исабель открыла дверь и выглянула в коридор, вытянув шею, посмотрела сначала в одну сторону, потом в другую, а потом заглянула за спину Селии.

— Куда он ушел?

— Он будет ждать меня возле бара. Там темнее, чем в ресторане, и на нем шапка.

Исабель открыла дверь и позволила Селии войти.

Селия тут же уселась с ногами на диван, вытянув их во всю длину.

— Если тебе интересно, он пришел, чтобы извиниться.

— Ему надо не передо мной извиняться.

— Знаю, но я думала, что застану у тебя Пигпена. В любом случае ты не должна так жестить с Нейтаном.

— Это почему же?

Исабель сбросила ноги Селии с дивана, освобождая для себя место.

Селия выпрямилась и забросила ноги в солдатских ботинках на кофейный столик.

Исабель уже открыла рот, чтобы возмутиться по поводу грязи и микробов, но, так как стол уже был запачкан, передумала и решила, что потом обработает его дезинфицирующим средством.

— Потому что ты вела себя точно так же, — сказала Селия.

— Что ты имеешь в виду?

— Лари-Харри-Гари. Ты тоже сбросила его еду на пол. «У Розы». Помнишь?

Исабель застыла с открытым ртом. В конце концов она рухнула на диван и уставилась на кофейный столик.

— О господи. Ты права.

— Он хотел извиниться. У него создалось неправильное впечатление о нем, один его приятель сказал, что Пигпен обманывает женщин. Послушай, ты можешь дать его номер? Его же Пигмен зовут, да?

— Я не собираюсь никому давать его номер! Во всяком случае, без его разрешения.

— Спросишь у него?

Исабель вздохнула. Если бы ей только что не напомнили о том, как она поступила с карри Гари Хэнсона, она бы и мысли такой не допустила.

— Возможно, — сказала она.

— Отлично! — Селия спрыгнула с дивана и подошла к столу.

Какое-то время она листала газету. Это была «Ю-Эс-Эй тудей», которую каждое утро оставляли под дверью номера Исабель. На первой полосе была статья о беспорядках у стен Дома обезьян.

— Можешь забрать, если хочешь, — сказала Исабель. — Я уже прочла.

— Значит, не хочешь пойти с нами на ленч?

— Я только что поела, — соврала Исабель.

Даже если она сама и сбросила со стола чью-то еду, она еще не была готова преломить хлеб с Нейтаном.

— Ладно, — Селия забрала газету. — Увидимся.

— Селия? Пришли мне эти письма, как только получишь, пожалуйста. Я обещала сразу переслать их Джону.

* * *

Днем Джелани начал демонстрировать свои фирменные прыжки на стену с переворотом в обратном полете. Макена обычно при этом исполняла танцы счастья и поощряла его громким визгом, но сегодня она только посмотрела на него через плечо и осталась стоять у окна, глядя куда-то вдаль. Джелани подошел к ней и ткнул пальцем в плечо, но Макена не обернулась и не стала с ним бороться, она просто не обратила на него внимания. Джелани сдался и пошел приставать к Сэму.

Исабель, которая ходила по номеру и то и дело проверяла, не прислала ли Селия компромат на Питера, вдруг остановилась. У нее внутри включился сигнал тревоги. Когда Бонзи рожала Лолу, она просто четыре часа кряду тихо просидела в углу, а потом встала и родила. Исабель развернула стул к телевизору и, хотя он не встал четко параллельно экрану, села и стала смотреть.

Спустя какое-то время Макена пошла в комнату с компьютером и подала несколько голосовых сигналов Бонзи. Потом прислонилась к стене. Это — оно, Макена наверняка собиралась родить. Исабель достаточно знала о Фолксе, чтобы понимать, что никакого ветеринара поблизости от Дома обезьян у него нет. Что бы он там ни заявлял о наличии в штате «эксперта по обезьянам», Питер изучал поведение и когнитивные способности бонобо, а не то, как принимать у них роды. Исабель тоже не была акушеркой, но она была рядом с Бонзи, когда та рожала Лолу, и уж точно знала об этом больше Питера. Она хотела помчаться к бонобо, но понимала, что люди Фолкса не пропустят ее к ним. Исабель опустилась на колени напротив телевизора.

Бонзи, которая заказывала пиццу для Джелани, развернулась на своем металлическом стуле.

Макена, прислонившись к стене, начала жестикулировать. Она постучала костяшками одной руки о ладонь другой. Это означало: «Белл». Белл бонобо называли Исабель.

«Исабель быстро. Бонзи делать Исабель приходить. Исабель быстро приходить сейчас».

Бонзи развернулась обратно к компьютеру и начала напрасные поиски. В лаборатории в компьютере был символ, обозначающий Исабель, он отличался от колокольчика, но здесь такого не было. Черные пальцы с широкими костяшками пробежали по всем категориям заказов. Бонзи прошла каждое направление до конца, но и тогда не сдалась. Она начала методично искать с самого начала то, о чем просила ее Макена.

* * *

Джон лежал на кровати, восстанавливаясь после своего кратковременного свидания с Амандой, и то и дело проверял почту. Не мог дождаться, когда Исабель перешлет ему сообщения Питера Бентона.

Телевизор работал как фон, Джон встал, чтобы набрать стакан воды, и обратил внимание, что Бонзи сидит у компьютера, а Макена что-то показывает ей на языке жестов. В пузырьках над головой Макены всплывали титры.

«Белл прийти быстро. Белл, Белл. Макена хочет Белл. Быстро Белл скоро. Белл».

В качестве саундтрека к этой сцене звукоинженеры пустили бой часов Биг-Бена. Но, как ни странно, в списке заказов бонобо колокол отсутствовал. Бонзи, казалось, искала что-то еще, что-то, чего там не было. В жестикуляции Макены была настойчивость, которой до этого Джон никогда не замечал.

Он забыл, что хотел попить воды, и опустился на угол кровати.

Макена медленно сползла по стене, села на корточки и стала выбирать наиболее удобное положение. Потом просто начала тужиться. Остальные бонобо собрались вокруг, они вытягивали шеи, чтобы увидеть, что происходит, и загораживали видеокамеры на потолке. Макена несколько раз скривилась, потом потянулась руками вниз и вытащила оттуда детеныша, их все еще связывала пуповина. Малыш был таким крошечным, что его головка вполне могла уместиться в чайной чашке. Все бонобо радостно заверещали и по очереди стали разглядывать прибавление в семействе. Прошла еще пара минут, и Макена избавилась от последа.