Хризантемы. Отвязанные приключения в духе Кастанеды - Владислав Картавцев

– Так, значит, Вы говорите, что без учителя – никуда? И что идти без проводника – это все равно, что резко дернуть жирафа за хвост, а потом пытаться увернуться от летящего в лицо пятнистого помета?

– Да! Да! Однако какой Вы, Самсоша, органически образованный журналист – с вашими сравнениями можно смело идти в депутаты и выступить с трибуны Дворца Съездов пятого созыва! Так вот – главное, что Вы ухватили самую суть: путь предполагает поводыря, а поводырь ведет по пути стадо, т. е. я хотела сказать не стадо, а любящих и верящих в путь и в его предназначения.

– Все! Все! Наконец-то мне (и я надеюсь, и нашим телезрителям) всё понятно! Путь – это не дорога, но нечто гораздо большее, на пути выкопано множество ям и даже узких раскидистых канав с отходами, на зато и расставлены кувшины и сундуки с бриллиантами! Так?

– Точно так!

– Вот! И чтобы пройти по пути всем нам нужен реальный поводырь, который покажет, как не вляпаться, но обойти и прийти туда, куда бы нам всем хотелось! А потому что – это все мистика, которая не ищет легких путей и не строит бетонные дороги, чтобы воровать! Ха-ха-ха!

– Ха-ха-ха! (бурные аплодисменты и смех в зале). Зрители вскочили и начали дружно скандировать: «Даешь путь, даешь путь, даешь путь!»

– Спасибо, спасибо! Что ж, пришло время записываться на семинар к Тайше Абеляр, сегодня у нас действуют совсем дешевые расценки плюс со скидкой в тринадцать процентов. Кстати, число тринадцать выгодно отличает наше предложение от всех ему подобных, поскольку много больше десяти! Желающие познать путь и приобщиться, пожалуйста, выстраивайтесь вон к тому столику, берите ручки и пишитесь в ведомость. Семинар состоится ровно через восемь дней, и не забудьте прихватить с собой детей, жен и любовниц! Тайша Абеляр их всех просветит!

– Да, да, Самсоша! Все верно, все правильно. И хочу вам напомнить, что сегодня у вас в гостях была я – потомственная Зуб и Тайша Абеляр с большой буквы, и в моих знаниях и компетенции вы можете не сомневаться!

– Знаем-знаем! – (громкое скандирование из зала), – приходи-приходи! – (на сцену полетели лепестки роз), – слава-слава!..

Щелк.

Я отбросил пульт в сторону, а сам откинулся на подушки.

– Податься, что ли в отборные мистики? – идея была неплохой: кроме очевидных бонусов от оболванивания масс она сулила всенародную телевизионную известность и изменение лично моего портфолио до уровня: «Узнаваемый».

– А если я приду сразу со всеми девчонками, с которыми успел познакомиться (и заняться постельной физкультурой) за последнее время, то тогда точно – первый приз по части вторжения в область таинственного колдовства мне обеспечен! Но ладно – мечты мечтами, но нужно чем-то заняться – тем более, что выдалась такая отличная возможность откосить от работы.

Я прошелся по студии в попытке найти развлечение по душе. Осмотрел книжный шкаф и с интересом изучил наименование литературы, которая там была представлена. Почему-то я совсем не удивился, обнаружив, что львиная доля книг посвящена мистике и изотерике.

Само собой, там присутствовал и мой любимый Кастанеда – причем в девяти (почему столько?) вариантах и даже с именным автографом на английском языке. Увидев надпись, я даже немного опешил, но потом сообразил, что, наверняка, книга была куплена в какой-нибудь американской сувенирной лавчонке, которые специализируются на облапошивании доверчивых иностранных туристов.

Что, впрочем, не отменяло того факта, что книг было великое множество, авторы были на любой вкус, и каждый желающий мог с легкостью погрузиться в невидимый потусторонний мир через материальные страницы печатных изданий.

Я взял первую попавшуюся книгу – «Демиург и тождественность» автора Бо Шим Хана, повертел ее в руках: издание было очень качественным, страницы изготовлены из плотной белоснежной бумаги, печать яркая, а переплет навевал мысли об авиационном титане, который не горит и не ржавеет – не говоря уж о том, чтобы разорвать его руками. Но все это великолепие разбивалось о текст: уже через полминуты чтения мне стало казаться, что я уверенно шагаю к безумию.

– Стоп! Я еще не настолько продвинулся на пути к вечности, чтобы читать вот это. Предпочитаю что-нибудь полегче! Например, книжки про пиратов!

Найти художественную литературу оказалось не так-то легко: она была задвинута по медвежьим углам, и мне пришлось выковыривать ее из груды мистического хлама (с проблесками реальных знаний). Ассортимент тоже оставлял желать лучшего: в основном, любовные романы и поваренные книги.

– Да, да! Поваренные книги в сем кетчупово-майонезном заведении особенно актуальны! Или, может, здесь говорится о приготовлении сотни блюд из сыра с добавлением сиропа и «Пепси»? – делать нечего, пришлось взять парочку любовных романов и погрузиться в страдания заморских барышень, которые никак не могут добиться большой, но чистой любви.

– Как у них там сложно! – через полчаса мне все это надоело, и я вновь решил покопаться в шкафах. На одной из полок я обнаружил шахматную доску с фигурами и недоуменно воззрился на нее. «Неужели здесь умеют играть в шахматы?» – мысль была немного абсурдной, но стоило проверить. Я извлек доску на свет божий и водрузил ее на самое видное место – т. е. в середину кровати, которую я, наконец, решил заправить. А заодно и оделся в цивильное.

– Ничего не поделаешь, придется играть с самим собой, – я вспомнил «Укрощение строптивого» с Челентано и его огромную лохматую собаку, которой он время от времени ставил мат. – Начну с этюдов!

Я сбросил шахматы с доски, потом поставил пешки друг напротив друга в один ряд и стал резаться в «Чапаева». – Жалко, не шашки, такими тяжелыми пешками себе все пальцы отобьешь!

Мне стало весело, почему-то вспомнилось беззаботное детство, кастрюли с пирожками, которые каждую неделю пекла мама, и куча друзей вокруг. Как мы тогда бились в «Конский бой», «Казаки-разбойники», «Хозяина горы» и того же самого «Чапаева»! А потом шли на каток или играть в футбол за дом, где я обычно, как самый бесстрашный и самый длинный, стоял на воротах.

– Однако в какие интеллектуальные игры ты играешь! – я настолько сильно погрузился в действо, что не услышал, как входная дверь отворилась, и вошла Ирина, которая застала меня за азартным расстреливанием черных. – Меня научишь?

– Еще бы! – я резво вскочил с кровати и, решив проявить обычно несвойственную мне галантность, принял у Ирины плащ и тяжелый пакет с булькающими звуками, доносящимися наружу. – Водка? – а что еще могло быть там таким тяжелым и таким жидким?

– Сам ты водка, алкоголик! – Ирина замахнулась на меня кулачком, – все бы вам, мужикам, пить и жрать! Загляни и посмотри!

В пакете было молоко. Настолько тривиально, что я даже не ожидал. И еще творог со сметаной и хлеб. И сыр – по счету уже одиннадцатый или двенадцатый.

– Так что, сыграем? – Ирина лукаво взглянула на меня и пошла в ванную мыть руки, – кстати, я все жду, когда ты спросишь, где все остальные. Или тебя это совсем не волнует?