Часы зла - Аллен Курцвейл

Все вопросы и ответы прошли специальную предварительную проверку по самому последнему изданию справочника ДСД, как особо подчеркнул Динти, являвшийся не только судьей, но и счетчиком очков, а также комментатором. Победитель этих соревнований удостаивался титула «Главы рождественских увеселений» и получал одновременно с этим титулом право руководить библиотекой до конца вечеринки.

Динти закончил свое выступление строгим предупреждением:

— В прошлом году, как вы, наверное, помните, у нас тут разгорелся целый скандал по поводу не подпадающих под четкую классификацию тем. — Он выдержал многозначительную паузу и покосился на мистера Парадайса, ставшего жертвой прошлогоднего спора. — Хочу, чтобы всем было ясно. Решение судьи окончательно и обжалованию не подлежит. Вам понятно? — Участники соревнования дружно закивали. Динти достал из конверта каталожную карточку. — Итак, начнем. Начнем с относительно простой классификации: 577.

ДЗИНЬ!

Рука в белой перчатке резко ударила по колокольчику.

— Ну вот, ответ готов, — сказал Динти. — Итак, мистер Гроут, вы способны идентифицировать этот номер?

— Да, — кивнул его верный приспешник. — Любому сотруднику библиотеки, даже рассыльному, известно или должно быть известно, что под этим номером у нас экология.

— Совершенно верно — экология. Вы заработали десять очков. — Динти взглянул на пачку карточек. — Так, теперь дополнительный вопрос, мистер Гроут. Пожалуйста, определите тематику, зашифрованную под номером 577.68.

— Цифра «шесть» сужает наш поиск. Это водная экология. А цифра «восемь» сужает его еще более и означает: «Экология затопленных или заболоченных земель». Итак, мой ответ: это экология затопленных земель.

— И снова вы правы. И на вашем счету появляется двадцать очков.

Жиденькие аплодисменты, раздавшиеся в зале, подсказали, что не одному мне Гроут был несимпатичен.

Динти извлек из конверта вторую карточку.

— 629.134. Повторяю…

ДЗИНЬ!

Колокольчика коснулась жесткая и корявая рука мистера П.

— Реактивные двигатели?

— Да, правильно, реактивные двигатели, — сухо заметил Динти. — Но предупреждаю, в колокольчик следует звонить только после того, как я закончу вопрос. Ладно, на сей раз записываю на ваш счет десять очков. Но в следующий раз снисхождения не ждите. Так, теперь дополнительный вопрос, мистер Парадайс. 629.134… 3537.

Мистер Парадайс поправил лямку комбинезона.

— Можно отвечать?

— Отвечайте.

— Это лопастные реактивные двигатели.

— И снова правильно.

Мистер П. был вознагражден восторженными криками и аплодисментами, и, воспользовавшись этим взрывом всеобщего ликования, мы с Нортоном выскользнули из читального зала. Мы решили именно сейчас возвратить «Часослов».

* * *

Мы понимали, что вернуть книгу будет столь же непросто, как ранее было взять ее. Никаких сенсорных датчиков на выходе и входе в лабораторию не имелось, но нам предстояло мучиться с решеткой внутри ее. Пока я извлекал из ящика своего письменного стола «Часослов», Нортон заскочил в отдел периодики вооружиться деревянной палкой.

На первый взгляд в лаборатории все было в точности так же, как тогда, при совершении кражи, даже пресс-папье в виде бронзовой вши лежало на журнале Гроута. Но, приблизившись к решетке, мы с Нортоном испытали настоящий шок. В этом отгороженном пространстве все было переставлено и перевернуто. Нужная нам коробка стояла теперь двумя полками выше, а это, в свою очередь, означало, что дотянуться до нее даже с помощью палки теперь невозможно.

Пока я, извиваясь всем телом, пытался просунуть палку сквозь прутья как можно дальше, Нортон побродил по лаборатории и обнаружил еще один неприятный сюрприз.

— Господи, Зандер! Сигнальная липучка!

— Но ведь мы вроде бы от нее избавились, — пробормотал я, прижимаясь лицом к решетке.

— В том-то и проблема. Гроут вписал ее в журнал, сделал одним из пунктов обработки. А стало быть, нам надобно ее чем-то заменить.

— Вот и займись этим.

В одном из лабораторных словарей Нортону удалось обнаружить похожую полоску пленки. Он осторожно сделал несколько надрезов — только на сей раз не уголком своей кредитной карты, а специально прихваченным скальпелем, — и мы получили необходимую замену.

Хотел бы я, чтобы и моя часть операции протекала столь же успешно. Но похвастаться было нечем. Еще несколько минут потыкав палкой сквозь прутья решетки, я признал полное свое поражение.

* * *

Ко времени, когда я вновь убрал «Часослов» в ящик письменного стола и вернулся в зал, аналитический этап соревнований уже закончился. Динти объявил, что его друг Гроут лидирует, а затем провозгласил начало второго тура.

— Антология математической поэзии. Повторяю: антология математической поэзии. — Белая перчатка ударила по колокольчику. — У вас готов ответ, мистер Гроут?

— Да. 016.68621927.

— Совершенно верно, мистер Гроут. Поздравляю. — Динти уже перестал скрывать, что явно симпатизирует своему верному оруженосцу. — Так, поехали дальше. Библиография арабской типографии. — Мозолистая рука звякнула колокольчиком. — Да, мистер Парадайс?

— 016.68621927.

— Правильно, — сказал Динти. — Следующая карточка. Англо-сицилийский словарь.

Вперед вылетела белая перчатка.

ДЗИНЬ!

— У вас уже готов ответ, мистер Гроут?

— 423.51.

— Браво!

К середине второго раунда вопросы усложнились, и времени на обдумывание игрокам требовалось больше. Парень из отдела новых поступлений вылетел после того, как неправильно классифицировал торговлю обивочными материалами в Джорджии. Участник из отдела хранения споткнулся на вопросе с чехословацкими пистолетами и тоже вылетел. Остались двое: мистер П. и Ирвинг Гроут.

— Сокровища украинского религиозного искусства в период с шестнадцатого по восемнадцатый век.

Гроут выдал:

— 704.948… 4770903.

— Отлично, мистер Гроут! Это означает, что вы впереди… — Динти сверился с записями, — на пять очков. Еще один правильный ответ, и вы выигрываете чемпионат и получаете титул «Главы рождественских развлечений». А это, в свою очередь, означает, что вы будете править библиотекой до конца этого замечательного вечера.

Последний комментарий Динти навел меня на мысль. Если мистер П. победит Гроута, тогда, возможно, у меня появится шанс вернуть книгу в лабораторию.

— Итак, финалисты готовы? — осведомился Динти.

Соперники кивнули, и в зале воцарилась мертвая тишина. Динти достал карточку и выдержал нарочито долгую паузу — чтобы усилить напряжение.