Только сияй - Елена Филон

– Что за подозрения? – спросила я, негромко прочистив горло. – По поводу чего?

Калеб опустился на стул, упёр локти в колени, сцепил пальцы в замок и внимательно посмотрел на меня.

Выглядит измученно. Что там со всеми парнями в этом агентстве делают? Будто полуживые. Но глаза… такого светлого серого оттенка, что кажутся прозрачными. А ещё… какими-то уж очень тусклыми. Потерянными.

Парень запустил руку в свою тёмную шевелюру и медленно выдохнул, будто приходя в чувства. Затем слабо улыбнулся.

У него красивая улыбка. Милые ямочки на щеках.

– Подозрения по поводу того, что у нас с тобой более чем дружеские отношения. И даже Сок не в курсе. – Татуировки на его шее ожили по мере движения кадыка – потрясающее зрелище.

Заставила себя оторвать от тату взгляд:

– А у нас с тобой…

Калеб кивнул.

Я смолкла.

Мой парень – мировая знаменитость?..

Уху.

Даже не знаю, что испытывать от такой-то новости. А мы ведь наверняка даже сексом занимались.

Щёки вспыхнули. В глазах появились тёмные пятна, пульс резко подскочил, а голова… голова вот-вот взорвётся. Всё во мне будто протестует! Почему?.. Что за чувство? Объясните кто-нибудь… Я не понимаю.

Я точно с ним встречалась?..

– Тейт? – Калеб выглядел обеспокоенно. Приподнялся со стула и коснулся ладонью моей щеки. – Тебя лихорадит.

– Всё в порядке, – ответила слабо и в попытке остановить парня вцепилась в его руку мёртвой хваткой. – Не надо доктора. Давай поговорим.

– Тейт, – Калеб выглядел почти умоляюще, – я позову доктора! Пожалуйста…

– Нет! – Я не отпускала, держала возле себя и твёрдо смотрела в тусклые серые глаза. – Как долго мы встречаемся? Насколько всё серьёзно?

– Я позову доктора, – повторил Калеб, выдернул свою руку и вылетел из палаты.

Следующего посетителя ко мне не пустили – состояние ухудшилось, что-то сильно потревожило мой мозг. Но, судя по разговору медсестры, приходила ко мне хорошенькая беременная девушка. Николь. У меня правда появилась подруга? Кто-то ещё, кроме Грейс, сумел меня вытерпеть?.. Ну и… кроме моего странного друга Шейна.

На следующий день нам удалось увидеться. Николь плакала, я успокаивала ее как могла, а она уверенно заверяла, что бояться нечего – она в больнице, родит так родит!

Остаток разговора в основном смеялись. С Николь оказалось весело, и подбадривать она умеет, как никто другой, но вытянуть из неё ответ на вопрос что все так тщательно от меня скрывают, так и не получилось. Сказала лишь, что даже никто из руководства не в курсе того, что у меня в жизни происходило, а тот, кто знает больше других, регулярно меня навещает.

Вот такой вот ребус.

Понятно, что ничего не понятно.

– Калеб вчера буквально умчался из моей палаты, – сказала я ей, пожёвывая нижнюю губу и задумчиво пялясь в стенку.

– Ты помнишь Калеба?

– Нет. Но знаю, что он мой парень. Хотя вёл себя немного НЕ как мой парень.

Николь обречённо вздохнула, и я не могла не заметить этого странного выражения на её лице.

– Тебе жаль его? – вздёрнула брови я.

– Нет, Тейт! – всполошилась Николь.

– Я же вижу. Тебе жаль Калеба. – Я просто поверить не могла! – Почему ты его жалеешь?! Я что, била его?!

Николь невесело усмехнулась:

– Нет. Но лучше бы била.

И вновь я не знала, что ответить.

– Да что я за монстр такой?

– Ты не монстр, – вздохнула Николь. – Всего лишь запуталась.

Вечером снова пришёл Шейн.

– Кепку дома забыл? – усмехнулась, чувствуя себя сегодня гораздо лучше, чем когда-либо за последние дни.

Шейн улыбнулся и принялся распаковывать огромный пакет всяких вкусняшек.

Я даже слегка привстала с подушки.

– Зачем столько накупил? – глядела ошарашенными глазами.

– Не только я. Тут и от Калеба всего полно. – Шейн вытягивал одну сладость за другой.

– А сам он где?

– Его к тебе не пускают.

– Почему? Разве он не мой парень?

Шейн бросил на меня короткий взгляд своих пронзительных карих глаз:

– Неофициальный. И ты никому не должна говорить о том, что между вами. Особенно директору Соку.

– Что?! Никто не в курсе?

– Нет, – подтвердил Шейн, открывая для меня пакетик с соком.

– Мы встречались… тайно? – Приняла сок и сделала несколько глотков.

Шейн опустился на стул, закинул ногу на ногу под прямым углом и сложил руки на груди – сегодня чувствует себя более расслабленно.

– Да, – пожал плечами, – даже не представляешь, насколько тайно.

– Охренеть…

Улыбнулся. Протянул мне шоколадный батончик.

Взглянула скептически:

– А ты вообще в курсе, что мне такое нельзя?

– Калебу скажи. Я тебе фруктов купил.

– Его ж ко мне не пускают!

Шейн невесело усмехнулся и провёл рукой по своей лохматой шевелюре.

– Уверен, он всё равно припрётся. – И как-то не очень радостно это прозвучало.

– Вы с ним… друзья ведь?

– Были.

– И что случилось?

Шейн придирчиво сузил глаза:

– Милл… – Смолк.

Мои брови взлетели на лоб:

– Ты хотел назвать меня по фамилии?

– Закон это запрещает?

– Нет, но…

– Ну и всё. На, съешь.

Сегодня мы долго разговаривали. Шейн рассказывал про Сеул, про тур по Азии, про планы FB на будущий год… Последнее, правда, прозвучало так, будто он совсем в этом не заинтересован.

А потом разговор опять вернулся к Калебу, потому что на данном этапе моей жизни этот парень оставался самой большой загадкой.

– Я правда с ним встречаюсь?

– Что тебя смущает? – вздохнул Шейн, уперев локти в колени и пристально глядя мне в глаза. Иногда казалось, что он даже не моргает, когда делает это… когда смотрит на меня.

– Не знаю, – пожала плечами, блуждая взглядом по сторонам. – Так у нас что, любовь с ним вроде?

Шейн отвёл взгляд в сторону и ответил не сразу:

– А этого я не знаю.

– А у тебя девушка есть?

Шейн резко поднял на меня глаза. Взгляд такой, что аж не по себе стало. Я точно дружила с этим парнем? Он иногда пугает, знаете ли.