Круг замкнулся - Джонатан Коу

И все же… Дело вот в чем. Однажды, на школьных допзанятиях по ориентированию, мы с Бенжаменом заблудились. С нами такое постоянно случалось, и не могу сказать, чтобы мы настойчиво пытались отыскать остальных — у нас с собой была еда и, вероятно, пиво, поэтому мы просто-напросто устроили пикник. Тут-то и появился Пол на велосипеде. В школе он в тот день не был, сказавшись больным — как бы, — что не помешало ему колесить по холмам, воображая себя участником «Тур де Франс».

Мы с Бенжаменом вели такую «возрастную» (не уверен, существовало ли тогда это слово; во всяком случае, им не пользовались) беседу о женщинах. Оба скорбно признались, что никогда не видели живьем голой женщины, только по телику. Пол (если я ничего не путаю) вклинился в наш разговор именно в этот момент и заставил нас заткнуться, объявив, что он «видел» кое-кого голой — а именно твою сестру.

Я бы не стал придавать этому большого значения — ведь он мог все выдумать либо на самом деле видел, но в школьной душевой, когда тайком, словно юный извращенец, подглядывал за девочками (среди подростков многие этим грешат), — если бы не одна любопытная деталь. Не забывай, я передаю разговор, состоявшийся четверть века назад, и могу кое-что перепутать; но с другой стороны, я не думал об этом с тех пор — ни разу, — а значит, у меня не было шанса исказить это воспоминание или отредактировать. Так вот, Пол сказал, что видел Мириам на запруде, у парка Кофтон. На той запруде, куда можно добраться по Барнт-Грин-роуд.

Слишком точная подробность, чтобы выдумать ее из головы, верно? Но мы с Беном решили, что он вешает нам лапшу на уши, и не обратили никакого внимания на его слова. Не будь Пол таким законченным придурком, мы бы по крайней мере смекнули, что байка, которую он рассказывает, кажется занятной. И теперь я пытаюсь вычислить, когда же это происходило. Само собой, я понятия не имею, когда Пол приобрел тот опыт (если он действительно его приобрел), но, кажется, я могу сказать с определенной уверенностью, когда он нам об этом поведал. Пол ехал на велике, распевая «Анархию в королевстве»,[18]— это я помню совершенно точно, — чего просто не могло быть ранее осени 1976 года. То есть спустя два года после исчезновения Мириам. А возможно, и еще позже, потому что у меня такое ощущение, что тогда Бенжамен опять связался с Сисили, а это событие датируется появлением его знаменитой рецензии на «Отелло» весной 1977-го.

Возможно, Бенжамен лучше помнит тот случай. Я спрошу его вечером, когда он вернется с работы. (Но учти, с ним сейчас трудно разговаривать о чем-либо, кроме его несчастной жизни.) Но ты могла бы напрямую обратиться к Полу — прильнуть к первоисточнику, что называется. Уж лучше ты, чем я.

Послушай, возможно, я делаю из мухи слона. Меня мучает совесть: зря я, наверное, посылаю тебе это сообщение. Надеюсь, ты не бросишься сломя голову по очередному ложному следу и не впустишь в свою жизнь то, на чем ты давным-давно поставила крест. Не спеши, Клэр, ладно? Подумай, прежде чем действовать. Пережди пару дней и постарайся понять, хочешь ли ты на самом деле снова вступить на этот путь.

Ладно, всего тебе доброго, очень любящий тебя Фил.

* * *

От кого: Клэр

Кому: Фил

Отправлено: Четверг, 9 августа 2001, 11.10

Тема: Re: Дежа-вю

Привет, Фил, спасибо за письмо.

Не дашь ли телефон Пола Тракаллея?

Обожаю.

Клэр.

* * *

— Алло?

— Алло… С кем я говорю? С Клэр Ньюман?

— Да, верно.

— Это Пол Тракаллей.

— О, здравствуйте.

— Вам удобно говорить? Вы одна?

— М-м… Да, удобно. И да, я одна.

— Я прослушал ваше сообщение на автоответчике.

— Отлично. Я… оставляла вам сообщение.

— Верно.

— Было приятно снова с вам увидеться.

— Простите?

— Ну, в Лондоне, пару недель назад, в ресторане. Было очень приятно.

— Ах да. Мне тоже. Мы ведь с вами… раньше встречались?

— Э-э… наверняка. В школе.

— Ах, в школе! Ну конечно. Я подумал, что, может быть…

— С тех пор мы с вами вряд ли пересекались. Я много лет провела за границей…

— Сообщение, что вы оставили, оно довольно необычное.

— Гм… Да, я прошу прощения. Вообще, это была не самая удачная идея. И будет лучше, если я объяснюсь с вами лично.

— Я совсем не уверен, что смогу вам помочь.

— Да… я понимаю.

— Ваш муж, Филип…

— Бывший. Он мой бывший муж.

— А, бывший. Я не сообразил. И у меня даже сложилось впечатление, что вы праздновали годовщину.

— Ну… в некотором смысле. Это длинная история. И к делу она отношения не имеет.

— Ваш муж — журналист?

— Я не замужем.

— То есть ваш бывший муж.

— Да. Журналист.

— И это он дал вам мой номер телефона?

— Совершенно верно.

— Он сейчас с вами?

— Со мной сейчас никого нет. Я одна. Я давно не замужем. Филип живет в Бирмингеме, я — в Малверне. И здесь, кроме меня, никого нет.

— Простите, если я вам показался параноиком. У меня с журналистами было немало всяческих проблем.

— С Филипом моя просьба никак не связана. Я пытаюсь кое-что выяснить, исходя исключительно из личных… интересов.

— Понятно.

— Теперь мы можем поговорить?

— Наверное. Скорее всего. Но, как я уже сказал, вряд ли я смогу помочь.

— Вы ведь помните мою сестру? И как она исчезла?

— Конечно.

— Так вот, Филип вдруг припомнил то, что вы сказали ему однажды. Будто бы вы ее видели…

— Я прослушал ваше сообщение. Но я абсолютно не помню, чтобы я ему что-то говорил.

— Да, разумеется, это было очень давно.

— Но я помню… сам инцидент.

— Да?.. Какой инцидент?

— Я помню, как видел вашу сестру… на запруде.

— Вы не могли бы сказать?..

— Клэр, сначала я должен кое-что уточнить. Намерены ли вы предать гласности нашу беседу?

— Никогда.

— Могу я считать, что вы даете мне клятвенное обещание?

— Так и считайте. Я занимаюсь поисками только для себя. Иных намерений у меня нет.

— Что ж, ладно. Тогда… полагаю, я действительно видел вашу сестру. Когда однажды ранним вечером, в сумерках, ехал на велосипеде по парку Кофтон. Это было после уроков, я ехал домой.