Киноклуб - Крейг Маклей

– Ничего себе, – бормочу я. – РТ прямо-таки превзошел себя.

– Пыталась его отговорить, – вздыхает Шевонн, глядя на экран поверх моего плеча. – Просила убрать хотя бы абзац про Робин и Натали, но какое там!

– Если я и впрямь такой суперзлодей, как здесь написано, то без проблем смогу нанять киллера, который от автора мокрого места не оставит, – произношу я. – Знаешь, Шевонн, в некотором смысле выходки РТ даже достойны восхищения. Каждый раз, когда думаешь, что ниже падать некуда, снова умудряется провалиться в дерьмо по самые уши.

– Сегодня ночью за пять минут настрочил, – сообщает Шевонн. – Как только вернулся с вашего… праздника.

– Я бы это мероприятие так не назвал.

– Только не подумай, что меня прислал Руперт, – произносит Шевонн.

– Что ты! Любому, кто хоть чуть-чуть его знает, ничего подобного в голову бы не пришло, – отвечаю я, закрывая ноутбук. – Увы, похоже, РТ исписался. Прежние материалы были и интереснее, и острее. А этот? Полная халтура! В нескольких местах РТ повторяется, да и грамматика хромает. Впрочем, учитывая, в каком нетрезвом состоянии он все это писал, к автору следует проявить снисхождение.

– Ты ведь не собираешься подавать в суд? – с едва заметной улыбкой уточняет Шевонн.

– Нет, конечно. Не хочу давать РТ повод для бурного ликования.

– Тогда что же ты собираешься делать?

– РТ совсем забыл, что у меня имеется административный доступ к сайту, – со вздохом произношу я. – Поэтому в случае чего могу просто закрыть его, и все. Когда РТ в прошлый раз принялся за свои шалости, лишил его административного доступа. Впрочем, мог бы и не утруждаться. РТ просто не сможет им воспользоваться, даже если пароль будет вытатуирован у него на руке.

– Тогда Руперт выложит статью где-нибудь на другом сайте.

– Пусть, – пожимаю плечами я. – Чем бы дитя ни тешилось… И вообще, пускай теперь оскорбляет кого угодно какими угодно словами. Слава богу, меня его выходки больше не касаются.

– Значит, хочешь закрыть сайт?

Киваю:

– Для начала – временно, а там посмотрим. Будь на его месте любой другой человек, сказал бы – пока он не одумается, но речь идет о РТ. Срок действия всех наших рекламных контрактов истекает к концу месяца, кроме разве что одного. Но эта компания, кажется, давно уже подумывает о том, чтобы отказаться от наших услуг. Точно не хочешь чего-нибудь выпить? Может быть, кофе?

– Нет, спасибо, – отвечает Шевонн. – РТ тебе рассказывал, что собирается снова вернуться в свою старую группу?

– Да. Но вчера заявил, что из этой затеи ничего не выйдет, – вздыхаю я. – Юрген хочет записать танцевальный альбом или что-то вроде того, а РТ, как всегда, подробно изложил, куда он может засунуть эту блестящую идею.

– Руперт соврал.

– Про что на этот раз? – уточняю я. – Про танцевальный альбом или про то, что это РТ послал Юргена, а не наоборот?

– Про все, – вздыхает Шевонн. – Никто его обратно в группу не звал. Не было никакого предложения о сотрудничестве.

– Серьезно? – спрашиваю я. – Неужели все эти рассказы про переговоры с Юргеном – просто болтовня?

Шевонн кивает:

– Вообще-то группа «ООН» действительно распалась. Но Руперту никто из участников не звонил. Впрочем, ничего удивительного. В первый раз он ведь тоже не сам ушел.

Для меня это новость, но не скажу, что неожиданная. Давно догадывался о чем-то подобном. Вот вам и творческие разногласия!

– Правда?..

– Руперта выгнали. Только ни в коем случае не говори, что это я тебе рассказала!

– Не волнуйся, – отвечаю я. – Больше нам с Рупертом по душам не болтать. Если и будем еще общаться, то исключительно через адвоката, а им по правилам запрещено разглашать информацию, полученную от клиентов.

– «Крик Вильгельма» – все, что у него осталось, – со вздохом произносит Шевонн. – Пытался устроиться музыкальным обозревателем в несколько еженедельников, но никто не хочет его брать. Даже в качестве внештатника.

– Почему-то не удивлен, – отвечаю я. – Представляешь, какие будут дополнительные расходы? Придется платить юристу, чтобы внимательно читал все статьи РТ перед публикацией. Видишь ли, это тот случай, когда репутация бежит впереди человека.

– В конце концов Руперт плюнул на все и принялся искать любую работу. Какую угодно. Знаешь, чем он сейчас занимается?

– Чем?

– Руперта взяли в клининговую компанию ночным уборщиком, – отвечает Шевонн. – Работает с воскресенья до четверга, с одиннадцати вечера до семи утра. Отправляют то в одно место, то в другое. Нужно наводить порядок в банках, в магазинах, в офисах. Руперту очень повезло, что подвернулась эта вакансия. Сотрудница, работавшая на его месте, неожиданно ушла в декрет.

– Ну что ж, надо же с чего-то начинать. Первая работа редко бывает завидной.

– Мне его так жалко, – сообщает Шевонн. – Кое-как приползает домой в восемь утра. Усталый, измученный, на ногах не стоит, чистящим средством воняет. Сразу падает в кровать и спит, как убитый, до трех-четырех часов дня. А когда просыпается, весь оставшийся день ничего не делает – только ест и смотрит клипы в Интернете. Из дому выходить отказывается, общаться ни с кем не желает. Если честно, я уже волнуюсь.

– Допустим, но от меня-то ты чего хочешь? – спрашиваю я. – Не могу же я и дальше тащить на себе «Крик Вильгельма». По-хорошему, журнал давно пора было закрыть, и РТ про нашу плачевную ситуацию прекрасно известно. Много лет ему твердил, что пора подумать над планом Б, но толку никакого. А как насчет музыки? Неужели РТ даже сочинять бросил?

– Уже больше двух недель не брался, – сообщает Шевонн. – А когда прошу что-нибудь сыграть, каждый раз отвечает, что произведение еще не готово.

– Мне он раньше тоже так говорил, – произношу я. – А потом просто перестал спрашивать.

– По-моему, Руперта беспокоит, что он никогда не сможет написать ничего стоящего, – делится своими соображениями Шевонн. – Сколько бы ни переписывал, сколько бы ни исправлял, никак не может угнаться за запредельными стандартами, которые сам для себя выставил.

– Любимое занятие РТ – сочинять разгромные, сочащиеся ядом статьи про музыкантов, которые не соответствуют его очень ограниченным представлениям о крутости, – соглашаюсь я. – Ничего удивительного, что РТ совсем не улыбается стать мишенью для кого-то вроде него самого. А если ни одной рецензии, даже уничижительной, не появится – еще хуже. Значит, его просто не заметили. Ну, а если вдруг РТ добьется успеха – дело вообще труба. Получится, что отныне он продажный конформист. В общем, куда ни кинь, всюду клин.

– А мне-то что делать? – возмущается Шевонн. – Ты его давно знаешь, посоветуй хоть что-нибудь!

– Извини, Шевонн, – отвечаю я. – Но я слишком долго разгребал эту конкретную разновидность дерьма. Все, с меня хватит. РТ-менеджмент – слишком тяжелый труд.