2013. Конец времен - Франсеск Миральес

По мере того как «Боинг-767» набирал максимальную высоту, Эльза снова и снова умиленно всматривалась своими огромными глазами в облака. Мне же никак не верилось, что я все еще жив, Эльза сидит рядом со мной и мы с ней летим на север Европы, чтобы наконец-таки поставить во всей этой истории финальную точку.

Моя загадочная подруга перед нашим вылетом из Греции до самого последнего момента упорно настаивала на том, чтобы я ее в Исландию не сопровождал, заявляя, что там ее ждет нечто такое, чем она должна заняться исключительно в одиночку. Больше она ничего об этой поездке говорить не стала, однако мне, по крайней мере, удалось уговорить ее дать объяснения по поводу тех событий, которые произошли со мной в последнее время.

После того как она спасла мне жизнь, пристрелив Ханнеса из своего револьвера, мы на первом же судне покинули Патмос и отправились в Афины. Это довольно долгое путешествие по морю дало мне возможность прояснить все темные моменты недавних драматических событий, понять смысл которых я еще совсем недавно и не надеялся.

Эльза, как выяснилось, приехала в Тирану, чтобы отомстить тем, кто был виновен в смерти ее отца, – Ханнесу и его албанскому помощнику Спиро.

Лидер «Возрождения» начал целую серию своих кровавых преступлений убийством Десместре, подослав к нему наемного убийцу, которого самого потом – по распоряжению Ханнеса – ликвидировали. Антиквара убили за то, что он обратился в аукционный дом и тем самым разгласил сведения о переписке между Юнгом и Каравидой, которую Ханнес считал частью «Нового Откровения».

По мнению Ханнеса, позволить узнать о ней непосвященным означало поставить под угрозу исполнение содержавшегося в ней предсказания. Использовав обещание о щедром вознаграждении в качестве приманки, он заманил меня к себе, чтобы прикончить меня лично.

Дежурного администратора отеля в Тиране убил Спиро, получивший от Ханнеса приказ «избавляться» от всех, кто так или иначе стал свидетелем моих контактов с представителями «Возрождения». Он также уничтожил – но гораздо более жестоким способом – и свою помощницу Кору, попытавшуюся предупредить меня о том, что со мной может произойти.

Подобная вереница трагических событий показывала, что письма, найденные в старом комоде, спровоцировали настоящую кровавую резню, жертвами которой, по-видимому, стали и утащившие этот комод грабители: Спиро, скорее всего, убил их сразу же после того, как получил от них письма.

Когда мы с Эльзой приехали на такси в Бутринт и я отправился в одиночку на назначенную мне встречу, Эльза тайком пришла на развалины античного театра раньше меня, предварительно договорившись с таксистом из Саранды, чтобы он не говорил мне ничего о том, что она покидала такси. Она сказала таксисту, что хочет «сделать для меня кое-какой сюрприз». Сюрпризом же стало то, что она собственной рукой вонзила нож в спину Спиро. Убив его, Эльза быстренько возвратилась в такси и стала продолжать затеянный ею «спектакль». Таксисту она, должно быть, хорошо заплатила, однако он наверняка и не подозревал о том, какой поступок она совершила на территории развалин.

После приезда на Патмос Эльза, чтобы поквитаться с Ханнесом, раздобыла у местной мафии револьвер и множество детонаторов, за которые ей пришлось выложить немалые деньги. Примерно столько же ей предстояло потратить на перелет в Исландию, которая и была конечной целью этой ее поездки. Пока, правда, мы летели в Лондон, причем, поскольку Эльза находилась в международном розыске, она села на самолет с поддельным паспортом, который сделал для нее один греческий «спец» по изготовлению фальшивых документов.

– В Албании пришлось помыкаться без паспорта мне, а теперь та же участь постигла тебя, – сказал я ей на ухо, отрывая ее от любования облаками. – В Афинах у нас почти ничего не проверяли, а вот в лондонском Хитроу тебя, возможно, схватят за шкирку.

– А может, мне повезет, – шепотом ответила Эльза. – Меня ведь все равно рано или поздно схватят. Я призналась во всем, что совершила, в письменном виде, чтобы, если со мной что-то случится, у тебя не было никаких проблем. Письмо с моим признанием вот-вот прибудет в комиссариат испанской полиции, в котором ведут дело об убийстве отца.