Задачи из учебника - Марина Елькина

– Дождь стеной, Татьяна Евгеньевна! – сказала Солнышко.

– Все равно нужно домой, – вздохнула Татьяна. – Там Данька. Мама с ним уже замучилась, нужно ее отпускать. Хоть бы автобус быстро подошел. Я и зонт, как назло, забыла.

– Возьмите мой, – предложила Солнышко.

– А вы?

– А мне домой еще рано. Глядишь, к тому времени и ливень прекратится. Не вечный же он.

– Похоже, что вечный, – вздохнула Татьяна, глядя на потоки воды за окном. – Полдня льет.

– Вы домой, Татьяна Евгеньевна? – спросил декан, выходя из своего кабинета. – Вас подвезти?

– Не откажусь, Вениамин Ефимович. Мокнуть не хочется.

– Тогда пять минут подождите. Я только загляну в актовый. Подождете?

– Хорошо.

«Дворники» работали, не успевая стирать струи ливня с лобового стекла машины.

– Просто наводнение, – улыбнулся Вениамин Ефимович.

– Осень. Сезон дождей, – поддержала Татьяна.

Очень умно! Но она не знала, о чем говорить с деканом, и чувствовала себя в его машине так неуютно, что уже сто раз пожалела об автобусе. Впрочем, Вениамин Ефимович в разговор больше не втягивал. Он угрюмо молчал.

– Спасибо, что подбросили, – поблагодарила Татьяна, когда машина притормозила у ее подъезда.

– Рад, что вам угодил, – не улыбнувшись, ответил Вениамин Ефимович.

Странный тип! То сам навязывается со своей машиной, то разговаривает сквозь зубы. И в работе такой же. То душа-человек, то надуется, нахмурится, будто всем на свете недоволен. Ладно! Подбросил и спасибо.

Работа в этом году давалась труднее. Не потому, что что-то изменилось в коллективе, просто Татьяна уставала. Женька уехала учиться. С Данькой по вечерам приходилось сидеть бабушке, и Татьяна подумывала перейти на дневное отделение. Тогда можно устроить Даньку в детский сад и освободить маму.

Без Женьки было не только тяжело. Было тоскливо. Данька маленький, а Татьяна за два года после развода привыкла делиться с дочерью многими своими соображениями. Конечно, были родители, была Зоя, но, как оказалось, дочь совсем незаметно стала самым близким и самым необходимым человеком.

На следующий день, увидев собирающуюся домой Татьяну, декан весело осведомился:

– Ну что, сегодня дождя нет? Жаль. Без вас будет скучно ехать.

– А со мной весело? – рассмеялась Татьяна, вспомнив две вчерашние фразы за всю их поездку.

– Во всяком случае, приятно, – любезно ответил Вениамин Ефимович. – Хотя дождь ведь не обязательное условие приглашения, правда?

Не обязательное, но Татьяне ехать в его машине не хотелось. Как бы повежливее отвертеться?

– Вы не откажете мне? – продолжал в это время декан.

Ну вот! Искать повод для отказа уже поздно. Обидится человек.

Снова глухое молчание в машине. Татьяна злилась. Опять на весь вечер испорчено настроение! Нет, все! Она сегодня же придумает уважительную причину для отказа от этих замечательных поездок.

– Спасибо, Вениамин Ефимович! До свидания. – Татьяна приоткрыла дверцу машины.

– Простите, Татьяна Евгеньевна, но боюсь, что завтра вы от моего приглашения откажетесь, – сказал вдруг декан, словно прочел ее мысли.

– Понимаете, завтра… – начала Татьяна, во второй раз судорожно пытаясь что-нибудь придумать.

– Не трудитесь искать причину, – улыбнулся декан. – Скажите прямо, я не очень приятный собеседник.

– Дело не в этом, – возразила Татьяна.

– У вас есть сейчас несколько минут для разговора со мной? – перебил Вениамин Ефимович.

Татьяна незаметно глянула на часы. Когда она возвращается на автобусе, то приезжает минут на пять – десять позже. Значит, пять – десять минут у нее есть. А потом Данька поднимет вой.

Данька как часы. Он абсолютно точно знает время ее прихода. Стоит ей задержаться на минуту – и концерт обеспечен. Выслушивать концерт бабушке, а она всякий раз после этого в предынфарктном состоянии.

Вениамину Ефимовичу всего не объяснишь, но нужно надеяться, что десяти минут для разговора с ним будет достаточно.

– Я вас надолго не задержу.

Он опять читает ее мысли. Татьяну это почему-то раздражало.

– Я вас слушаю, Вениамин Ефимович.

Декан как-то замялся. Или почувствовал раздражение в ее голосе?

– Я слышал, что вы одна воспитываете двоих детей.