Завтра - Гийом Мюссо

Она промокнула полотенцем потное лицо и рассказала о вчерашнем допросе во всех подробностях. Ромуальд слушал ее с интересом, ни на миг не спуская глаз с монитора. Внезапно он перебил ее:

— Взгляните-ка на того чувака! Это же муж Кейт, вылитый. — Гик указывал на мужчину, который слезал с мопеда.

Эмма приблизилась к монитору. А ведь он прав. Стоя рядом с чьим-то мотоциклом «Триумф», Мэтью как раз пристегивал свой мопед к столбу петлей и запирал его на замок, чтобы не угнали.

— Зачем он сюда приехал, да еще без жены?

— Кейт тоже сейчас появится, не волнуйся. А вот и она, — догадалась Эмма.

Действительно винтажный кабриолет «Мазда» через секунду притормозил возле Мэтью с мопедом.

— Можешь приблизить изображение?

Ромуальд повиновался, и красный капот заполонил весь экран. Такую роскошную спортивную машину не спутаешь ни с одной другой: обтекаемая форма, кожаные сиденья, хромированные ручки, противотуманные фары… Сегодня ее днем с огнем не сыщешь, но Эмма помнила, что в девяностых сотни тысяч таких моделей разъезжали по всему миру.

Кейт распахнула дверцу, выпорхнула из кабриолета и направилась к мужу.

— Вот черт! — Эмма в возбуждении ткнула пальцем в монитор. — Ты только посмотри!

Ромуальд без очков, близоруко щурясь, придвинулся как можно ближе.

Дама-хирург в элегантном приталенном плаще неторопливо приближалась к Мэтью.

В левой руке она тащила объемистую тяжелую спортивную сумку, ту самую, красную с белым.

* * *

Заасфальтированная заснеженная площадка парковки, открытая всем ветрам, освещенная ярким зимним солнцем. Посреди нее яркий плакат: «Твой дар спасет жизнь». А под ним огромный грузовик Красного Креста, оборудованный для сбора донорской крови.

Мэтью дышал на замерзшие пальцы.

— И ты вправду настаиваешь, чтобы я с утра пораньше сдавал кровь? Вот ведь наказание! — хныкал он.

— Настаиваю, еще бы! Я же вчера сдала, — пристыдила его Кейт. — Теперь твоя очередь.

— Ты ведь знаешь, я ненавижу, когда мне иголкой тычут в вену. Терпеть не могу, боюсь!

— Не ломай комедию, милый. Можешь ты хоть чем-то пожертвовать ради меня раз в полгода. Именно наша больница первой поддержала эту акцию Красного Креста. Мы должны личным примером вдохновлять остальной персонал, это наш долг, вот и все.

— Я не твой коллега, опомнись.

— Мэтт, перестань сейчас же! Нам обоим некогда. В награду получишь отличный завтрак в нашем кафе. Неужели откажешься от кексов с кленовым сиропом?

— Ладно, сдаюсь, — улыбнулся он. — Против кексов я бессилен.

Супруги рука об руку поднялись по ступеням в лабораторию на колесах.

Здесь было тепло, уютно, чисто. Радио напевало рождественские песенки.

— Здравствуй, Мэри, — привычно поздоровалась Кейт с медсестрой, которая вела учет доноров.

— Добрый день, доктор Шапиро, — приветливо отозвалась та.

На самом деле Мэтт и Кейт сдавали кровь Красному Кресту многие годы, так что сестра мгновенно отыскала их в базе данных. И они смогли сразу перейти в один из четырех боксов со специальным оборудованием.

— Как поживаешь, Вон? — спросила Кейт знакомого санитара. — Ты ведь знаком с моим мужем, если не ошибаюсь?

Тот кивнул и дружески пожал Мэтью руку.

— Мэтт считает, что ты с ним слишком груб, — подколола его она. — Я одна могу безнаказанно всаживать ему иголки под кожу. Собственно, с этого и начался наш роман.

Санитар выпучил глаза, не зная, обидеться или рассмеяться.

— Ладно, садомазохисты, оставляю вас наедине, так и быть! Пойду пока выпью кофе. Когда закончите, позовете.

Как только он скрылся из вида, Мэтью сбросил пальто и рухнул в одно из кресел с откидной спинкой.

— Не знал, что мы с тобой, оказывается, любители экстремального секса, — усмехнулся он, засучив рукав.

— А сам уже завелся небось, — ответила она ему в тон, надевая стерильные перчатки.

Обработала ему руку ватным тампоном со спиртом, выше локтя перетянула ее жгутом, нащупала на сгибе вену.

— Ну-ка, сожми и разожми кулак!

Мэтью безропотно слушался ее, но в последний момент отвернулся, не в силах смотреть, как игла протыкает кожу.

— А что в этой красно-белой сумке? — спросил он, чтобы отвлечься от неприятных ощущений. — Помнится, раньше я у нас такой не замечал.

— Там мой спортивный костюм и кроссовки, — спокойно ответила жена, глядя, как прозрачная емкость наполняется кровью.

— Решила снова заняться спортом?

— Да, схожу в наш тренажерный зал в обеденный перерыв. Без зарядки я растолстею. Видел, какую задницу нагуляла?

— Я твою задницу обожаю!

* * *

Эмма от волнения грызла ногти.

— Черт подери! Зачем ей таскать с собой пол миллиона долларов? А если отнимут?

— Думаете, муж в курсе?

Эмма покачала головой:

— Уверена, что нет.

Ромуальд, понурившись, мерил шагами гостиничный номер.

— Едва ли она решила отнести бабки в банк.

Устав, он сел рядом с Эммой, и оба принялись ждать, когда же счастливая пара выйдет из передвижной лаборатории.

Вот и они. Переходя от одной камеры слежения к другой, удалось проводить их через холл и коридоры в кафе.

— Жаль, что не слышно, о чем они разговаривают, — вздохнула Эмма.

Ромуальд воспринял это как упрек.

— Вечно вы всем недовольны! — обиделся он.

Не обращая внимания на ребячьи капризы, Эмма указала на сумку, которую дама-хирург бережно поставила на один из стульев.

— В любом случае деньги при ней.

Четверть часа, не меньше, они тупо пялились в монитор, но не заметили ничего интересного. Милые люди мирно завтракали, вот и все.

— Какие аппетитные кексы с кленовым сиропом, я тоже есть хочу, — жалобно проскулил мальчишка, будто голодал по меньшей мере три дня.

Эмма не на шутку взбесилась:

— Ты можешь думать хоть о чем-то кроме компьютеров и еды?!

Ромуальд испуганно прикусил губу и поспешно перевел тему:

— А по виду такие любящие супруги! Даже не верится, что у нее есть любовник, да?

— Пожалуй, — мрачно процедила Эмма. — Эта стерва неплохо умеет притворяться.

Вскоре супруги встали из-за стола. Нежно расцеловались и разошлись по своим делам.

Мэтью уехал на мопеде, а Кейт заперла сумку в свой именной шкафчик в ординаторской и стала готовиться к плановой операции.